Великий голод на Руси

Раз уж поговорили о еде, то стоит поговорить о самом мрачном явлении, которое с нею непосредственно связано, а именно о голоде. Тем более что он стал одной из причин падения Годунова и всей Смуты, о которой идёт речь в трилогии "Русский Ахиллес"

Возмущение слобод против бояр. Художник Кустодиев Б.М.

Великий  голод в Русском государстве в 1601–1603 годах одно из главных событий  правления царя Бориса Годунова. Практически, любой летописец той эпохи  упоминает о «меженине», «гладе», «морозобитии», обрушившемся на Русскую  землю в 7109 (1601) году.
Что  же случилось тогда? Сначала все лето шли дожди, а потом, когда пришло  время сбора урожая, после «Успеньева дня» 15 августа 1601 года ударили  морозы. В некоторых местах на Семенов день 1 сентября 1601 года выпал  уже «снег великой». В любом случае, эти неурочные холода «сожгли» прямо  на корню не успевший вызреть из-за дождливого лета урожай. Осенью, как и  положено, посеяли «озимый» хлеб, но весной грозные удары природы  повторились, и замороженное зерно просто не взошло. Тогда этот «зяблый  хлеб» стали выкапывать из земли, чтобы прокормиться хотя бы им.
Те,  кто надеялся, что их спасет следующее лето 1602 года, тоже ошиблись в  своих расчетах. Удар стихии повторился еще раз, оставив беззащитными  сотни тысяч земледельцев. На третий год Русское государство впало уже в  глубочайший кризис, страна была в хаосе, повсюду хозяйничали разбойники,  объединившиеся в целое войско под командой некого Хлопка и давшие бой  царским воеводам под самой столицей.
Все  источники той эпохи полны ужаса, сообщая самые тяжелые подробности о  потрясениях людей, переживших голод: «многие мертвые по путем лежали, и  людие ядоша друг друга, траву. Мертвечину, псину и кошки, и кору  липовую, и сосновую… И видана отца и матери чад пред очима мертвых  лежаща; младенцы, средние старии по улицам и по путем от зверей и от  псов снедаемы».
Иногда  рассказы о голоде встречаются в самых неожиданных источниках, например,  в приходо-расходных книгах Иосифо-Волощсого монастыря в 1602 году одним  из монахов была сделана запись: «Того же 110-го году Божиим изволением  был во всей Руской земле глад великой — ржи четверть купили в три рубли.  А ерового хлеба не было никакова, — продолжалась запись в монастырских  книгах, — ни овощю, ни меду, мертвых по улицам и по дорогам собаки не  проедали».
Свита  датского королевича Иоганна, проезжавшего через новгородские и тверские  земли в разгар голода в сентябре 1602 года тоже замечала, что по пути  встречаются дома, где не было ни домашней птицы, ни скотины, ни тех же  собак.
Борис  Годунов очень деятельно пытался уменьшить последствия голода.  Разнообразие, как сказали бы сегодня, «принятых мер», действительно  свидетельствует об ярком административном таланте и смелости царя Бориса  Годунова.
Обращение  к источникам показывает, что Борис Годунов подтвердил свою репутацию  «нищелюба». По свидетельству находившегося в то время в Москве на службе  капитана немецкой пехоты Жака Маржерета: «император Борис велел  ежедневно раздавать милостыню всем бедным, сколько их будет, каждому по  одной московке…, так что прослышав о щедрости императора, все бежали  туда, хотя у некоторых из них еще было на что жить… Сумма, которую  император Борис потратил на бедных, невероятна; не считая расходов,  которые он понес в Москве, по всей России не было города, куда бы он не  послал больше или меньше для прокормления сказанных нищих».
Однако  сам царь Борис не мог стоять на раздаче денег и все было поручено  чиновникам, сумевшим даже самое богоугодное дело обратить себе на  пользу. «Приказные, назначенные для раздачи милостыни, — констатировал  Исаак Масса, — были воры, каковыми все они по большей части бывают в  этой стране».
Царь  Борис Федорович пытался чередовать раздачу милостыни с выработкой целой  «индустрии» помощи голодающим, основанной на введении твердых цен на  хлеб и общественных работах. Уже осенью 1601 года, когда пропал  выращенный урожай, цена на рожь достигла, например, в Соли Вычегодской  целого рубля и хлебная «инфляция» продолжала раскручиваться.
Видя  это, 3 ноября 1601 года, царь Борис Годунов пишет указную грамоту. По  этому указу были приняты меры против «скупщиков» в Москве и во всех  других городах Русского государства. Хлеб предписывалось «сыскивать» во  всех дворах, житницах, амбарах и лавках. Затем тех гостей и купцов, кто  торговал зерном принуждали продавать его по определенной цене и  понемногу, чтобы хватило на всех.
