Ощущение места

Первая часть "Плохая хорошая жизнь" собрана.

https://author.today/work/edit/chapter/6450738

 В приёмной ООО «Правовой вектор» сидела — девочка лет двадцати с проколотой бровью. В белой блузке, Юбка карандаш. Чулки сеточка. Лаковые туфли. Из всех присутствующих она единственная среагировала правильно — то есть никак. Приёмная маленькая: стол, фикус, стеллаж с папками — и единственная дверь, кроме входной, за которой сидел управляющий партнёр, сейчас - с лицом человека, который вдруг понял, что находится не в том фильме, но так и не понял, в каком. 

За перегородкой — там, куда в нормальной фирме поставили бы кофейник, — сидел охранник. Он  даже привстал. Плечи его поднялось на пятнадцать сантиметров, и на этом активность оборонительных сил ООО «Правовой вектор» закончилась. Дед Балотин подошёл и, положив ладонь на макушку, начал ее поглаживать. Поглаживал он ровно, размеренно, как гладят пса, который не понял ещё, кто в доме хозяин. Потом дед обшмонал охранника со сноровкой старого таможенника: дубинка телескопическая, пачка «Петра», жвачка «Turbo» и тысяча рублей наличными.

— Тысяча рублей — это ему много? — спросил дед у Николая.

— Это тридцать два доллара. Треть оклада охранника. Это, Семён Петрович, единственный законный доход в этой конторе.

— Так ему и надо, — сказал дед и спрятал тысячу.

— Аркадий у себя, — сказал Николай девочке. И добавил: — Уже.

  Девочка с ужасом кивнула, наблюдая непонятное. Непонятное было по ту сторону единственной двери, а девочка сидела и думала: «У меня родители в Киришах, у меня кот, у меня…» Так думает человек, который ещё не понял, что теперь у него — ничего.

  Аркадий сидел над телефоном. Телефон был новый, сотовый — и он молчал. Куратор не брал. Куратор не брал трубку впервые за три года, и это было похуже, чем он взял трубку и сказал: «Плохие новости, Аркаша». Молчание на проводе — это сообщение, и в нём столько букв, что хватит на повесть.

— Сливай воду, Аркаша, — сказал Николай Иванович с порога. — У тебя два варианта. Полетать или не полетать.

Аркадий повернулся. В левой руке Николая Ивановича было кольцо от гранаты Ф-1. Учебной, разумеется. Болванка, корпус зеленый, как положено. Но шваль разницы не сечёт — шваль видит кольцо, рифлёный корпус и мужика, который держит это в левой руке, а  - правой держит гранату...

— Что я должен, — прошептал Аркадий. И это был первый честный вопрос в его жизни. 

— Подпись, — сказал Николай и положил лист. — Подпиши, проверь. Ты юрист, тебе проверять.

 Текст был простой. «В результате проведённой проверки ООО "Правовой вектор" установлено, что общее собрание членов МЖК "Ржевский-14", состоявшееся 15 октября 2002 г., признано несостоявшимся ввиду нарушения порядка его созыва и отсутствия кворума. Прошу налоговый орган города Санкт Петербурга считать ранее представленные документы недействительными и не принимать их к рассмотрению». 26 октября 2002 года. Стиль — сытый, канцелярский, беспощадный. Аркадий, три года писавший такие же, узнал свою школу.

— Меня убьют, — сказал он.

— Не успеют, — сказал Балотин от двери. — Мы пришли раньше.

И вот это была - чистая правда.

Управляющий расписался на подготовленной бумаге, поставил печать — синюю, круглую, ООО «Правовой вектор», ОГРН, Всеволожский район. Николай забрал печать. Печать — это в 2002-м не сувенир, это ключ от квартиры, где у тебя деньги.

— Зарегистрируй, девонька, — сказал Балотин — Вот заявление.

Девонька зарегистрировала. Рука у нее писала ровно, потому что тело умнее головы: голова хотела кричать, а рука под «регистрацию» поставила дату и росчерк. Балотин вложил документ в журнал исходящей корреспонденции и сунул его под мышку.

— Вот тебе тысяча за хлопоты и нервы.

— Забери своё барахло, — сказал Николай, глядя на сейф. — Трусы запасные — девочка покраснела — туфли. Пиши заявление об уходе в двух экземплярах. Я тебе печать поставлю. В трудовую... И быстро собирайся.