Даниэль Брэйн

На пустынной дороге перевернулся транспорт архивной службы, из здания архива пытались украсть картину, на крыльцо жилого дома на третьей столичной линии подбросили младенца. Если три эти события связаны, стране грозит государственный переворот. Капитан Джекки Девентер расследует происшествия, преследуя более чем личный интерес.

Также название книги — Dead Things Affair.

Легкомысленную красавицу Александру ждет политически выгодный брак, но сперва женится государь: империи нужен наследник.

Позор на венценосные головы — свадьбы расстроены. Двор линчует вчерашнюю любимицу, самодержец уходит в тень, а я очнулась в потерпевшем крушение поезде, получила чужую жизнь и в холодной роскоши жду рождения малышей, ищу исчезнувший артефакт, соперничаю с несостоявшейся мачехой за влияние на императора и сражаюсь с придворными монстрами.

Вчера я носила роскошные платья, сегодня — траур. Вчера я блистала при дворе, сегодня я — всеми гонимая мать четверых малышей и с ужасом смотрю на долговые расписки. Вчера мной любовались, сегодня травят, и участь моя и детей предрешена.
Сегодня я — безропотно сносящая грязные слухи, беззаветно влюбленная в покойного мужа нищенка. Но еще вчера я была той, кто однажды поднялся из безнадеги, и мне не нравятся ни долги, ни сплетни, ни муж, ни лживые кавалеры, ни змеи в шуршащих платьях, и вас удивит, господа, перемена в характере робкой пташки.

Что вы знаете об отборах невест? То, что читали в романах? Я изучала историю государства и права, и у меня нет оснований считать, что в этом мире все будет иначе. В прошлой жизни я — федеральный судья, в этой — Хромоножка Йоланда, графиня ван дер Вейн, и мне не отвертеться от унизительной процедуры. Придворные интриганы рвутся к власти, принц намерен жениться исключительно по любви, участницы просто хотят свободы. Покушение на короля — наш общий шанс.

Страдающее средневековье — не уютные улочки европейского города и не увлекательный паблик в сети. Страдающее средневековье — бесправие, голод, холод, изнурительный труд, взаимная ненависть, охота на ведьм, ненасытные чудовища, монастырь в горной глуши, сиротский кров, приют Святой Мадлин — и я, молодая вдова Шанталь Готье. Никаких шансов, что что-то изменится для несчастных насельниц, пока я не сказала: «Любой ценой».

Завидная невеста не покорилась родительской воле, сбежала с офицером, купалась в роскоши и любви, а мне достались объедки с чужого пиршества. Муж растратил казенные деньги, под родной обнищавшей крышей никто мне не рад, дочь намерены отобрать, кредиторы предъявляют невыполнимые требования.

Послушать бы добрых советов, покаяться, уступить, но к черту доброжелателей. С какого бы дна я ни начинала, я выплыву, я восстану из пепла, и горе тому, кто окажется у меня на пути.

Послушная дочь не возражает, когда ее выдают замуж из выгоды. Покорная жена не ропщет, когда муж вгоняет семью в нищету. Безутешная вдова оплакивает утрату, благодарит давшую кров родню, принимает попреки куском черствого хлеба и уповает, что заботливая золовка как можно скорее устроит ее новый брак.

Губительных добродетелей больше нет, и нет покладистой юной вдовы, матери двоих малышей. Я не намерена ни исполнять чужие прихоти, ни прозябать. Какими бы угрозами ни сыпали мои вчерашние благодетели. Какие бы кары мне ни сулили. Я сложу слово «счастье» из совершенно неподходящих для этого букв.

Из медийного лица, известного всей стране — в замарашку, у которой лишь одно преимущество: она похожа на наследницу трона. Принцессами не разбрасываются, и это я вместо нее отправлюсь в страну, где правит чудовище. Говорят, чудовище — это принц. Говорят, он безумно богат. А еще говорят, что принцессы не выживают — утверждают, будто чудовище их ест… байки, но пленниц монстра больше никто не видел.

Попытаться раскрыть эту тайну — лучше, чем всю жизнь за гроши прислуживать в паршивом трактире. Еще лучше нести просвещение и прогресс... если получится.

Я боярыня. Знатная богатая вдова. Нет, не так: я — мужеубийца. В роскошном доме, в шелках и в драгоценностях, я очнулась рядом с телом моего мужа, и меня обвиняют в убийстве. Кого же отдать палачу, как не жену, здесь следствие — дыба, а приговор — закопать негодную бабу по шею в землю. Так новая жизнь будет мучительной и недолгой?..

Мне двадцать пять, и я старуха. Я списана со счетов — барышня с домашним образованием, коротаю дни в разоренном поместье. Нищета, голодающие крестьяне, развалившийся дом трижды в залоге, младший брат, мот и бабник, тратит последнее на кутежи. Такой, значит, мой второй шанс? Такая жизнь досталась мне после смерти?
Нет. Мне сорок пять, я сильная и независимая, я поднималась и падала, опять поднималась. Плевать, что обо мне подумают, мое имение восстанет из руин.

