Отец великого Баха

Сегодня исполняется 381 год со дня рождения Иоганна Амброзиуса Баха.

Династия Бахов представляет собой замечательный образчик наследственной, из поколения в поколение передаваемой талантливости. Весь род Бахов – по восходящей, нисходящей, боковым линиям –  за долгие три полных столетия состоял из музыкантов. Отец, дядя, дед, прадед, братья, многочисленные сыновья и внук Себастьяна Баха – все занимались музыкой и были кто органистом, церковным кантором, кто капельмейстером или концертмейстером в разных городах и городках Германии. А некоторые попросту назывались Stadtpfeifer или Kunstpfeifer  (дословно «свистун»), но и за этими оригинальными названиями скрывались принадлежность все к тому же артистическому цеху, все то же направление вкусов и та же основная музыкальность натуры. Даже самый отдаленный родоначальник фамилии, некий Фейт (Veit Bach), живший еще в XVI столетии, – о котором почти ничего не известно, кроме того, что он был булочником и содержал мельницу, – даже этот мельник был любителем музыки и хорошо играл на каком-то инструменте, подобном гитаре. Таких инструментов не только нет теперь, но, по-видимому, даже и во времена Себастьяна Баха уже не было. Однако музыковеды объясняют, что инструмент этот в свое время назывался Gythringen и что слово это происходит от Githara (гитара). На этом-то инструменте старый Фейт Бах любил играть, прислушиваясь к однообразно-мерным ударам мельничного колеса в то время, когда мололась мука. 

Род Бахов, как показывают наиболее достоверные исследования, был чисто немецкого происхождения. Упомянутый Фейт Бах происходил из Тюрингии и переселился было в Венгрию, но под влиянием религиозных преследований, начатых там против протестантов в XVI столетии, опять возвратился на родину, и с тех пор род Бахов уже никогда не покидал отечества. Сын и внуки Фейта были также музыкантами; последние, два брата-близнеца (герой нашего очерка Иоганн Амброзиус – отец и Иоганн Христофор – дядя Себастьяна Баха), были уже профессиональными музыкантами и, странствуя по Тюрингии, добывали себе пропитание игрой на скрипке.

Как известно, реформационные идеи Лютера привились раньше всего именно в Тюрингии, и род Бахов, исконно тюрингский по происхождению и месту жительства, имел таким образом случай усвоить себе протестантские религиозно-нравственные воззрения с самых давних времен, почти со времени самого Лютера. Все Бахи, за все время существования рода, были убежденными протестантами, и сам родоначальник их Фейт ушел из Венгрии только потому, что не желал поступаться своими протестантскими убеждениями. В самой Германии религиозные преследования привели к знаменитой Тридцатилетней войне, продлившейся почти всю первую половину XVII столетия, и на долю поколения Бахов, следующего за Фейтом, к которому принадлежал и дед Себастьяна Баха, выпала горькая участь перенести все ужасы тридцатилетнего беспощадного разгрома Германии, когда ни жизнь, ни кровь, ни имущество протестанта не были обеспечены никем и ничем, вся страна обнищала, огрубела и одичала, и все, а в особенности противники протестантства, среди постоянных грабежей, убийств и грубого разврата, утратили всякое чувство законности. В этой-то обстановке грубости и бесправия продолжало, однако, жить идеальное начало протестантизма и формировался, закаляясь, характер носителей новых религиозно-нравственных идей. Кто из них вынес, перетерпел и пережил эту ужасную эпоху, тот навсегда сохранил и передал потомству стойкость в убеждениях, громадную выдержку характера и, разумеется, глубокую, почти фанатическую преданность своим религиозным убеждениям. Семейство Бахов вышло из этой долгой бури более протестантским, чем когда-либо. Трагические случайности этого смутного времени Германии не могли, конечно, не коснуться и их, и традиции страдавших за свои протестантские убеждения дедов навсегда укрепились в семье.

