Александръ Люлька

Критика литературная и не очень

Максим. Диалог о семье и о женщинах.

Фома. Богословскій діалогъ о персонализме. Против тех, кто стремится опровергнуть христианское учение о человеческой личности, идейно возвратить богословие на дохристианский уровень языческого пантеизма и атеистического материализма, свести всё доброе на нет и речь освободить от глагола.

или Тысяча и один способ наслаждаться письмом — Книжица зело полезная о ремесле писательском, споспешествующая всякому желающему в том деле без затруднений успехов достигать, основанная на личном опыте автора, посвятившего немало усилий и лет жизни поиску и собиранию сих прекраснейших правил и неотразимых приёмов, а также тому, чтобы заставить себя их применять, написанная Александром Люлькой, эсквайром, физиком и богословом, естествоиспытателем и путешественником, известным также как поэт, бретёр, художник и философ, не разрешивший жизненных вопросов, непризнанный талант и несомненный гений, здесь разместивший пару откровений, как найденный в компосте изумруд, для блага тех, то этот скромный труд хотя бы для приятных развлечений с улыбкой благосклонной изберут.

Наше прошлое не просто остаётся съ нами. Оно можетъ внезапно возникнуть здѣсь и сейчасъ. Преступникъ получаетъ неожиданное заданіе отъ страннаго кліента и это прямо связано съ его воспоминаніями.

Просто стихи. Иногда пѣсни.

о невообразимой фантастичности Истины и реальности

Суждения о многом, рассуждения -- обо всём.

Рукопись романа о временахъ Гражданской Войны въ Россіи, найденная въ тайникѣ.

СОВЕРШЕННЕЙШАЯ ФАНТАСТИКА.

ps. Хотел бы узнать у почтеннейших читателей, следует ли писать правду, только правду и ничего, кроме правды. Всю правду я физически не смогу :-) потому и не спрашиваю.

Продолженіе знакомства съ героями первой части въ ихъ поискахъ разгадки тайнъ удивительной шкатулки. Будущее ещё туманно и сулитъ большіе приключенія.

Третья и предпослѣдняя часть остросюжетнаго романа о Шкатулкѣ, имѣющей власть надъ человѣческою памятью. Наши герои кажется близки къ разгадкѣ, кажется — вотъ-вотъ ихъ усилія увѣнчаются успѣхом. Но тайны не такъ легко поддаются. И напряженіе растётъ экспоненціально.