Новый рассвет весны
Автор: Axios
( Леониду Енгибарову -человеку с осенью в сердце посвящается)
...Ну вот, опять этот вокзал. Станция «Начало». Или как её там? «Детство»? Красивое название. Все бегут, суетятся, чемоданами стучат... И знаете, в этой суете есть что-то невероятно правильное! Потому что если человек бежит — значит, ему есть куда ехать. Значит, состав подан, путь открыт, и стрелки переведены куда надо.
Главное — занять место у окошка! Крику столько... А я вам скажу: место у окна — это судьба. Это когда просыпаешься ночью, а там луна за соснами бежит, наперегонки с поездом. Это когда въезжаешь в город, и тебя встречают огни. Но! Вы посмотрите, как здорово устроено: тем, кто в проходе, достаётся больше разговоров. Анекдоты, чай в подстаканниках, случайные попутчики, которые становятся друзьями на всю жизнь. У окна — пейзаж. В проходе — люди. А в тамбуре — ветер и свобода! Каждому своё, и каждому — счастье.
Вы посмотрите на этих пассажиров! Один в купе пихается, требует, чтоб ему постелили помягче. Грозится, что в прошлый раз в «СВ» ехал... А вы посмотрите, как он отогревается потом! Как наливает соседу чай, как начинает рассказывать про свои прошлые поездки, как смеётся над собой! Вот оно — тепло. Оно не от мягкости полки, оно от людей. И когда весь вагон уже заливается смехом над его ворчанием — разве это не мягче любого матраса?
Другой вообще в тамбуре стоит, и билет в руках теребит. Билет, между прочим, у всех одинаковый. С печатью. «Свидетельство о рождении» называется. И место там каждому отмечено, хоть ты в тамбуре стой, хоть на багажную полку лезь... Так этот в тамбуре стоит, а мимо лес! Берёзы! А он дышит полной грудью, ветер ему в лицо, и молодость в глазах — вот она, никуда не делась. Разве это не счастье?
А самое интересное начинается потом. Поезд дергает — станция «Юность». Все, кто на подножках висел, влетают внутрь, толкаются, бутербродами с колбасой делятся, влюбляются на ходу. И знаете, колбаса та — простейшая, зато любовь — на века. Дальше — «Зрелость». Контролеры ходят, у всех спрашивают: «А куда едем? А зачем?». А мы им: «Едем туда, где трава зеленее, где небо выше, и где нас точно ждут!» И контролёры улыбаются, проездные не проверяют, садятся рядом и начинают свои истории рассказывать. Потому что все мы — пассажиры.
Промелькнет «Творчество» — кто-то выскочит, кто-то заскочит, а на полу ноты, стихи, наброски, чертежи. Ходишь — хрустит под ногами вдохновением! «Неудача» — тут вообще половина вагона высыпает, на рельсах сидят, курят. Проводница кричит: «По вагонам!», а они: «Мы сейчас, мы догоним». А поезд-то не ждет. Бегут потом, чемоданы теряют... И догоняют! Всегда догоняют! Потому что состав длинный, а жизнь длиннее. И в соседнем вагоне двери открыты, и руки им подают, и кричат: «Давай к нам! У нас веселее!».
И вот самое главное. Мелькает в окне «Счастье». Маленькая такая платформа, вся в цветах. Наши пассажиры носы к стеклу прижимают: «Ой, смотрите!». А поезд — чуть сбавляет ход, специально для нас. Останавливается. И выходит весь состав — от первого вагона до последнего. И стоят на платформе «Счастье», дышат сиренью, обнимаются, фотографируются, детей на плечи сажают. А проводница чай разносит прямо на перрон. И никто не спешит.
А потом проводница подходит. Уже не молодая. И говорит тебе тихо так, с улыбкой: «Вам ещё рано. Езжайте дальше. У вас впереди — весна». И ты понимаешь, что вся дорога — это и есть то самое окно. Что каждый, кто сидел напротив, улыбнулся тебе вовремя. Что полка твёрдая, а на душе мягко. И что до самого тихого полустанка ещё ехать и ехать. А там, на том полустанке, тоже кто-то встретит. Обязательно. С пирожками. И скажет: «Ну наконец-то, заждались. Проходи, рассказывай, как доехал. Мы тут стол накрыли — на всех».
МАХ