Разрешение на близость
Автор: Алексей Небоходов— У нас нет преступности, нет нищеты, нет неопределённости. Разве этого недостаточно?
— Но есть ограничения, — возразила Лиана.
— Конечно, — согласился он, — но в этом и суть. Когда нет хаоса, жить проще. Люди не гадают, что делать дальше, они знают, что их жизнь выстроена по чёткому плану.
Она не стала спорить. Это действительно был главный принцип Орд-Нока: упорядоченность, исключающая не только кризисы, но и сами предпосылки к ним.
Однако были и другие мнения. Лиана замечала, что иногда люди уходили. Они не покидали Орд-Нок внезапно, но стоило кому-то заговорить о том, что он собирается уехать, как становилось ясно: он уже не принадлежит этому миру.
Иммиграция в Летари или создание собственного мира было допустимо, но это был выбор без возможности возврата. Если человек покидал Орд-Нок, он терял право на возвращение.
— Они сами уходят, — сказал однажды один из сотрудников, когда Лиана спросила, почему уезжающих не пытаются удержать.
— Просто так?
— А зачем их удерживать? Если человек не хочет жить в порядке, значит, он сам выбрал хаос. В Летари они могут делать, что угодно. Но обратно не вернутся.
Он говорил без злобы, без осуждения, как о чем-то естественном. Это был ещё один закон системы — здесь никого не заставляли, но, если человек делал выбор, он должен был принять его последствия.
Утро выходного дня началось с громкого стука в дверь. Лиана, ещё не до конца проснувшись, села на краю кровати, пытаясь собраться с мыслями. Иван поднялся почти сразу, ощущая в воздухе нечто тревожное, нарушающее размеренный ритм их утреннего пробуждения.
Он подошёл к двери и открыл её. В проёме стоял Клим — в идеально выглаженном сером костюме, с непроницаемым выражением лица, но глаза выдавали раздражение, смешанное с плохо скрываемым гневом.
— Вы вообще понимаете, что натворили? — его голос прозвучал глухо, но в нём чувствовалась едва сдерживаемая злость.
Иван переглянулся с Лианой, но та лишь слегка нахмурилась, ожидая объяснений.
— О чём ты?
Клим зашёл внутрь, не дожидаясь приглашения. Его движения были резкими, напряжёнными, будто он вынужден был решать проблему, которую не планировал и не желал решать.
— О вашем… — он сделал паузу, будто подбирая слово, затем процедил: — акте близости.
Лиана приподняла бровь, Иван едва заметно склонил голову, пытаясь понять, не шутка ли это.
— Это запрещено? — спокойно спросила она.
— Не запрещено, но требует предварительного оформления, — Клим говорил, будто выговаривал ребёнку очевидные вещи, с трудом веря в их неосведомлённость. — Вы не состоящие в браке партнёры. Без регистрации вам необходимо было подать заявку, получить разрешение.
— Разрешение на секс? — Иван усмехнулся, но тут же осёкся, увидев, что Клим не оценил попытки иронии.
— Это не смешно, — его голос был жёстким. — Вы нарушили протокол.
Лиана откинулась на спинку кровати и сложила руки на груди, изучающе глядя на Клима.
— И какие за это последствия?
Клим помолчал, будто надеясь, что его собеседники осознают масштаб их проступка, затем с раздражением вытащил из кармана маленький чип и швырнул его на стол.
— Теперь у вас есть официальное разрешение. Бессрочное.
Чип слегка покатился по гладкой поверхности и замер. Иван взял его, повертел в пальцах, будто стараясь найти в нём хоть что-то, оправдывающее этот театр абсурда.
— Это всё? — спросил он.
— В следующий раз хотя бы предупредите, — буркнул Клим, затем развернулся и быстрым шагом покинул их квартиру, хлопнув дверью так, что по стенам разошлась едва уловимая вибрация.