Старшая дочь в семье должна быть благочестивым примером, выйти замуж, принести мужу приданое и много крепких сыновей, вести добродетельную жизнь и мирно скончаться в башне в окружении множества безутешных потомков.

Но если у тебя нет брата, который возьмет на себя нелегкую участь прославить род, приумножить богатства и предложить свой меч королю, зато есть благородный, бедный и честолюбивый отец, то ничего другого не остается, как вспомнить старый и странный обычай.

Я прошла огонь, воду и медные трубы, стойкости мне не занимать. Но по собственной неосторожности я оказалась в теле юной Маризы, внебрачной дочери небогатого графа. Замки, кареты, роскошные платья, отсутствие медицины и права выбора: вместо законной дочери я отправляюсь к королевскому двору.
Я представляю, чем для меня это кончится, и я против.

Я растерянно смотрела на две полоски.
— Ты вот так сообщаешь, что мы разводимся?

У моего мужа — огромное состояние и роман на стороне, а у меня — диагностированное бесплодие и неденежная любимая работа. У него — планы сохранить нашу семью, а у меня — решимость начать все сначала.
Вряд ли выйдет, потому что на горизонте появляется перспективный клиент — из тех, кого хочется обойти десятой дорогой, но он хорошо платит — и проявляет ко мне далекий от профессионального интерес. И пока я пытаюсь справиться без потерь, жизнь нахально иронизирует: «Прекрасные принцы кончились, козлы остались, пойдет?»

Падать больно. В прошлом — влиятельная бизнес-леди, в новой жизни — изгнанница, не помнящая себя. Княжество сотрясает крестьянский бунт, в числе шестнадцати беглецов — мужчин, стариков, детей и женщин — я заперта в ловушке-крепости. Я могу просчитать планы врага, наладить быт и снабжение. Я единственная, кто поможет нам продержаться до прихода помощи.
Я ни в коем случае не должна открыть, что я — женщина. У женщин здесь нет права голоса.

Чужая жизнь обошлась мне слишком дорого, и теперь у меня чужая жизнь. Дочь бунтовщика и заговорщица, я ничего не знаю о себе, но времени на размышления нет: я либо соглашаюсь на предложение жандармского офицера, либо меня казнят. Я могу стать откровенной и выдать сообщников, и я готова, но я не знаю ни единого имени, а значит, отправлюсь в логово заговора — академию благородных девиц, и сделаю все в точности так, как от меня требуют. Меня не щадят, почему должна щадить я?

Я работаю в Школе Лекарниц — унылом прибежище для бедных сирот. Глухомань, ветра, сырость и холод, равнодушные преподаватели и я, обычный администратор и совсем никудышный маг.
Погибла студентка — несчастный случай, сказал старый жандарм. Едва избежала смерти директор Школы. А затем... Трагедии следуют одна за другой, и я начинаю задумываться: кто будет следующим? Все это похоже на стечение обстоятельств, очень похоже на стечение обстоятельств, я пытаюсь найти объяснение этим странным смертям, и внезапно я узнаю, что всему виной древнее зло.

Из князей — прямо в грязь. Ни магии, ни влияния, ни свободы. Меня ждет гибель на островах, где среди ледяных болот караулят жертву хищные твари. Кто я? Жена государственного преступника. Каторжанка. Семья от меня отказалась, муж считает предательницей, заговорщики — шпионкой. Меня убьют, не стоит и сомневаться.
Кто я? Пацанка, безотцовщина, миллионер, икона стиля, так чем меня хотят испугать? Я вырву зубами последний шанс, увижу выгоду в куче пепла, взойду на трон по головам. Плевать на семью, любовь, титул — мне нужна свобода, и мы в расчете.

Независимость, жизненный опыт, умение влиять на умы, имущество, банковский счет. Что из этого можно взять в другой мир? В этом теле чудесно все — и внешность, и профессия, но безотказность и готовность всегда помочь в ущерб себе меня не устраивают.
Одна маленькая чужая ошибка — которую я исправлять больше не собираюсь! — может привести к настоящей катастрофе.

Мне двадцать пять, и я старуха. Я списана со счетов — барышня с домашним образованием, коротаю дни в разоренном поместье. Нищета, голодающие крестьяне, развалившийся дом трижды в залоге, младший брат, мот и бабник, тратит последнее на кутежи. Такой, значит, мой второй шанс? Такая жизнь досталась мне после смерти?
Нет. Мне сорок пять, я сильная и независимая, я поднималась и падала, опять поднималась. Плевать, что обо мне подумают, мое имение восстанет из руин.

Я сама выбрала эту жизнь. Отказалась от претензий на трон, уехала в другую страну, занимаюсь самым увлекательным делом на свете: охочусь на сущности. Я — сотрудник специального полицейского управления, и мне нужно выяснить, что за нечисть вылезла из небытия в и без того неспокойном месте.

