Новогоднее

Пока всѣ готовятся къ наступающему Новому Году, хочу подѣлиться своими мыслями по поводу этого праздника.

Какъ извѣстно, отмѣчать Н.Г. съ елкой и массовыми гуляниями стали въ сталинскомъ С.С.С.Р. - какъ альтернативу "буржуазному" Рождеству Христову. Собственно, первая кремлевская елка - это 1937 годъ, а до того елка воспринималась  строго какъ атрибутъ Рождества Христова и подвергалась нападкамъ. Даже привычный нынче Дѣдъ Морозъ считался сѵмволомъ "стараго режима" и "пережиткомъ", которому нѣтъ мѣста въ странѣ побѣдившаго пролетарiата. Съ конца 1920-хъ все это было фактически подъ запретомъ на идеологическомъ уровнѣ, и главный пролетарскiй поэтъ писалъ по этому поводу:

Под «Рождество Христово» в обед
Старорежимный ёлочный дед
С длинной-предлинной такой бородой
Вылитый сказочный «Дед-Мороз»
С ёлкой под мышкой саночки вёз,
Санки с ребёнком годочков пяти.
Советского тут ничего не найти!

Строго-то говоря, до 1937 года Н.Г. даже праздникомъ не являлся - ни по "шестидневкѣ" 1931 года, ни по предыдущей "пятидневкѣ" 1929 года. Что тамъ, что тамъ было ровно 5 (пять) праздниковъ въ году:

1. День 09 января 1905 года и памяти Вождя Пролетарiата В.И. ЛЕНИНА (позднѣе просто День Ленина) - слѣдующiй за 22 или 30 января, въ зависимости отъ года;
2. Праздникъ международной солидарности протеларiата - 01 и 02 мая (позднѣе День Труда, 01 мая);
3. Дни Труда - 08 и 09 ноября (позднѣе День Пролетарской Революцiи, 07 ноября);

Ну а до С.С.С.Р., въ Р.И., Н.Г. являлся формальной датой, пусть и праздничной со временъ Петра I; народныя же гулянiя были именно что рождественскiя. Разумѣется, рождественской была и ель. Однако даже въ такомъ качествѣ появилась она довольно поздно и не была извѣстна ни Пушкину, ни Лермонтову, ни Гоголю (въ 1820-е); для того времени нормой были балы и святочныя гулянiя. Проникновенiе началось благодаря... сказкамъ - въ первую очередь, Гофмана ("Щелкунъ ореховъ" и "Повелитель блохъ"), а такъ же Г. Х. Андерсона ("Дѣвочка со спичками" и "Елка") дѣйствiе которыхъ происходитъ на Рождество.

Словомъ, въ серединѣ XIX вѣка рождественская елка понималась какъ "немецкая новинка", предметъ престижа, сѵмволъ достатка и приобщенности "къ высокому". Нѣсколько лѣтъ спустя раннiй Достоевскiй (въ 1848-м) описывалъ рождественскую ель уже какъ нѣчто общеизвѣстное. Впрочемъ, и тогда елки были еще частными, а не общественными; первая общественная елка была установлена въ Екатерингофѣ ажъ въ 1852 году. Въ литературномъ измѣренiи это было уже время Тургенева съ "Записками охотника", Даля съ "Пословицами и поговорками русскаго народа" и Льва Толстого съ дебютнымъ "Дѣтствомъ"; въ философскомъ - развитiе спора "западниковъ" и "самобытниковъ"; въ политическомъ - послѣднiе годы царствованiя Николая I, послѣднiй составъ Государственнаго Совѣта подъ руководствомъ Чернышева. Да, звѣзда на елкѣ была уже тогда - но она тоже была рождественская, т.е. восьмиконечная, Вифлiемская.

При этомъ Дѣда Мороза какъ "рождественскаго дарителя" все еще не было - да и откуда было имъ взяться, если рождественская елка еще только-только шла въ народъ, вытѣсняя святочныя гулянiя? Первые попытки создать "отечественный аналогъ" Санта Клаусса - это 1860-е, когда появился "старый Рупрехтъ". Первый блинъ съ очевидно немецкимъ душкомъ вышелъ комомъ, и въ 1870-е на смѣну ему появился "дѣдушка Николай" - тоже, впрочемъ, не прижившiйся. Только въ 1880-е появляется Морозко, приобретающiй болѣе-менѣе привычныя черты Дѣда Мороза къ 1890-мъ годамъ.

Снегурочка появляется въ культурномъ полѣ только съ одноименной пьесы Островскаго отъ 1873 года, а массовое признанiе получаетъ послѣ оперы Римскаго-Корсакова отъ 1882 года. Причемъ что тамъ, что тамъ Снегурочка - дочка Дѣда Мороза и Весны-Красы, гибнущая лѣтомъ, т.е., персонажъ трагическiй, а не праздничный; къ Рождеству она не относится вообще никакъ.

Ну а тандемъ Дѣда Мороза и Снегурочки впервые появляется на сценѣ Дома Союзвъ въ помянутомъ 1937 году. При этомъ Снегурочку какъ внучку Дѣда Мороза играла маленькая дѣвочка, а образъ зрелой дѣвицы - существенно болѣе позднiй, едва ли не послѣвоенный.

Съ тѣхъ поръ миновалися прошли годы, прешелъ уже С.С.С.Р., а традицiя отмѣчать Н.Г. съ елкой и Дѣдомъ Морозомъ осталась. Хотя теперь никто праздновать Рождество Христово не запрещаетъ, за это партбилетъ сдавать не заставятъ и даже по партiйной линiи выговора не будетъ. Почему же такъ? Полагаю, логично предположить, что въ современной Россiи сложилась оригинальная "гражданская религiя", а Новый Годъ сталъ однимъ изъ ея центральныхъ праздниковъ.

Формально-то говоря, Н.Г. - это просто дата на календарѣ, сама по себѣ она ничего не значитъ. Съ нею не связано никакого событiя, объединяющаго людей по нѣкоему признаку. Однако же люди придаютъ ей особое значенiе, воспринимая какъ нѣкое лиминальное событiе. Сложились и устоялись традицiи праздничнаго стола - обязательны селедка подъ шубой, оливье, "мясо по-французски", мандарины, шампанское. При этомъ ѣду готовятъ завѣдомо съ избыткомъ, чтобы доѣсть назавтра. Имѣются и ритуалы: люди стараются закрыть всѣ долги до конца года, избавиться отъ ненужныхъ вещей, убраться въ квартирѣ - словомъ, встретить наступающiй годъ ритуально чистыми. За столомъ принято слушать поздравительную речь Перваго Лица, а ужъ только послѣ этого поднимать бокалы и приступать къ пиршеству. Послѣ праздничнаго стола всѣ отправляются на гулянiя - среди ночи. День накануне Новаго Года оффицiально объявленъ выходнымъ, а послѣ Н.Г. слѣдуетъ еще 10 дней выходныхъ - какъ будто предпразднства и попразднства.

Чѣмъ это не религiозный праздникъ?

Что еще интереснѣе - это праздникъ въ становленiи. Наблюдается условное его "окитаиванiе", прибавленiе несвойственныхъ прежде атрибутовъ. Люди то покупаютъ новыя тарелки - "въ цвѣтъ наступающаго года" - то украшаютъ дома въ соотвѣтствующемъ стилѣ. Какъ знать, чѣмъ станетъ Н.Г. такимъ темпомъ 10 или 20 лѣтъ спустя?..

Полагаю, для будущихъ историковъ наше время станетъ презанятнамъ перiодомъ.