Срединное болото и кюртли с вамсами

Куда пропал автор. А автор увяз. Хотя читателей у меня здесь немного, и сама я периодически сомневаюсь в нужности своих трудов, я очень благодарна всем за поддержку. И будет, наверное, бессовестно с моей стороны сидеть в подполье совсем втихомолку.

Так вот, автор жив, и даже пишет. Пытается, во всяком случае.

Первые главы написались у меня влет, а потом я застряла. Завязла. Залипла на 14 главе. Где у меня нет Тойво, но есть пир.

Застряла, потому что начала перекапывать и переиначивать «лор», и решать какие термины подойдут больше, и вместо лордов и леди у меня начать появляться северные крейви, хертиги и ритари вместо сэров. Чтобы северно, но не слишком по-славянски, не сильно по-шведски, но и не настолько по-карельски, чтобы вообще никто ничего не понял. Хотя я до сих пор сомневаюсь.

Застряла, потому что начала редактировать.

И потому, например, что раз у меня нет сэров, то допустимы ли, например английские тренчеры на обеде, и не нужно ли тогда переодевать героев из котты в кюртль. Хосы или шоссы? Хотя это фэнтези в выдуманном королевстве и, по идее, я могу творить там, что вздумается   Да, я замороченный автор, и сама себе заклепочник . Я вообще хочу в Выборг на Осенний рыцарский турнир.

Зависла в поисках бета-ридера, который все это поймет.

Потом я решила, что негоже бесконечно висеть над главой, которая упорно не хочет писаться, и написала кусочек подальше, потом еще кусочек. Потом разбила все оставшиеся события на примерное поглавное деление, и написала 17ю главу. Потом 27ю, кусочек для 15й, отрывок для 25й... Поняла, что теперь надо исправить 4ю, добавить абзац в первую... В итоге, на данный момент + 150 тыс. знаков в полном беспорядке. И по-прежнему ненаписанная 14 срединно-болотная глава.

В общем, во всем виноват Тойво. Как только он, дурак упрямый, ушел (хотя далеко и надолго он не уйдет, конечно, не в том он жанре поселился, чтобы бегать от своей судьбы), все пошло вкривь и вкось, и теперь мне нужно все это сшить и как-то отредактировать.

Тойво из 21 главы неделикатно ворчит на безобразия новой моды:

Айно еще на ступенях услышала голос Тойво.
— А вот это ладно.
— Хозяйка велела одеть вас прилично, — отозвался явно кто-то недовольный, не пытаясь скрыть раздражения. — Ноги у вас прямые. И чего вам не так?
— Сомневаюсь что под приличием она имела в виду это. Не буду я ходить, как в одном исподнем.
Дверь была открыта нараспашку, и Айно очень осторожно заглянула в самый краешек комнаты. Приметила сначала только слугу, который стоял спиной к ней, с одеждой в руках.
— Ганзейский! — возмутился тот и приподнял в руках яркую короткую куртку брусничного цвета, расшитую по рукавам зелеными узорами. — Да такой выделки! И при дворе не у каждого. Нынче носят и короче.
Айно робко заглянула в комнату, ничего неприличного не заметила. Тойво в мягких шерстяных чулках и длинном до колен кюртле из темно-синего сукна примерял верхнюю накидку, подбитую уже потершимся коротким мехом. И вошла.
— При дворе, — презрительно фыркнул Тойво сам себе, отыскивая застежку, — годится, чтобы кланяться друг перед дружкой, да пониже. Чтобы одни ляжками сверкали, а у других груди вываливались.
Айно поспешно прикрыла рот ладонью, хотела было уйти, но ретироваться было уже поздно.
— Первый раз слышу, — буркнул слуга, — чтобы юноши жаловались на глубокие дамские вырезы.
Он первым заметил Айно и повернулся к ней:
— Госпожа! Ганзейский вамс! — он демонстративно развернул дорогую куртку, показывая Айно. — И господу Хенрику такого не дарили. Не годно! Это ж сказать так! Куцая!
Она опустила голову, чтобы спрятать улыбку.
— Господин Тойво с Побережья, не сердитесь. Там нравы суровее.
И весело взглянула на Тойво. Он смущенно пожал плечами:
— На Побережье такие вертишейки недолго красуются. Мерзнут. И на юг улетают.
Слуга с гордым непримиримым видом собрал разложенную перед Тойво на сундуке одежду, оставив только скромный пояс.
— Вот и ищи, — недовольно бурчал он, не успокаиваясь. — Сермягу надо было мужицкую принесть и все тут. Хосы, ишь, ему для цапель, ходить не удобно… Куцая… — Он аккуратно обхватил ношу, выпрямился и в голос уже добавил: — Хотя, господин Тойво тучен. Ему, пожалуй, и впрямь, не пойдет. Мал будет в животе, не застегнуть.
Тойво тут же насупился, слуга с чувством честного торжественного отмщения удалился, а Айно опять с трудом сдержала улыбку. Тойво, конечно, никаким ганзейским вамсом не утянуть в березку, но толстым она не стала бы его ни за что называть. Даже подкормить не мешало бы.

В общем, кюртль и вамс - это не мюмзики в мове, а одежда такая