Гермиона и Конвой.

Когда говорят об английских крейсерах Второй Мировой, обычно первым вспоминают «Улисс» Алистера Маклина. Если кто помнит, экипаж там страстно мечтает о переводе с холодного севера на теплую Средиземку. 

«Вице-адмирал отодвинул стул.

— После этого, господа, — Средиземное.»

Тут стоит делать скидку на личный боевой путь автора книги – Маклин служил на крейсере «Роялист», который перевели в состав Британских сил Эгейского моря уже в 44-м, когда «немец был уже не тот».

Тем, кто воевал на Средиземке раньше, везло меньше.

HMS Hermione, лёгкий крейсер типа «Дидо», заложен в 1937-м, введен в строй весной 41-го. После участия в «охоте на Бисмарка» попал в состав Соединения H, с базой в Гиблартаре. Это мальтийские конвои, один за другим. Поначалу везло, тонули другие. 

«В сущности, «Улисс» и прежде не оставался в одиночестве. За ним по пятам бродила смерть. Стоило ей костлявым своим перстом указать на танкер, как раздавался адский грохот взрыва; едва касалась она транспорта, как тот, надвое перешибленный вражеской торпедой, шел ко дну с грузом военного снаряжения; прикасалась к эсминцу, и тот устремлялся в свинцовые глубины Баренцева моря. Указывала курносая на подводную лодку, и та, едва всплыв на поверхность, расстреливалась орудийным огнем и камнем падала на дно: тогда оглушенная, онемевшая от ужаса команда молила лишь об одном — о трещине в прочном корпусе лодки, что означало бы мгновенную милосердную кончину, а не мучительную смерть от удушья в железном гробу на дне океана. Повсюду, где возникал «Улисс», появлялась смерть. Но смерть никогда не прикасалась к нему. 0н был везучим кораблем, кораблем-призраком»

1 апреля 1942 «Гермиону» перевели в состав Соединения F, обеспечение высадки на Мадагаскаре. В Гибралтар она уже не вернулась – требовалось восполнить потери после эвакуации с Крита и крейсер передали в эскадру, базировавшуюся на Александрию. Туда крейсер пришёл 7 июня, но вряд ли кто-то из экипажа успел толком посмотреть город. 11 июня Королевский флот начал операцию «Вигорес», очередную попытку доставить грузы на Мальту. Предыдущий британский конвой MW-10 в марте 1942 года из Александрии на Мальту закончился провалом: два судна были уничтожены на подходе к Мальте, другие два были уничтожены немецкой авиацией уже в порту Мальты вскоре после начала разгрузки. Для понимания – летом 42-го продовольственные нормы на Мальте -- около 300 грамм хлеба в день, примерно 1300–1500 ккал/сутки. Для всех жителей, включая трудоспособных мужчин. Желающие могут сравнить с нормами блокадного Ленинграда.

 В этот раз британцы решили попробовать заставить итальянцев и немцев распылить силы – один конвой двигался с востока, второй с запада, из Гибралтара. «Фишкой» восточного конвоя считалось включение в его состав старого корабля-мишени «Центурион», с фальшивыми башнями изображавший новый линкор типа «Король Жора Пятый». Как цинично пишут сами британцы: во-первых, его было не так жалко потерять.

13 июня крейсер отплыл из Александрии. К конвою присоединились на следующий день и почти сразу начали отбивать воздушные атаки. Идея о распылении сил оказалась не очень рабочей – сил Оси хватило на оба конвоя.
««западный» конвой также подвергся атаке итальянской Королевской авиации: торпедами был потоплен грузовой корабль «Танимбар», а крейсер «Ливерпуль» , взятый на буксир «Антилопой» , был поврежден.  Авианосцы «Аргус» и «Игл» также получили попадания, при этом погибли некоторые члены экипажа. Получив приказ не заходить на Мальту в целях экономии топлива, эскорт вернулся в Гибралтар, оставив оставшиеся торговые суда с меньшим прикрытием.  HMS Welshman покинул конвой и на большой скорости направляется в одиночку на Мальту.»

С наступлением темноты угроза с воздуха для «восточного» конвоя стала меньше, но начались атаки торпедных катеров. И атаки уже не прекращались. Появилась информация о выходе итальянского флота, не убоявшегося макетов башен «Центуриона». Контр-адмирал Виан 01:45 15 июня приказал повернуть на восток, отсрочить перехват.  Ночью эсминец «Хасти» получил торпеду от немецкого «шнелльбота» S-55, после снятия экипажа добит своими, крейсер «Ньюкасл» тоже получил торпеду от S-56, обе носовые башни были выведены из строя, но все же на малом ходу крейсер сумел вернуться на базу. В 7.00 конвой снова повернул к Мальте, в 9.40 – обратно на восток. Авиации Оси, впрочем, на все эти зигзаги было плевать – с утра над конвоем снова появились  «штукасы» и итальянские «канты», крейсер «Бирмингем» повержден близкими разрывами бомб. В 15:20 двенадцать «штукасов» из StG 3 накрыли эсминец «Эйрдейл» -- три близких разрыва, два прямых попадания, пожар на корме, уцелевшие сняты, корабль затоплен. Около 18.00 поражен австралийский «Нестор» -- то ли итальянцами, то ли теми же «штукасами» из 3-й штурмовой. Попытка буксировать не удалась, утром 16-го корабль пришлось затопить.

Впрочем, уже вечером 15-го стало понятно, что к Мальте никто не дойдет – зенитные снаряды на кораблях заканчивались. Конвой снова развернулся назад, в Александрию – но «Гермиона» туда не попала. Ночью в её борт вошла торпеда с немецкой подводной лодки U205. Машинные отсеки затопило, корабль накренился на 22 градуса, а затем полностью лег на борт и через 21 минуту скрылся под водой. 

Большую часть экипажа подобрали эсминцы охранения. Вместе с «Гермионой» погибли 87 человек (судя по списку погибших, вся вахта машинного и те, кто был внизу), а также корабельный кот по кличке «Конвой».

Из «восточного» конвоя до Мальты не дошёл ни один корабль, из западного – два грузовых судна из шести.

Как пишут британцы: «операция «Вигорес» считается «имперской катастрофой», и большинство историков пытаются выяснить, кто виноват.»