Про 23 февраля
Автор: Axios
...А вы знаете, сегодня утро началось необычно. Иду такой по территории части, а навстречу — солдатик, молоденький совсем, из нового пополнения. Глаза честные, форма великовата. Поравнялся, замер, как положено: «Здравия желаю, товарищ...батюшка» И пауза... Смотрит на погоны, а погон-то у меня нет. Смотрит на крест — есть. И такое лицо у него... Ну ищет он во мне что-то военное. А я стою, улыбаюсь.
— С праздником вас! — говорит. — С Днем защитника!
И бегом дальше. А я стою. И до меня доходит: это ж не просто так сказано. Не дежурно, а именно мне адресно. Потому что я тут свой. Год уже. Военный капеллан.
Вы понимаете? Я, человек, который словом работает, а не оружием, — я теперь тоже защитник. Формально. Хотя... Когда подходишь к казарме, а там парнишка, у которого сегодня первый наряд, и он бледный такой, зеленоватый, и спрашивает: «Батюшка, а страшно — это нормально?» И ты говоришь: «Нормально, конечно. Я тоже каждый раз волнуюсь, когда к вам иду». Вот это, наверное, и есть моя защита.
А они все молодые. Совсем. Я смотрю на них — ну дети же! Но все уважительные, говорят мне так: «Отец Евгений, тут боец загрустил, поговорите?» Иду. Сидит мальчик, с фотографией на маму смотрит. Не звонит, не пишет — просто фотографию держит. И сам чуть не плачет. Посидели рядом, помолчали. Потом спрашивает: «А у вас есть дети?» — «Есть». — «А они вами гордятся?» — «Надеюсь». — «А вы ими?» — «Всегда».
И ведь не скажешь ему, что сам иногда думаешь: а правильно ли? Что я тут делаю? Вместо обычного прихода, свечек, бабушек с платочками — здесь, среди казарм, плаца, этих тяжелых мужских разговоров. А потом смотришь: в столовой сидят, крестятся перед едой. Не все, конечно. Но некоторые. Те, которые раньше вообще не крестились. Или на тренировке в рукопашку идут, и один другому шепчет: «Господи, помоги». Или не шепчет, а просто выдыхает и крестит в спину друга.
И сегодня, когда меня поздравляли... Подходили и контрактники, и срочники. Один сержант, здоровый такой, ручищи как кувалды, пожал мою руку и говорит: «Спасибо, что вы с нами». А я думаю: это ж я должен вас благодарить. За то, что терпите мои проповеди, за то, что вопросы задаете неудобные, за то, что доверяете.
И вот иду я вечером домой. Вспоминаю этот день. Вспоминаю, как вручили мне шоколадку — ну куда ж без шоколадки в армии? — и кружку для чая с гербом, и открытку, самодельную, с танком. И подпись: «Нашему батюшке». И понимаю: наверное я действительно защитник. Только оружие у меня другое. Слово. И крест. Спасибо Господу за эту возможность!
И знаете... Мне этот праздник теперь — как вторая Пасха. Потому что там — Христос воскрес, а тут — люди просыпаются. Для добра. Для веры. Для жизни. А что может быть важнее?
Ну, и шоколадка, конечно. Шоколадка — это святое. Даже в армии.
МАХ