Мотив Нюши

В воскресенье утром Павел Семёнович впервые пришёл в парк раньше Семёна Павловича.

Это обстоятельство он счёл хорошим знаком.

Семён Павлович, появившийся через три минуты, счёл его подозрительным.

— Почему вы так рано? — спросил он.

— А вы почему спрашиваете?

— Потому что обычно вы опаздываете.

— Я не опаздываю. Я прихожу, когда уже всё понятно.

— Сегодня, видимо, стало понятно заранее.

Павел Семёнович собирался ответить, но к ним подошла хозяйка Нюши.

Они знали её по воскресным прогулкам. Нюша обычно шла впереди, проверяя кусты, пакеты и людей, имевших неосторожность есть на ходу.

Сегодня впереди никого не было.

Женщина держала поводок, на конце которого болталась пустая шлейка.

— Нюша пропала.

Павел Семёнович посмотрел на шлейку.

Семён Павлович — на женщину.

— Украли, — сказал Павел Семёнович.

— Слишком просто, — сказал Семён Павлович.

Женщина закрыла глаза.

— Я так и знала, что вы начнёте спорить.

— Мы ещё не начали, — возразил Павел Семёнович.

— Именно поэтому я и беспокоюсь.

Павел Семёнович взял шлейку и осмотрел застёжки.

— Всё цело.

— Она вывернулась. Увидела кошку, рванула — и будто сложилась пополам. Я только шлейку удержала.

— Значит, ушла добровольно, — заключил Павел Семёнович.

— Сильный вывод из собачьей анатомии, — заметил Семён Павлович.

Женщина всё туже наматывала поводок на ладонь.

— Она далеко не уходит. За кошкой может побежать. Или за едой. Но до сих пор всегда возвращалась.

Карабин тихо звякнул о кольцо шлейки. Женщина отвернулась, но слёзы уже потекли по щекам.

Павел Семёнович неловко переступил с ноги на ногу и протянул ей платок.

— Вы только не плачьте. Мы её найдём.

Семён Павлович осторожно кашлянул.

— Впервые за утро полностью согласен.

Женщина вытерла глаза.

— Просто найдите мою Нюшу… пожалуйста.

— Найдём, — сказал Павел Семёнович.

— Временно вместе, — уточнил Семён Павлович.

— До первого серьёзного расхождения.

— Разумеется.

Так было создано следственное объединение.

Павел Семёнович поднял шлейку двумя пальцами, поднёс к носу и глубоко вдохнул.

Семён Павлович некоторое время наблюдал.

— Может, ещё наденете её? Чтобы окончательно войти в роль.

— След иногда чувствуется.

— Особенно если очень хочется его почувствовать.

Павел Семёнович понюхал ещё раз.

— Колбаса.

— Это собачий запах.

— И колбасный.

Он присел возле дорожки.

— Пошла к фонтану.

— Вы уже нашли след?

— Сейчас найду.

— Сначала вывод, потом след. Удобный порядок.

Они проверили фонтан, кусты и пространство под лавочками.

Возле мусорных баков из-под крышки торчал бумажный пакет.

Павел Семёнович осторожно приподнял крышку.

Из бака выскочила рыжая кошка.

Он отшатнулся и наступил Семёну Павловичу на ногу.

— Осторожнее!

— Я перекрыл ей путь.

— Вы прыгнули на меня.

— Это был тактический манёвр.

Кошка спокойно перебежала двор и юркнула в открытое подвальное окно соседнего дома.

— Нюша могла погнаться за ней, — сказал Павел Семёнович.

— Могла.

Павел Семёнович подозрительно посмотрел на него.

Семён Павлович уже направлялся к дому.

Они обошли здание и спустились в подвал через незапертую служебную дверь.

Пахло сыростью, старыми досками и запасами на зиму.

В глубине что-то зашуршало.

Из-за ящиков вышла рыжая кошка. Во рту она держала толстый ломтик колбасы.

Павел Семёнович посветил фонариком на колбасу.

— На вид свежая.

— Поразительная наблюдательность.

— Кто выбрасывает свежую колбасу?

Семён Павлович присмотрелся.

— Возможно, её никто не выбрасывал.

Кошка попятилась.

— Украла, — сказал Павел Семёнович.

— Или получила.

— Тогда нужно её найти.

— Зачем?

— Допросить.

Кошка скрылась за ящиками.

Они заглянули за старый сундук, осмотрели трубы и тёмные проходы, но кошка словно растворилась среди досок и банок.

За ящиками обнаружилась дверь в соседнее помещение, а оттуда лестница вывела их к заднему входу.

Они вышли во двор.

У наружной стены стояла помятая жестяная миска. На дне блестели свежие жирные пятна.

Павел Семёнович присел и понюхал.

— Колбаса.

— Это мы уже установили.

— Хорошая.

— Вы теперь и сорт определяете?

— Сам такую покупаю по праздникам.

