Зеленые кости

Кабачок — овощ мистический. Никто не знает, каков он на вкус, потому что добровольно его никто не ест. Кабачок — это переходящее красное знамя. Вырастил сам — передай другому. Тот передаст третьему. К декабрю овощ возвращается к тебе же, но уже в виде мумии. Круговорот кабачков в природе.

Соседка по даче, назовем ее Антониной, презирала ширпотреб. Она выписала по почте элитные семена. Сорт «Слеза агронома». За эти деньги семена должны были сами себя сажать, полоть и отгонять колорадского жука. Антонина молилась на грядку. Удобряла землю чем-то радиоактивным, но жутко полезным. К августу земля родила. Три кабачка. Огромные. Плотные. Зеленые, как тоска. Антонина ходила вокруг них кругами. Прикидывала, кому из родственников она нанесет непоправимое добро этой осенью.

Утром в субботу садовое товарищество проснулось от воя. Вой переходил в ультразвук. Кабачки исчезли. Три элитных овоща были профессионально извлечены из грунта. Обычный человек выпил бы валерьянки. Антонина вызвала полицию.

Участковый, лейтенант Сидоренко, шел по участку медленно. Лицо у него было такое, словно он лично хоронил веру в человечество. Расследовать похищение травы ему еще не приходилось. — Следов взлома нет, — сухо констатировал участковый. — Калитка закрыта изнутри. Почва не затоптана. Антонина требовала овчарок. Требовала вертолет. Требовала перекрыть границу района.

Сидоренко устало присел на корточки возле собачьей будки. В будке жил пес Полкан. Пес с тяжелым детством и философским взглядом на жизнь. Полкан лежал, положив тяжелую морду на лапы, и смотрел на лейтенанта. В глазах собаки читалось: «Ходят тут всякие, а потом миски пропадают».

Сидоренко машинально посветил фонариком внутрь будки. Замер. Достал протокол. — Понятые есть? — глухо спросил он. Антонина побледнела.

В глубине будки, на старом драном ватнике, лежали они. Три «Слезы агронома». Кабачки были аккуратно сложены в пирамидку. На каждом отчетливо виднелись следы мощных клыков. Полкан тяжело вздохнул. Тайник был раскрыт. Инвестиции пошли прахом.

Логика Полкана была железной. Собака полгода наблюдала за хозяйкой. Хозяйка не отходила от земли. Охраняла эти предметы, гладила их, поливала водой. Вывод напрашивался один. В земле созрели кости. Гигантские, невероятно ценные зеленые кости. А раз кости имеют свойство заканчиваться, их надо заначить. Закопать не получилось — хозяйка всё видит. Пришлось тащить в дом. На черный день. Когда выпадет снег и перестанут давать кашу. Будет лежать и грызть витамин.

Участковый вытер лоб фуражкой. — Дело закрыто. Вещдоки изъяты. Оформляем возврат имущества. Антонина смотрела на кабачки. На них были слюни Полкана. Дарить это родственникам было нельзя. Выбрасывать элитный сорт — жалко. Впервые в истории садового товарищества человеку пришлось съесть свой кабачок самому. Со слезами на глазах.