Когда заключен был мир, страна официально получила свободу вероисповедания, но и вторая половина XVII столетия была для протестантства эпохой еще далеко не спокойной: официальные права часто приходилось осуществлять и отстаивать лишь ценой больших усилий и часто не без риска всякого рода. Эту последнюю эпоху довелось переживать уже отцу Себастьяна, Амброзиусу Баху, и потому понятно, что важнейшим жизненным принципом его семьи по традиции сделалась глубокая и искренняя религиозность, проникавшая самую основу нравственной жизни ее членов.

Иоганн Амброзиус Бах родился 24 февраля 1645 года в Эрфурте и был сыном Кристофа Баха, городского волынщика, и его жены Магдалены, урожденной Граблер. С девяти лет он учился музыке в Арнштадте.

После смерти отца в 1661 году Амброзиус несколько лет оставался в Арнштадте, прежде чем начать свою карьеру подмастерья-волынщика. В 1667 году, как до него и отец, он присоединился к городскому оркестру Эрфурта, которым тогда руководил его дядя Иоганн. В 1668 году Иоганн Амброзиус женился на Элизабет Леммерхирт из Эрфурта. Она умерла после 26 лет брака незадолго до Пасхи 1694 года, успев родить ему семерых детей, пятеро из которых достигли совершеннолетия. 

Мемориальная доска на доме семьи Бахов в Эрфурте

В 1671 году в качестве придворного и городского музыканта Амброзиус переехал в Айзенах, где и родился Иоганн Себастьян Бах, бывший самым младшим из его детей.

Неизвестно, сочинял ли Амброзиус музыку; по крайней мере, ничего из его произведений не сохранилось. Но в единственном сохранившемся варианте свадебной песни «Meine Freundin, du bist schön» (Ты хороша, моя подружка), которая прозвучала на свадьбе его брата-близнеца Иоганна Кристофа Баха Старшего, партия скрипки написана рукой Иоганна Амброзиуса. Иоганн Амброзиус Бах примечателен как основатель собрания композиций старшего рода Бахов, которое впоследствии стало известно в музыкальном мире под названием «Старый архив Баха», и хранится в архивах Берлинской певческой академии с начала XIX века. 

Амброзиус Бах, по-видимому, поднял музыку Айзенаха на беспрецедентный уровень. Сохранившиеся свидетельства о нем полны похвал:

«Амброзиус Бах настолько преуспел в своей профессии, что способен доставить большое удовольствие как вокальной, так и инструментальной музыкой на богослужениях и торжественных собраниях людей высокого и низкого сословия. Мы не можем вспомнить ничего подобного, случавшегося в этом месте», - читаем мы в документа, освобождающем Амброзиуса от местного налога на пиво. А вот другой документ, отчет городского хрониста: «В 1672 году новый кантор произвел фурор на Пасху, играя на органе, исполняя песни, используя скрипки, трубы и барабаны, чего не делал до этого ни один кантор в Айзенахе».

Когда, в 1684 году, он попытался уйти в отставку и вернуться в Эрфурт, городской совет и герцог Саксен- Веймарский не дали ему разрешения, так как очень высоко ценили его деятельность.

 После смерти Элизабет Иоганн Амброзиус решил жениться на 36-летней Барбаре Маргарите Кёль, которая ранее была замужем за его арнштадтским кузеном Иоганном Гюнтером Бахом. Она сама была матерью двух маленьких дочерей и недавно овдовела во второй раз. Свадьба состоялась 27 ноября 1694 года. Однако Иоганн Амброзиус умер всего через три месяца после этого, 20 февраля, за два дня до своего 50-летия. Вдова обратилась в городской совет Айзенаха с просьбой о выплате за мужа шестимесячного жалования. Прошение было удовлетворено лишь частично: она получила жалование Амброзиуса Баха только за оставшуюся часть текущего квартала плюс еще за три месяца, в общей сложности чуть более одиннадцати талеров. Говорили, что затем Барбара вернулась в Арнштадт с дочерьми от первых двух браков, после чего ее следы потерялись.