Будь  эта мера реализована, людям хватило бы хлеба, чтобы пережить голодное  время и потом посеять новый урожай. Однако не всем хотелось расставаться  с барышами из-за любви к ближнему. Затворенными для голодных оказались  даже монастырская и патриаршая хлебная «казна». И, наоборот, все, кто  мог, бросились скупать остававшийся хлеб, чтобы перепродать его  подороже.
Видя  это, Авраамий Палицын, осуждал «сребролюбцев» и обвинял их в том, что  именно они стали причиной «начала беды по всей России». Наживаемые  мгновенно капиталы разделяли людей, тогда и пригодились эти  несимпатичные русские поговорки о том, что сытый голодного не разумеет  и, что своя рубашка ближе к телу.
Конечно,  не все объяснялось хлебной спекуляцией, кто-то просто хотел сделать  запасы на будущее, чтобы уберечь себя от угрозы голодной смерти. И  здесь, несмотря на благие начинания царя Бориса Годунова, его подданные  своими руками вымостили себе дорогу в тяжелые испытания Смутного  времени. Пытаясь упорядочить хлебную торговлю, царь Борис успешно ее  разрушил и начавшиеся процессы являются классическим пособием на тему  «как устроить гражданскую войну в России».
Хлеба  в стране оставалось еще достаточно. Как писал тот же Авраамий Палицын,  потом еще четырнадцать лет «от смятения» им питались «во всей Русской  земле». Борис Годунов отказался от закупок голландского зерна, услужливо  привезенного иноземными купцами, прослышавшими про голод в России и  возможность неплохо на этом заработать. Из объявленного 16 мая 1602 года  в Нарве «продажного хлеба» ржи и других товаров на царский обиход, как и  в прежнее время были закуплены редкие вина. Значит, царь считал, что  может справиться собственными силами.
Но  вмешавшись запретительными мерами в частный торг, царь Борис уничтожил  коммерческую инициативу и ее место быстро заняли неповиновение, всеобщий  обман и подозрительность. Царь приказывает печь хлеб «определенного  веса и по определенной цене», а пекари, по свидетельству Исаака Массы,  «для увеличения тяжести пекли его так, что в нем было наполовину воды,  от чего стало хуже прежнего». В обстановке «доводов» сыпались обвинения  даже патриарху и монастырям, где обычно скапливались запасы хлеба.  Только житницы самого царя Бориса были широко раскрыты, как ворота, всем  бедным и голодным.
Узнав  о выдаче милостыни, в Москву по всем дорогам бросились голодные люди.  Царь Борис, по известию «Нового летописца», «повеле делати каменное дело  многое, чтобы людем питатися, и зделаша каменные полаты болшие на  взрубе». Слух о том, что в Москве можно прокормиться на стройках,  видимо, быстро разошелся и всех, способных к черновым строительным  работам.
Скученность  голодающих людей, не имевших крова в Москве, очень быстро стала  причиной «мора». Возникла новая тяжелая проблема, что делать с телами  умирающих, которых не успевали подбирать на улицах. И снова царь Борис  Годунов нашел быстрый ответ: создал как пишут источники, три специальных  кладбища — «скудельницы» для людей, умерших скоропостижной смертью.  Авраамий Палицын в своем «Сказании» привел какие-то известные тогда  цифры погребенных: «И за два лета и четыри месяца счисляющу по повелению  цареву погребошя в трех скудельницах 127 000, толико во единой Москве».  
О  более чем 120 000 умерших в Москве от голода писал также Жак Маржерет:  «они были похоронены в трех назначенных для этого местах за городом, о  чем заботились по приказу и на средства императора, даже о саванах для  погребениях». Кстати, стоит подчеркнуть эту деталь, встречающуюся у  упомянутых авторов — погребение умерших в Москве царь Борис Годунов брал  на свой счет.
Меры  по борьбе с голодом коснулись не одной Москвы, но всего государства. В  1602 году была достроена Смоленская крепость и завершение ее  строительства тоже укладывается в продуманную логику организации  общественных работ. Царь Борис Годунов, по свидетельству одного  знакомого Жака Маржерета, послал в Смоленск огромную сумму в 20 000  рублей. Но ни раздача милостыни, ни попытки занять людей работой и дать  им твердый заработок не помогали.
Многие  были тогда уверены, что счастье отвернулось от жителей Русского  государства готовы уже были искать виноватых. Кроме того, как бы велико  ни было желание царя Бориса помочь всем нуждающимся, сделать этого он  все равно не мог. Люди оставались один на один со своими несчастьями.
По материалам: Козляков В.Н. Борис Годунов. Трагедия о добром царе