Не верьте человеку
Автор: Axios
Смотрите... Человек сидит. Молчит. Взгляд тяжелый, как кувалда. Никому не верит. Соседу не верит, жене не верит, даже себе уже, наверное, не верит — проверил карманы и усомнился.
И мы говорим: «Ну, параноик!».
А это просто... Это просто был когда-то такой доверчивый парень. С душой нараспашку. С руками, которые всё время раздавали добро направо и налево. Направо дал, налево дал — смотришь, уже без обуви стоишь, а зима на дворе. Все мимо проходили и грели руки об его открытое сердце. Все, кому не лень, пользовались. Даже те, кому лень — тоже пользовались, из вежливости. И вот сердце, значит, похлопали-похлопали... оно и захлопнулось. Захлопнулось, заперлось на все засовы, и табличку повесило: «Вход воспрещен. Опыт горький, но богатый».
То же самое — про любовь.
Слышишь: «Любви не существует! Это химия! Это инстинкты! Это... это просто физика какая-то!».
А это... Это значит, человек однажды так высоко взлетел! Так парил в этих самых облаках, что дух захватывало. Встретил ту самую. Или того самого. Такое было счастье, такое тепло, что, казалось, будет длиться вечность. И всё рухнуло. Раз — и сердце вдребезги. Осколки потом долго собирали, и то — не все нашли, некоторые так в печени и застряли, до сих пор колют.
И вот он теперь ходит, закованный в броню из недоверия, и поучает молодых: «Не верьте, дураки! Всё обман!».
А знаете, что мне кажется?.. Мне кажется, мы не туда смотрим. Мы слушаем, что человек говорит, а надо смотреть, чего он боится.
Он боится, что сосед опять займет и не отдаст? Значит, он помнит, как однажды выручил друга и тот его не подвел... в смысле, подвел. Он боится новых отношений? Значит, он помнит, как однажды ему было так хорошо, что страшно повторить. Страшно, что второго такого раза не будет. Или будет — и тогда придется снова жить по-настоящему, а это... это же риск!
И вот я смотрю на них. На этих закрытых, недоверчивых, разочарованных. И думаю: какие же они, оказывается, богатые люди. У них есть, что терять. У них есть, что вспоминать. У них было тепло, которое они теперь так тщательно прячут. Как скряга прячет золото. А оно же есть! Оно никуда не делось!
И вот представьте: утро. Серое, промозглое. Наш герой в броне выходит на улицу. И вдруг... солнце! Из-за туч! И луч — прямо ему по лицу, по этим сомкнутым векам. И он... он невольно, на секунду, приоткрывает глаза. Щурится. И краешек губ... вот так вот... чуть-чуть...
МАХ