«Дзыдзлан» (разминка)

Солнечные  лучи сушили соль в волосах Дениса Абрамовича, пока он выбирался на  берег. Галька скользила под босыми ступнями и больно тыкалась во все  акупунктурные точки.

— Массаж, ё-маё, — шатко топал он к своим шлёпкам и полотенцу. Плавки на нём блестели, как бок афалины.

Эх,  думал Денис Абрамович, уже неделю в отпуске, а дельфинов так и не  видел. Брачный сезон, сообщили ему с гордостью, когда он бронировал  номер в санатории. Он даже лодку оплатил, чтобы посмотреть на них  вблизи, но поездка не состоялась — на море в тот день поднялась буря,  волны вздымались до серых небес, пенились у самого берега жёлтым  кружевом, несли к мелководью дохлых медуз и вонючую ряску. В тот день он  даже не искупался. Минус день, минус вайб, как сказала бы дочь Дениса  Абрамовича.

До конца отпуска оставался вечер и кусочек утра. Денис  Абрамович, полный смутных дум, забрал своё полотенце и потопал прямо к  гостеприимно распахнувшейся беседке. Черноморское кафе под названием  «Ракушка» продувалось солёным ветром, манило солёными орешками и ледяным  пивом.

— Дельфинов не видели? — спросил он у чисто выбритого,  смуглокожего абхазца по имени Алхас. Тот рассыпал жареный арахис по  пиалкам.

С потолка свисала разноцветная чурчхела, от деревянной  стойки пахло разлитым пивом и солью, баночки варенья довольно  подмигивали с нижних полок шкафов. У входа стоял стенд с матрасами,  кругами и надувными лебедями — кафе «Ракушка» предлагала туристам всё,  чего душа потребует.

— Нэ, — ответил Алхас. — А вы любить дэльфины?

—  Очень, — вздохнул Денис Абрамович и указал пальцем на кран с разливным  пивом. — Всё детство мечтал, и вот, отпуск впервые за пятнадцать лет,  думал, увижу их. А их нет.

— Бэда, — многозначительно протянул бармен, наполняя бокал пенистым.

Денис  Абрамович остался уныло сидеть за стойкой и даже напиток богов не  принёс спокойствия его душе. Он всё тосковал о дельфинах, и вздрогнул,  когда голос Алхаса выдернул его из тоскливых раздумий.

— Брат, — бармен склонился над стойкой. — Я тэбэ тайну скажу, но ты молчать, ладно?

Денис Абрамович удивился, но головой помотал. Любопытно стало.

— Ты приходи ночь на пляж. Тут жэнщина, — глаза Алхаса блеснули закатным маревом, и он подмигнул Денису Абрамовичу.

Тот  возмутился. Неужели ему проститутку предлагают! Приличный санаторий, а  он семейный мужчина вообще-то! Всё это отразилось на его лице, и Алхас  быстро поправился.

— Нэ! Брат! Морская жэнщина! Нэ подходить, нэ говорить, но красота, во! — он показал руками как бы объём красоты этой женщины.

—  Спасибо, — Денис Абрамович быстро допил своё пиво и отдал деньги  бармену. А сам обиделся, конечно. Шутки тут над туристами шутят,  издеваются. Вот и гостеприимный юг, ё-маё.

Вечером Денису  Абрамовичу совсем не спалось. Всё ходил по своему номеру, смотрел на  полусобранный чемодан, завтра — поезд, двое плацкартных суток и дом.  Жена, дочь, работа, скучный, привычный быт.

Всё-таки соскучился он  по родным за прошедшую неделю. Только вот то, что дельфинов не увидел,  тоску нагоняло, а так — неплохой вышел отпуск. Накупался, в горы ездил,  на пляже пропёкся, вина молодого попил. Ничего такого сверх не увидел.  Из сверх планировались дельфины, и он их не получил, к сожалению.

— Морская женщина, — пробормотал себе под нос Денис Абрамович. — Русалка, что ли?

По  его рассуждениям, скорее местная отдыхающая, почитательница молодого  вина по ночам по пляжу разгуливала и возбуждала сознания местного  персонала. Но что-то было такое таинственное в словах Алхаса, да и ночь  была последняя, хотелось увезти с собой что-то ещё, что-то ценное,  воспоминание, не ракушки и магнитики — этого он уже накупил. Поэтому  Денис Абрамович накинул рубашку и поплёлся на пляж.

Ночное море  совершенно другое. Оно чёрное и тягучее, как густая смола. К нему  страшно подходить, а если задрать лицо в небо, то видишь, какое оно  высокое и блестящее — голова кругом идёт.

Дорожка полной луны  пролегала по черноте спящих волн. Мелкая рябь лишь изредка перекатывала  мелкую гальку с тихим, песочным шелестом. Штиль сгустил соль в воздухе,  запах рыбы и водорослей в душный коктейль.

