Как много автора в его персонажах?

Пишу сейчас фантастический рассказ антиутопию про выбор и сознательный отказ от него, и задумался: как много меня в каждом моем персонаже мужского пола? 

Райконт, герой моего первого рассказа (точнее- его первой версии, короткой, больше притчи), постоянно живет в поиске рецепта счастья. Это я всю свою жизнь, пытающийся понять, как научиться наслаждаться жизнью в любой момент. Это не поиск ума, это больше - зов сердца, но он все время звучит внутри. 

Шарик - пес, которого ведут усыплять за то, что он спасал ребенка, как умел. Это тоже я, но в момент предательства от своей же компании. Я рос в постоянной жажде внимания, в поиске любви к себе. Я знал лишь один способ этого добиться - собачья преданность. Но в какой-то момент, в очередной раз жертвуя собой ради чужой прихоти, я совершаю странный поступок, который все внезапно осуждают (это было очень давно, мы были детьми по своей сути). Даже те, ради кого я так поступил. И вот - я изгой. В Шарике сконцентрировано все мое отношение к своим.  А в рассказе - то, как тебе порой платят за безграничную преданность.

Но есть и идеализированные герои. Они такие, каким я мечтал когда-то стать, еще в детстве. А возможно, иногда мечтаю до сих пор. Скромно и незаметно для самого себя.  

Как, например герой рассказа "Рыцарь недоделанный". Это рассказ-картинка, живая картинка. Когда основная его чать - это реакция героя на то, что он умирает. Его легкость и некая игривость. Впрочем, часть этого героя все-таки поселилась внутри меня, хоть и совсем крохотная. Довелось как-то по нетрезвому делу (тогда я еще выпивал, что тут скажешь), нырнуть ради куража в озеро Ханка ночью. Ну и, скажем так, как большинство таких гениев, я не учел сильнейшие отливы - повредил шею. Нормально так. В скорую привезли, шину наложили. Тело чужое. Сознание теряю время от времени. А сам флиртую с медсестрой. Или кем она была? Врачом? Шучу, веселюсь, словно у меня праздник, а не серьезная травма. К слову, все обошлось тогда. Но я поймал себя на мысли, что это был не я, а тот парень из парка. 

Ветров (Испытание любовью) - мой детский идеал. Превосходящий всех одинокий волк. Понимающий больше других. Не понятый и не принятый своими (снова Шарик). Я видел себя таким. Мудрым, сверхсильным и одиноким. И метафора убивающей его любимой - отголосок всегда неразделенной любви, завернутой в романтическую иллюзию ответного чувства, но без возможности ответить взаимностью. 

Лучшие образы рождаются из нашей детской наивности. Из романтизации собственных фантазий и желаний. 

Я могу более подробно рассказать про каждого героя, в котором живет часть меня. Или про себя, в ком всегда будут жить эти герои. И так и так правильно. 

Но суть одна - наши персонажи живые, потому, что в каждом из них живем мы сами. Где-то малая часть,  а в ком-то практически весь собственный внутренний мир. 

А как у вас? Из кого вы создаете своих героев? Возможно, это окружение? Пишите, как у кого