Ирина Лазаренко

Куда податься молодому древ-нему воину, который тоскует о потерянной семье и от безделья мается лишними мыслями в крае, где нет других древ-них?
В охотники на вампиров, конечно же. А полубезумная орчиха ему в этом поможет.

Когда-то гномы-воины, создатели разумных машин, едва не истребили живших под землёй драконов, и те вынуждены были уйти наверх, дав гномам Слово никогда не возвращаться в подземье.
В надкаменном мире эльфы обманом выманили у драконов новое Слово и заключили их в тюрьму Донкернас. Драконы не могут покинуть её, не утратив своей ипостаси, ведь каждого связывает клятва, данная старейшими: за ядовитых драконов дал Слово Вронаан, за снящих ужас сказал Слово Оссналор, за ледяных драконов Слово дала Хшссторга…
Но ни гномам, ни эльфам никто не давал Слова за золотых драконов, потому что там не было золотых драконов. Их вообще не бывает.
Спустя сотни лет тот, кого не бывает, вырвется из тюрьмы Донкернас и отправится туда, где всё начиналось: в гномский Гимбл, где за пределами последнего обитаемого города плодятся невиданные прежде чудовища, где копят силы и злость отщепенцы а-рао, где бродят духи погибших в войне драконов, гномов и разумных гномских машин.

– …вот так мы и построили космопорт, чтоб отправлять астронавтов на Марс с лунной орбиты.
– Вот это он такой?
– Ого, какой здоровый!
Ночные мотыльки бьются о засиженный мухами плафон над низким деревянным крылечком.
– А это чего, баб Кость?
– Это силовая установка, Си, один из главных модулей лунной станции.
– И вы были в самой-самой первой группе, которая ее тестировала, да, баб Кость?
– Да, Миша. Целый год на лунной орбите! Они боялись, я там и помру, – старуха посмеивается, показывая ровные фарфоровые зубы – я ведь уже тогда, в двадцать восьмом, была древней, как Тортилла. А теперь вот мой внук, – взгляд ее затуманивается, – мой внук полетел с этой станции на Марс. Династия у нас! Отец на Земле был проектировщиком космических двигателей, я вот до Луны добралась, дочь – на МКС, внук – на Марсе. А теперь, быть может, правнучка…
Старуха умолкает.

Тимд’жи не должен был участвовать в состязании воинов этого года – он еще слишком молод. Но почти все мужчины семейства древ-них погибли при нападении агнонгов, и семейству нужны новые защитники.
Главным соперником Тимд’жи должен стать Джа’кейрус – прирождённый боец, сильный, ловкий, отлично подготовленный, уверенный в своей победе. Кажется, Джа’кейрус легко получит и звание лучшего воина, и самое сильное имя, и благосклонность прекрасной Дар-Тэи...

Койот неторопливо поднялся на ноги. Рвущиеся на арену троллины в один голос взвыли, выражая свое презрение. На их взгляд, человек был непомерно высок, отвратительно светловолос и слишком гладколиц. А уж с таким носом, лишь чуток горбатым и не выдающимся вперед на ладонь, вообще неприлично соваться на турниры. Дело не спасали широкополая шляпа, кожаные штаны и рубашка с бахромой по тролльей моде и высокие сапоги с отворотами, какие носят все уважающие единорогов наездники.

Знакомьтесь, это новый сотрудник нашего рекламного агентства, он андроид. Научите его сочинять мемасы и слоганы, он способная жестянка. Почему у вас такие удивлённые лица? Искусственный интеллект давно приблизился к человеческому, хватит умным андроидам тереться при лабораториях и на производствах, развлекаться тупой механической работой! Жестянкам давно пора влиться в социум!
Думаете, наше общество их не признает? Да бросьте, у людей сумасшедшая приспособляемость. Для начала мы научимся хотя бы терпеть андроидов подле себя, а дальше всё пойдёт как по маслу!
Конечно, если андроиды смогут терпеть возле себя людей.

Дверной звонок задребезжал так противно и громко, что Павлу показалось, будто по подъезду покатилось эхо. Вороньим карканьем колыхнуло паутину на потолке, пронеслось над стертыми ступенями и рассохшимися перилами, а потом замерло прямо у Павла за спиной.
Он подавил дурацкое желание обернуться и неловко повел плечами.