В фамильном замке призрак преследует мятежного князя. У меня не так много времени, мне лгут все, кто встречается на пути — князь, его сын, его секретарь, даже самые случайные люди. Здесь бытует легенда о сущности, что однажды проснется и выберется из-под прибрежных скал, но действительно ли призрак опасней людей?

Я Айелет Нейтан, судебный антрополог, и я лечу на закрытую планету Эос выяснять обстоятельства смерти профессора археологии, потому что такова процедура.
Это лейтенант космической полиции Дэвид Гатри, он тоже летит на Эос, потому что смерть профессора показалась кому-то весьма подозрительной.
Это артефакт под названием «Перст Зевса», на мой взгляд — ничего ценного, и я понятия не имею, почему вокруг него столько возни.
А это те, кто случайно или целенаправленно свел меня, Дэвида Гатри и «Перст Зевса», и те, кто не рад видеть на Эос никого из нас, включая «Перст», и у них есть на то сотня причин.

Я — оборотень, неприкасаемая, преследуемая стаей беглянка, и все, что я умею — скрываться от тех, кто хочет меня найти.
Я давно обрела новый дом и друзей, но тьма уже близко. За городскими воротами бродят древние твари, в старом склепе оживают чудовища, люди шепчутся о всемогущем и жадном до крови Древесном боге. Тени, негласные хранители города, поручают мне найти Книгу Памяти — артефакт, управляющий злом. Маг-отшельник Гус — мой напарник в нелёгком деле, и мы оба рискуем ради свободы: его избавят от клятвы, данной когда-то Теням, меня — от гнева стаи.

— Мне неинтересна твоя жена. Мне интересно, почему я вот так узнаю о ее существовании.
Я готова услышать от Алекса оправдания. Я их представляла — жена для меня ничего не значит, люблю я только тебя, но…
— Ты «вот так» узнаешь о ее существовании, потому что это тебя не касается. Возможно, даже скорее наверняка, не был бы я женат, я сделал тебе предложение.
Вранье. Похоже, что эту любовь я себе взяла и нарисовала.
— Но я даже развестись не могу, даже если бы и хотел.
Я тебя ненавижу.

Это я разбила чужую семью.
Я, которая собирала себя из осколков. Я, которая прошла через ад. Любовница — так говорят обо мне, и я эту участь себе не выбирала.

Мы были врагами и конкурентами, что не помешало нам оказаться в одном фототуре по заповедным местам. Что-то пошло не так, впереди километры до цивилизации, а что может быть заманчивее, чем вернуться домой единственным лидером своего рынка.
Через опасности и тайгу мы бежим от самих себя.

Пиастры! Пиастры! Мой дед оставил мне в наследство пиастры, попугая, безалаберность и страсть к приключениям. Кто еще мог додуматься вместо карты с координатами клада использовать мозги попугая и ничего не предусмотреть? Попугай улетел — плакали мои денежки. К счастью, один жуткий зануда знает, как попугая найти. К несчастью, я не собираюсь пускать дело на самотек. К несчастью для зануды, разумеется.

Призраки не живут там, куда их упорно селит человеческая фантазия. В старых заброшенных зданиях их нет. Они не опасны, хотя и могут досаждать. Ни один призрак еще не убил ни одного человека. С этой убежденностью я отправилась разгадывать тайны — и еще потому что мне хорошо заплатили новые владельцы старинного особняка, а деньги лишними не бывают.

Я ошиблась в каждом из заявленных утверждений. Кроме последнего.

У студента-дипломника две беды: тема и научный руководитель. Были, пока студент Алёха случайно не нашёл портал в другой мир. Магия здесь не магия, физика не физика, и теперь Алёха как в той игре: кинешь кубик, сделаешь ход, пропустишь ход, шаг назад на две клетки. Цель игры — освободить могучего мага, который способен снова открыть портал.

В соавторстве с великолепной Фей Блэр.

Дурсли любили деньги и не любили магов. Но они и не подозревали, как их желание прикарманить жалкие крохи перевернет весь магический мир.

Две тысячи фунтов, загадочно исчезнувший мальчик и его таинственный опекун, сбежавший из несуществующей тюрьмы, заставляют отправиться за истиной туда, где закон — произвол, ребенок — заложник, друг — крыса. В мир, где все почти без обмана, если раскрыть глаза.

Дурсли любили деньги и не любили магов. Но они и не подозревали, как их желание прикарманить жалкие крохи перевернет весь магический мир.

Две тысячи фунтов, загадочно исчезнувший мальчик и его таинственный опекун, сбежавший из несуществующей тюрьмы, заставляют отправиться за истиной туда, где закон — произвол, ребенок — заложник, друг — крыса. В мир, где все почти без обмана, если раскрыть глаза.

Дурсли любили деньги и не любили магов. Но они и не подозревали, как их желание прикарманить жалкие крохи перевернет весь магический мир.

Две тысячи фунтов, загадочно исчезнувший мальчик и его таинственный опекун, сбежавший из несуществующей тюрьмы, заставляют отправиться за истиной туда, где закон — произвол, ребенок — заложник, друг — крыса. В мир, где все почти без обмана, если раскрыть глаза.