Денис Абрамович неспеша  шёл по пляжу и улыбался собственным мыслям. Хорошо ему было, благостно и  по-хорошему тревожно, словно в другой мир попал. С надеждой он  посматривал на морскую гладь, а вдруг выскочит блестящее гибкое тело,  прыгнет в воздухе, а за ним ещё одно. Станут друг за другом выныривать и  падать в воду, играясь, подобно морским ласточкам. Но ничего не  происходило, и он лёг прямо на камни спиной, подсунул ладони под затылок  и закрыл глаза. Успокаивающая тишина сделала своё дело — Денис  Абрамович уснул.

Разбудил его плеск и трубный клич, будто кто-то  дудел в маленькую такую игрушку, какие продавались здесь на каждом  углу. Мужчина поморщился, облизнул подсохшие губы и приоткрыл глаза.  Мириады звёзд почти ослепили его, так плотно заселили чёрное небо.  Значит, проспал он недолго. А звук просто приснился.

Дддуууу. Услышал он снова. Дддуууу. Ддду.

Денис  Абрамович присел на камнях, спина ныла от лежания на неровной  поверхности, а голова чуть гудела после недолгого сна. Сначала он даже  не понял, что было не так, а потом на лице его расплылась огромная  улыбка.

Он увидел! Лоснящееся в бликах луны тело выныривало из воды и  падало обратно, оно неслось к берегу, иногда издавая эти странные  звуки, когда выплёвывала мощные струйки воды.

Он не мог разглядеть  существо полностью, но это точно был дельфин! Денис Абрамович подскочил  на ноги и подошёл к кромке берега как можно ближе, силясь рассмотреть.  Дельфин летел прямо к берегу, будто приветствовал его и извинялся, что  не появлялся так долго. Сердце забилось быстро-быстро, а в груди  расцвела совершенно детская радость.

— Давай, милый, иди сюда, — прошептал Денис Абрамович, в голове у которого ухало от каждого нырка.

Осталось  каких-то двадцать метров, он почти смог разглядеть его хвост и  плавники, когда дельфин вновь ушёл под воду. И больше не появлялся.

Несколько  минут Денис Абрамович стоял на берегу, опустив руки по швам, с детским  выражением обиды на лице. Он чувствовал, будто его обманули. Он смотрел  на море и обижался, что оно его предало. Глаза защипало, мечта была так  близко и исчезла, хотелось плакать и может даже покричать матом.

Плюх.  Дддууууу. Настойчиво позвало слева. Огорчение мигом соскочило с лица и  мужчина с новой надеждой метнулся на несколько метров в сторону. Звук  шёл прямо от берега, где у камней был резкий спуск в глубину. Этакий  бассейн, чтобы далеко не идти в море.

— Иду! — крикнул он и  засмеялся, но смех оборвался, когда он присел на камень, протянув руку,  чтобы погладить высунувшуюся из-под воды морду. — Ты кто?

Жэнщина, красота, во! Вспомнил он слова Алхаса и не смог поверить в то, что видит это собственными глазами.

На  длинном блестящем теле, совсем как у дельфина, сидело человеческое  лицо. Большие тёмные глаза тускло глядели на него с каким-то смертельным  спокойствием, нос удлинялся в хоботок, а губы, полные и красивые, если  бы они жили на человеческом лице, растянулись уголками в стороны.

Оно  мне улыбается? С ужасом подумал Денис Абрамович и отдёрнул руку.  Существо молчало и смотрело на него не моргая, под водой угадывались  вялые движения хвоста и плавников, удерживающих его на месте. А потом  оно вытянуло хобот-нос и издало мощный и громкий дддуууу.

Денис  Абрамович закричал, схватился за голову и попятился, споткнулся о  камень, больно расшиб коленку, но рефлексам было плевать, его гнало  прочь от пляжа.

Он понёсся к своему корпусу, взлетел по лестнице в  номер и запер дверь, не заметив, как пронеслось время. Перед глазами  стояли только огромные глаза, спокойные, как ветер в склепе. Если Алхас  считает это красотой, то у Дениса Абрамовича к нему большие вопросы.

Ночь  прошла без сна, а утром Денис Абрамович отказался от последнего похода  на пляж. Его бросало в дрожь, когда он думал, что снова войдёт в воду,  где живёт это. На станцию он приехал за два часа до поезда, где долго  пил кофе и думал, с чем же таким ему вчера довелось столкнуться.

Только уже в поезде весёлый сосед, возвращающийся с соседнего морского курорта рассказал ему.

—  Брат, ты встретил Дзыдзлан, — он радостно откупоривал потную стеклянную  бутылку, и Денис Абрамович был совсем не против выпить несмотря на то,  что время было только обеденное. — Дух местный, типа русалки. Для одних  красоткой из воды выходит, другим в обычном облике является. Видимо,  чем-то ты ей не угодил или настроение у неё плохое было, — сосед  негромко рассмеялся и разлил водку по стаканам.

— Дзыдзлан, — тихо  повторил Денис Абрамович и понял, что страшно соскучился по жене, дочери  и своей обычной, скучной жизни. Хорошо, что отпуск закончился, подумал  он, опрокидывая в себя стакан.