Неподалёку хозяйка Нюши ходила вдоль дома, заглядывала под лавочки и звала всё тише:

— Нюшенька… Нюша…

Павел Семёнович поднялся.

— Идём.

Через заднюю дверь они вошли в подъезд.

На первом этаже им открыла женщина в халате.

— Если опять про собрание, я не пойду.

— Вы видели сегодня таксу? — спросил Павел Семёнович.

— Нет.

— Рыжую кошку?

— Тоже нет.

Женщина уже собиралась закрыть дверь.

— А кто у вас котов возле заднего входа подкармливает?

Она фыркнула.

— Сердобольная из семнадцатой. Она всю дворовую живность кормит.

Павел Семёнович посмотрел на Семёна Павловича.

— Квартира семнадцать.

— Первый настоящий вывод за утро.

— Мой метод начал работать.

— Ваш метод только что понюхал чужую миску.

Они направились вверх.

За спиной закрылась дверь.

Когда они поднялись на один пролёт, она снова тихо скрипнула. Женщина в халате выглянула, немного подождала и пошла следом.

На третьем этаже из-за приоткрытой двери показалось лицо мальчика лет семи.

— Вы собаку ищете?

— Ищем.

— Полицейскую?

— Таксу.

Мальчик разочарованно закрыл дверь.

К четвёртому этажу за Павлом Семёновичем и Семёном Павловичем шла только женщина в халате.

Павел Семёнович обернулся.

— Почему она идёт за нами?

— Видимо, тоже проводит расследование.

— Какое?

— Нас.

Перед квартирой семнадцать висел листок, исписанный крупными печатными буквами:

ВАША ТАКСА У МЕНЯ

Павел Семёнович прочитал.

Семён Павлович тоже.

— Взяли в заложники, — сказал Павел Семёнович.

— Или нашли.

— Тогда написали бы: «Такса нашлась».

— Возможно, человек не любит точных формулировок.

Женщина в халате заглянула через их плечи.

— Я так и знала.

— Что именно? — спросил Семён Павлович.

— Пока не решила. Но знала правильно.

Павел Семёнович нажал звонок.

За дверью послышался быстрый топот.

Потом лай.

Дверь открылась.

На пороге появилась Нюша.

Она увидела Павла Семёновича и Семёна Павловича, взвизгнула и бросилась к ним.

Прыгнула на Павла Семёновича, обнюхала его карманы, потом перебежала к Семёну Павловичу и радостно залаяла ему прямо в лицо.

— Узнала, — сказал Павел Семёнович.

Семён Павлович вытер очки.

— Слишком эмоционально для заложницы.

На лай вышла пожилая женщина.

Она придержала дверь ногой, чтобы та не ударила Нюшу, и только потом посмотрела на людей, заполнивших площадку.

— Как она к вам попала? — спросил Павел Семёнович.

— В подъезд за мной вошла.

— А кличку откуда знаете? — спросил Семён Павлович.

— С жетона.

Она повернула жетон на ошейнике.

На нём было выгравировано:

НЮША

Павел Семёнович кашлянул.

— Логично.

— Она у главного входа сидела, прямо перед стеклянной дверью, — сказала пожилая женщина. — Будто ждала, что кто-нибудь откроет. Я вошла — она вместе со мной.

— И пошла за вами? — спросил Семён Павлович.

— До самой квартиры.

Женщина в халате сложила руки на груди.

— И вы её оставили?

— Я её во двор вывела. А через несколько минут она снова скреблась в мою дверь. Видно, за кем-то вошла.

Пожилая женщина показала на листок.

— Тогда два объявления и написала. Одно внизу повесила, другое здесь. Хозяева ведь с ног сбились, наверное.

Семён Павлович заглянул в прихожую.

Под тумбой стояла небольшая керамическая миска. На её потёртом боку ещё можно было разобрать имя: «Лайка».

Семён Павлович задержал на ней взгляд, но ничего не сказал.

Снизу хлопнула входная дверь.

— Нюша! — донеслось с лестницы.

Послышались быстрые шаги.

Хозяйка вбежала на площадку. В руке она сжимала снятое у входа объявление.

Увидев Нюшу, женщина опустилась перед ней на колени.

— Нюшенька!

Нюша бросилась к ней, завиляла хвостом и стала лизать руки.

Женщина прижала её к себе.

— Где же ты была?

— У меня, — ответила пожилая женщина. — Сама пришла.

Хозяйка подняла на неё глаза.

— Спасибо вам.

— Не за что.

Хозяйка пристегнула поводок к ошейнику.

— Пойдём домой, Нюша.

Павел Семёнович посмотрел на Семёна Павловича.

— Всё-таки колбаса.

Семён Павлович ничего не ответил.

Нюша радостно пошла рядом с хозяйкой.

У лестницы остановилась.

Оглянулась на пожилую женщину.

Потом вернулась к ней, ткнулась носом в ладонь и замерла.

Женщина медленно почесала её за ухом.

Нюша постояла ещё немного, подошла к хозяйке и пошла с ней вниз.