Рассказ на тему Разъединения.

Про Длинный Мир у меня целые две книженции есть, про Единение сделано немало блогов, но вот Разъединение всё ещё представляется мне слишком размытым. Почему бы не исправить данную оказию с помощью мелкого рассказика! Упомяну перед началом, что "Левик" не является именем, такое вот сленговое название "Левиафанов" Единения.

На лениво плывущем островке посреди ничего сидел Левиафан. И всё вокруг него было неправильно. Облака лениво лизали парочку деревьев, попавших на остров случайно. Какого чёрта облака вообще были там, где раньше стояла равнина? Одна спокойная ночь переменила жизнь этого чудовища, пожирающего целые цивилизации. Отныне вокруг царило Разъединение, хотя точное слово Левик пока не знал.

Вдруг из высокой травы перед чудищем встала маленькая девочка, должно быть, заснувшая прямо рядом с Левиафаном, то ли раньше, чем он сюда пришёл, то ли нет. И если день назад Левиафан бы уничтожил её за одно мгновение, ситуация несколько изменилась.

Потому что вот этот конкретный монстр был вполне разумен вследствие своих мистических практик — от силы Крови. Немало раз он обманывал жалких разумных, принимая их форму, а значит, мысля прямо как они. Девочка тем временем оглянулась вокруг и ахнула, обнаружив свою ситуацию. Источника еды на островке попросту не было, разве что сам Левиафан мог питаться собственной кровью хоть десять веков. Но что будет дальше?

Белесый зрачок медленно повернулся вниз, посмотрев прямо на девочку. Но та не испугалась, ведь жизнь её только началась, поэтому ей не было нисколько не страшно, даже если она закончится. Только подошла и обняла тёплое туловище лежащего Левика. Из отчаяния, пожалуй, как думалось монстру.

Хотя от неё может быть прок. Покуда веками Левиафан жрал разумных, он заметил за ними одну занятную особенность: устраиваться поудобнее почти в любых условиях окружающей среды, какие бы они ни были поганые, и нынешнее мироустройство вряд ли было исключением. Однажды простые смертные разберутся, как им жить, а потом найдут этот островок. В тот день ему следует быть готовым.

Тогда Левик обратился кровяным потоком, превратившись через мгновение в молодого юношу, чуть повыше девочки. Глаза его были всё такие же белесые, недлинные волосы серого цвета и красными кончиками, в левом ухе — кровавая брошка. Одежда представляла из себя розовый костюм, присталый аристократу, правда, с шортами и коротким рукавом. Девочка удивлённо вскинула брови и сделала шаг назад, прижав руки к груди. Бывший Левиафан сделал ей шутливый реверанс.

После чего он сделал шаг вперёд и присел, взяв в руки девочку перед ним, как бы уложив её на свои руки. Без еды она скоро умрёт, а значит, следовало спасать его будущий билет с этого островка. Парень поцеловал девочку в лоб, чем тут же вызвал колдовской сон, передав также тем самым толику своей Крови. 

Так они сидели вместе три века, покуда девочка спала, подпитываемая поцелуями с Кровью, а Левиафан разглядывал облака. Затем на горизонте появился парящий железный корабль, на котором матросы замахали руками, завидев живых на одиноком островке.

Левик поднял на ноги девочку, чем резко вывел её из долгого сна. Ждать не следовало, этот остров путешествующий корабль может превентивно уничтожить. Поэтому чудище в облике молодого парнишки по щелчку пальцев вызвало из-за спины крылья, за годы он смог обуздать не силу Ветра, конечно, а хотя бы умение прыгать и парить. 

Легко воспарив к железному кораблю, бывший Левиафан хлопнул в ладоши пару раз, чем вызвал из своего тела облако кровяного пара, жадно начавшего пожирать пространство корабля, забираясь в каждую щель, подчиняя своей воле кровяные мешки. На время, правда, если они умрут, кто-то однажды заприметит такой факт.

Именно в тот момент Левик познал слово: "Разъединение" — вместе с великим множеством иных знаний.

Развернувшись к острову, немолодой юноша опустил глаза, встретившись взглядом с девочкой. Увы, практики Крови сделали её юной навсегда, хотя, даже не просыпаясь ото сна, она поглощала знания и силу самого Левиафана. Тот потёр подбородок. Был великий соблазн уничтожить остров вместе с его экспериментом, но какая от этого прибыль? Левик хмыкнул. Должно быть, облик смертного заставил его думать о подобном.

Впрочем, одного мгновения сомнений было вполне достаточно: девочка уже вырастила себе крылья и перемахнулась на корабль.

— Как твоё имя, монстр? — задала она простой вопрос.

— От монстра слышу, хе-хе, — расплылся в улыбке Левик. Звали его отныне Лош-Ра, как он нарёк сам себя, тут же сообщив его новой попутчице. От команды корабля он избавится в какой-то момент, но что-то ему подсказывало, от этой... девочки так просто теперь не избавиться.

— А моё имя: Терция. Благодарю тебя за моё прекрасное спасение, за силу, за твои объятия. Что дальше? Ты избавишься от меня, будто я неудачный эксперимент? — немолодая девочка заглянула в глаза Лошу, будто жаждущая очевидных слов.

— Этот корабль принадлежит грязным пиратам. Я уже приказал им использовать часть запасов воды для отмывания своих тел. Твоя судьба в твоих руках. В ближайшем воздушном порту от этой самой точки ты вольна делать, чего пожелаешь, — холодно протянул теперь, пожалуй, просто могущественный кровомаг. Такое слово пришло ему на ум после порабощения команды. Терция же улыбнулась, а затем прыгнул к парню, чтобы его обнять, видимо, ей не надоело.

— Моя судьба принадлежит тебе! Сам понимаешь, за три века никаких родителей у меня уже нет, из простых смертных. Да и чего ты думаешь, я найду в этом мире? Пусть его, отныне мне нужен лишь ты сам! — такой ответ заставил Лош-Ра хмыкнуть. Удивительно, будущее оказалось для него столь светлым после долгих лет одиночества с разрушением всего и вся на просторах Единения.

К наиближайшему к тому месту, от одинокого островка посреди Воздуха и Ветров, порту причалил корабль, на котором, удивлённые, сотрудники порта обнаружили разыскиваемых пиратов, чисто вымытых и связанных розовыми верёвками. Более на том корабле никого обнаружено простыми смертными не было.