Женские романы и стратегии размножения

Вчера в разговоре о женских романах мы дошли до двух кнопок - размножения и разбрасывания семян. Эта тема была мне любопытна, и так у меня появился колоритный профессор, который объяснял в книге, что по этому поводу думает современная наука.

В биологии различают две стратегии размножения, которые помогают видам выживать в разных условиях.
Условно расточительная -  ставка на число: мыши, кролики и прочие грызуны. Главное  количество.
Условно экономная - ставка на заботу: слоны и киты. Главное качество.

Мы как вид относимся ко второй, но какое-то время приходилось выживать по первой, чтобы не исчезнуть. Полигамия и беспорядочные связи поощрялась биологически.

Но есть загадка, которая ставит ученых в тупик: луговые и степные полевки. Выглядят одинаково, живут в похожих условиях, но поведение противоположное. Луговые  - типичные полигамные «плейбои» грызуного мира, а степные  -  моногамные семьянины.
Разницу объясняют нейрохимией, у степных выше уровень окситоцина и вазопрессина, гормонов привязанности.

А теперь  интересное. Последние десятилетия исследователи фиксируют снижение концентрации сперматозоидов у мужчин по всему миру. Обычно это списывают на экологию, пластик и стресс. Но есть и другая гипотеза: социальный сдвиг внутри нашей модели.

Мозг -  самый энергозатратный орган тела: в активном режиме он поглощает до двадцати процентов нашей энергии. Производство половых клеток тоже не бесплатно. Когда человек направляет ресурс на интеллектуальную деятельность, творчество или карьеру, на репродуктивные функции ресурса остается меньше  - и это уже культурный, а не биологический выбор.

Посмотрите вокруг: сколько людей сознательно откладывают рождение детей или ограничиваются одним, вкладывая в него максимум сил и времени.

Мой литературный профессор называл это «дефектом эволюции». Но может быть кнопка «размножаться» не сломалась, а просто перестала быть единственной. Мы все больше похожи на степных полевок: меньше бегаем по полю, больше строим норы для долгой жизни.

И женские романы, кстати, тоже эволюционируют.  От простых схем «найти самца и продолжить род» они все чаще превращаются в истории об отношениях, выборе, развитии , а секс и потомство уже не целевая программа, а фрагмент большой игры под названием жизнь.

Или мы просто временно сбились с пути под влиянием современного образа жизни.