Пиши и бойся, бойся и пиши...

Коллеги, давайте честно: вы боитесь критики? Нет, серьезно. Вы вот сейчас сидите, пьете чай, и вас аж передергивает при мысли, что кто-то напишет под вашим гениальным текстом «фу, скучно»?

Не ври мне в глаза. Я знаю, что ты делаешь. Ты постишь свой рассказ в полночь, потому что ночью меньше народу, а через десять минут уже трясешься над телефоном, как наркоман над ложкой. Обновляешь страницу каждые три секунды, шепчешь: «Ну давай же, кто-нибудь, скажите, что я божественен». А когда приходит уведомление — у тебя сперва дыхание перехватывает, а потом ты видишь, что это просто Марина из соседнего отдела поставила смайлик-сердечко. И ты такой: «Ну, Марина, ну спасибо, конечно, но у тебя вкус как у таксы, ты вообще мою метафору с облаками поняла?»

О, эта великая драма литератора! Мы все пашем как проклятые. Ночью не спим, высасываем из пальца глубокие смыслы, рифмуем «кровь» с «любовью» в сотый раз, делаем вид, что мы устали от мира. А на деле? На деле мы просто ждем, что кто-то придет и погладит нас по головке. И при этом мы героически говорим: «Мне плевать на чужое мнение, я пишу для себя». Ага, конечно. Для себя ты бы писал в дневнике, который прячешь под подушку, а не выкладывал в паблик с пятитысячной аудиторией. Ты выкладываешь это как рыбу на прилавок: «Смотрите, какая свежая! Ну купите же, ну оцените!»

Но вдруг приходит ОН. Комментатор. Со своим «имхо». Этот человек, который прочитал твой трехстраничный монолог о тоске за три минуты и выдал: «Слишком много воды». И все. Ты уничтожен. Ты уже ищешь слова, как бы ему ответить, чтобы он понял, какой он бездарный баран. Ты мысленно пишешь трактат на десять листов, почему у тебя воды ровно столько, сколько надо, а если бы он понимал Пруста, то вообще бы молчал и целовал экран.

Давайте посмотрим правде в глаза: мы боимся не критики. Мы боимся равнодушия. Вот когда под твоим шедевром тишина — это настоящий ад. Это будто ты припер на праздник торт, разрезал, а гости смотрят на него, потом на тебя, потом говорят: «Ой, я на диете». Это смертельно. Это хуже, чем если бы тебя назвали бездарностью. Бездарность — это хоть какой-то эмоциональный всплеск! Тебя заметили! Ты вызвал страсть! А тишина — это приговор. Тишина говорит: «Ты пустое место, дружок, и твои рифмы там же».

И самое смешное, что ты потом начинаешь оправдываться перед самим собой. Ты такой: «Ну, они просто не выросли до моего уровня», «Ну, у них там вкусы попсовые». Да даже если тебе прилетит гневный коммент от дебила, который пишет с ошибками — ты все равно будешь это перечитывать и нервно хихикать. Потому что дебил ОТРЕАГИРОВАЛ. Он твой соавтор, черт возьми! Он вложил свои полтора килобайта энергии в твой опус.