AvIgnis

Отец Алексей: портрет без спойлеров Мы привыкли: пастырь — человек кроткий. Утешающий. Отец Алексей ломает этот шаблон. Рясу он носит не для смирения. Он носит ее как броню. Рукопожатие — сильное. Молитва звучит не просьбой. Приказом. — Спортом занимаетесь, батюшка? — В Покровске научился. Там без рукопашной иногда не обходилось. У него есть прошлое. Оно грузом висит за плечами. Оно дает о себе знать ночными кошмарами и шрамами на душе. Он не святой. Он воин. Уставший. Сомневающийся...

О страхе, который уютнее городской квартиры Мы — поколение тревожных. Нас не проймешь сводками новостей. Но когда ветка хрустнет не в такт, а туман над панельной пятиэтажкой поползет вверх, вопреки законам физики — внутри что-то обрывается. «40» бьет точно в этот надлом. Здесь нет монстров из преисподней. Здесь — липкий, первобытный ужас, который живет на пустыре за вашим домом. Там, где когда-то стоял дом Фёдора Смирнова. Где теперь заливают фундамент под храм. Почему облезлая «Нива»...