Чужих детей не бывает. А бывают ли чужие родители?

Есть фраза, которую мы слышали тысячу раз:

«Чужих детей не бывает».

Красиво сказано. Добро. Почти как правило, которое нельзя оспаривать.

Но однажды я подумал: если чужих детей не бывает, а бывают ли чужие родители?

Пока ребёнок маленький, всё понятно.

Его кормят, лечат, одевают, водят в школу, переживают из-за каждой температуры и каждого синяка. Родители могут ошибаться, могут не понимать собственного ребёнка, но ответственность никуда не исчезает.

А потом ребёнок вырастает.

У него работа, семья, дети, свои проблемы.

И родители тоже становятся старше.

Сначала они просто медленнее ходят. Потом им становится тяжело сходить в магазин, к врачу, купить лекарства, разобраться с документами или сделать какой-нибудь ремонт.

И тут выясняется интересная вещь: родителям действительно может понадобиться помощь.

Но иногда им нужна не столько сама помощь, сколько ощущение, что они всё ещё кому-то нужны.

Телефон лежит на столе.

Мать смотрит на него.

Сын не звонил несколько дней.

— Наверное, занят, — говорит она.

Отец отвечает:

— Не звони ему. Сам позвонит.

И они ждут.

А сын действительно занят. Работа, дети, дела.

Телефон показывает имя матери.

Он думает:

«Сейчас опять спросит, когда приеду. Потом про здоровье. Потом попросит купить лекарства…»

И откладывает телефон.

Не обязательно потому, что он плохой.

Просто мы почему-то постоянно откладываем самое важное на потом.

А мать всё-таки звонит сама.

— Привет, сынок. Ты занят?

— Мам, я на работе.

— Да-да. Я просто хотела спросить, как ты.

И вот это самое странное.

Ей самой нужна помощь. Ей тяжело. Возможно, нужно сходить к врачу или купить лекарства.

Но она всё равно сначала спрашивает:

«Как ты?»

Потому что родители иногда до старости продолжают беспокоиться о своих детях.

Даже тогда, когда сами уже нуждаются в заботе.

И помощь ведь не обязательно должна быть огромной.

Иногда это продукты.

Иногда лекарства.

Иногда поездка к врачу.

Иногда сломанный кран.

А иногда — всего несколько минут телефонного разговора:

«Мам, как ты? Что тебе нужно? Я заеду вечером».

Для кого-то это мелочь.

Для человека, который весь день ждёт звонка, — совсем не мелочь.

Конечно, бывают ситуации, когда семья физически не справляется с уходом и приходится обращаться в специализированное учреждение. Это не обязательно означает отказ от родителя.

Но есть другая ситуация.

Когда человек просто постепенно становится неудобным.

Сначала:

«Я занят».

Потом:

«Позвони позже».

Потом звонки становятся всё реже.

А потом родитель уже боится звонить сам, чтобы не услышать раздражённое:

«Ну что ещё?»

И вот тогда особенно хорошо понимаешь смысл вопроса:

бывают ли чужие родители?

Бывают.

Иногда родители становятся чужими собственным детям.

Но бывает и обратное.

Рядом с пожилым человеком неожиданно появляется совершенно чужой человек — сосед, знакомый, социальный работник или просто тот, кто однажды решил помочь.

Он звонит.

Заходит.

Покупает лекарства.

Слушает.

И постепенно становится ближе родных.

Не по крови — по поступкам.

А потом, бывает, выясняется, что этому совершенно чужому человеку что-то досталось по наследству.

И тут возникает немного неудобный вопрос:

А как вы думаете, он это наследство действительно не заработал?

Пока человек был жив, кто-то другой нашёл время позвонить ему, приехать, помочь, посидеть рядом.

А родственники иногда вспоминают о нём уже после смерти.

Особенно если есть что делить.

И тогда начинаются документы, нотариусы, обиды и судебные тяжбы.

А ведь, возможно, многих из этих историй вообще могло бы не быть.

Если бы люди хотя бы иногда смотрели не на то, что им достанется, а на того, кто рядом с ними ещё жив.

Может быть, достаточно было бы иногда позвонить.

Приехать.

Спросить:

«Мам, как ты?»

Потому что наследство — это то, что остаётся после человека.

А внимание нужно ему при жизни.

И, может быть, именно поэтому иногда совершенно чужой человек оказывается ближе родного.

А иногда ему почему-то ещё и перепадает наследство.

Как думаете, он его заработал?