О конвейерных сериалах и впроцессниках: мысли вслух

Сегодня попался совершенно феерический пост в блоге Эвглены. https://author.today/post/796490

Крик души, конечно, но не в бровь, а в глаз. Это она, на самом деле, о конвейерных сериалах, в которые последнее время превращаются литературные произведения. 

Собственно, что тут плохого? Даже фигуры в писательской среде знаковые этим балуются — Джордж Мартин, например. Плохого ничего, но Мартин так делает, потому что по другому не умеет: он по образованию журналист, потом журналистику преподавал, а затем с учётом разовых заказов, 10 лет отпахал в командах сценаристов и шоу ранеров тех самых конвейерных сериалов. Там он и подсмотрел секрет успеха этой производственной формы. Его заслуга в том, что он масштабировал её до большого многотомного литературного полотна. До него пытались, но не получалось.

До Мартина авторы эксплуатировали другой конвейер - литературный:

•  Регулярный выпуск: книги выходят с предсказуемой периодичностью (раз в 1–2 года или чаще). 
• Повторяющиеся герои: читатель привязывается к персонажам и ждёт их новых приключений. 
• Шаблон сюжета: внутри книги — стандартная структура (например, расследование или учебный год). 
• Клиффхэнгеры используются скромно: конец книги намекает на продолжение или оставляет вопрос открытым, внутри самой конструкции они разбивают монотонное повествование на блоки. 
• Мифология мира: постепенное раскрытие сеттинга (как в фэнтези или НФ). 
• Процедуральные элементы: «дело недели», «миссия», «испытание» как каркас истории. 
• Коммерческая ориентация: ставка на узнаваемость бренда и лояльность аудитории.

Больше всего это касалось развлекательной литературы — детективов, фантастики, фэнтези и приключений, «мыло» поддалось меньше. Но и киты большой литературы отдали дань подходу — например, Джоан Роулинг так упражнялась в Поттериане, а сейчас — в детективах. 

Так вот Мартин первым подошёл к проблеме коммерческой литературы комплексно. Автор живёт хорошо только в том случае, если его читают. Писать красиво он не умел, зато умел зацепить зрителя и знал, как удерживать внимание и как оным манипулировать. Главное, чтобы читатель не потерял интерес к проекту, а сам проект можно было растянуть на столетие. А кто это умеет лучше всего? Правильно: творцы конвейерных сериалов.

Проект конвейерного сериала с самого начала рассчитан на несколько сезонов, в которых события развиваются последовательно. Но имеется ввиду, что его можно и продолжить, если сделает кассу, и держать в таком состоянии бесконечно долго.

В проекте должно быть много персонажей, и хорошо, когда в фокусе повествования оказываются разные люди.  Зрители получали по серии в день, а актёры и сценаристы — время на подготовку новых серий, потому что работают посменно. 

Конвейерники построены с учётом того, что актёр может быть занят в другом проекте или  уйти из проекта навсегда. Иногда актёров меняли, но нередко заранее выводили из сюжета за счёт сценарного хода. В любом случае, проект из-за этого не должен рухнуть.

Но, самое главное — у продюсеров, шоураннеров, сценаристов пространство для манёвра: кто-то из членов команды отслеживает реакцию аудитории. Когда социальных сетей не было, возможностей для этого было меньше, но конвейерники с самого начала были заточены под вкус аудитории. Целый штат обученных людей анализировал звонки и письма зрителей. Персонаж, против которого настроена какая-то социальная группа, на время или насовсем терял часть экранного времени,  если против него ополчилось большинство, наш герой становился кандидатом на вылет. Если сюжетный ход аудитории не заходил, сценаристы устраивали мозговой штурм  и сходили со скользкой темы — рейтинги снова шли вверх. И, разумеется, была не только книга жалоб, но и книга пожеланий.

Коммерчески успешный проект  мог тянуться годами, как смена в резинтресте.  Самый долгий конвейерный сериал в истории телевидения — «Путеводный свет» («Направляющий свет», Guiding Light). Он выходил с 1952 по 2009 год, всего было выпущено 72 сезона и 18262 серии. До перехода на телевидение в 1952 году сериал с 1937 года выходил в формате радиопостановки, так что песня ещё более долгая. 

Да, самое главное, можно без больших потерь слышимости смотреть как все эпизоды подряд, так и пропустить целый блок - сюжет считывается через параллельные линии.

Что перенёс в своё творчество Мартин?

Перенаселяет текст: у него 31 POV. 31, Карл! У основоположников подхода, таких, как Эмили Бронте, таких 2-3 плюс столько же эпизодических. Мартин, раздробив пазл на фрагменты, работает как опытный сценарист. И как шоураннер он послеживает за аудиторией. Не брезгует даже тем, чтобы уволить убить тех персонажей, которые «примелькались» - по одному, ради хайпа. Взрыв эмоций, жаркое обсуждение! Место для других освободилось. И в процессе можно увести сюжет куда угодно. Если старые POVы помрут, Мартин бабы новых нарожают. В эту игру можно играть до бесконечности.

Главная задача конвейерника — запутать аудиторию. Ни одна догадка, по возможности, не должна проявиться в тексте. Мартин не раз проговаривался в интервью, что непредсказуемость — его цель. Да, следил за соцсетями, и в том числе, чтобы обманывать ожидания.

В конвейернике всегда тщательно проработанный сеттинг: различные спиноффы, сиквелы, приквелы — всё строится в уже готовых декорациях. Фанфики автору не нужны, он сам собирает морковку в своём огороде. И Мартин это делает виртуозно. Книгу не закончил, а сколько ещё томов разного на тему написал?

Клифхэнгеры. Они в тексте повсюду — хэнгеров даже больше, чем клиффов. На многих гвоздях никогда не будет висеть ружьё. Но, если сюжет потребует, оно там появится пост-фактум. Главное, чтобы каждая серия-глава создавала двусмысленность дальнейшего развития сюжета.

В плане самих сюжетов глав такая уж лютая изобретательность не требуется. Тут главное, чтобы замануха была на следующую главу и пара-тройка намёков на развитие арки персонажа, которые не оправдаются.

О смысловом наполнении текста я не говорю: здесь не о жанре, художествах разных и языке, и даже не о клубнике и кровавом фарше — на все вкусы. Я о производственной форме подачи произведения. 

И наши впроцессники всё чаще превращаются в конвейерные сериалы. Тут и тома 300-тысячники, на которые разрезана литературная серия. Тут и прода — 15000 знаков, рассчитанная на чтение «в один проход» - как эпизод на один вечер. И даже то, что читатель не должен терять канву при пропуске пары прод. И внимание, которое уделяют мнению читателю в комментариях. Доброе слово и кошке приятно, мы все ждём реакции тех, для кого писали. Но музыку всё-таки в ресторане заказывают, то есть сюжет у книги должен быть стабильным, и должен окончательно сложиться до начала выкладки. Если реагировать на любой чих аудитории незамедлительно, на выходе может получиться совсем другая история — или вообще никакой. А если персонажи расплодятся, как у Мартина, так и вовсе туши свет: их ещё запомнить надо, и не только читателю. А если их меньше будет — так какие же 72 сезона? Серии начнут повторяться, и аудитория потеряет интерес.

Кстати — не последняя причина, почему Мартин не закончит свой эпохальный труд. Для конвейера процесс заменяет результат. Завод работает, доходы не падают. Всё ок. Вот только правильно ли это в литературе? Жду Вашего особого мнения.