Пентаграмма на подгнившем дощатом полу была начерчена коряво, но старательно. Почему-то розовым мелком. Свечи, судя по всему, горели уже десятки раз.
– Так-так-так, – джинн с любопытством огляделся. – Какое угнетающее зрелище.
Холодный и ленивый утренний свет с трудом вваливался через сроду не мытые окошки. С потолка свисала паутина, пушистая пыль барханами покрывала мебель в углах. Из середины комнаты мусор вымели.
– И кто это у нас такой смелый?
Желтые глаза джинна без всякого восторга уставились на паренька лет двадцати, который с открытым ртом таращился на дело рук своих. Забавный был паренек – вихрастый, темноволосый, загорелый, по-крестьянски одетый. Рассыпающийся фолиант в лопатообразных руках выглядел телом инородным: заподозрить паренька в любви к чтению можно было только сильно спьяну.
Впрочем, джинн видал и не такое.
– Ну? – с нажимом произнес он и засунул большие пальцы за пояс широких штанов.

Когда рушится мир, сверхспособности ничего не решают — магов затягивает в водоворот событий так же, как обычных людей. Даже ещё сильнее, поскольку разуверившиеся в волшебстве ортайцы всё чаще приходят к магам вовсе не с пряниками. В новом взбесившемся мире предать может каждый, даже друг и соратник, и непонятно, кому теперь можно верить — уж не этим ли странным существам, что вышли из Самой Жуткой Чащи и смотрят на магов как на еду?
Как знать! Новый мир полон дивных открытий. И теперь, как никогда прежде, выбор приходится делать не только за себя.

Почти сто лет назад появились в Идорисе междумирья-запорталья, куда есть ход только молодым. Туда сбегают развеяться и поискать диковинки на продажу, там отдыхают, получают острые впечатления и опыт в сражениях с магонами – полуразумными обитателями запорталий.

И только троим друзьям пришло в голову спросить: а почему все эти Миры окружены непроходимыми горами? И что там, за ними?

Алере, Тахару и Элаю придётся изрядно побороться за право пуститься в путешествие, но им очень, очень нужно перебраться через горы! Алера хочет всё разузнать о магических Кристаллах, которые добывают в междумирьях. У Тахара есть основания считать, что в запортальях застряли его родители, пропавшие много лет назад. А Элай – он просто ни перед чем не остановится, чтобы вляпаться.

История о дружбе, шилофпопии, готовности нести ответственность за свою безответственность и о том, как трудно сбежать от чего бы то ни было, ведь в любое новое место ты берёшь с собой себя.

Она смотрела на оборотня из-под спутанной светлой челки не испуганно и не заискивающе, а сердито, будто детектив был в чем-то виноват перед ней. Руки держала в карманах. Веки её покраснели от мороза, и невыразительные серые глаза казались заплаканными.
– Дочь, – неохотно разлепила сжатые в нитку губы. – Аза.
Голос у Азы был мягкий, совсем не такой нахохлившийся и мрачный, как она сама.
Одна из магичек, приземистая, темноволосая, насупилась еще сильнее, и глубокие складки у её рта стали черными.
– У-бий-ца! – отчеканила она.
Аза закатила глаза и не ответила.
Другая магичка, коротко стриженная, щекастая, протянула растопыренную пятерню с багровыми ногтями. От неё так разило перегаром, что даже гоблин поморщился.

«Я – наконечник стрелы, разящей зло!» – рявкает герой и сносит злодеям головы во имя добра.
Загадки, интриги, расследования, ведьмачий детектив на траченых войной землях – всё запутано, но всё и просто, ведь герою указывает путь высшая сущность – воплощенное стремление к справедливости. Стреле, как известно, ничего не снится по ночам; героя заботит только признание, возможность исполнять свой долг и еще – чтобы окружающие не слишком окружали.
Однако у покровителя хмурей собственные планы: он собирается использовать их как таран для захвата соседних земель, как орудие собственных интриг, шантажа и запугивания. У него на руках все карты, а у героя – только одна. Но если он правильно её разыграет, то из орудия превратится в оружие, а потом станет рукой, способной его направлять.

Дракону Горгию поступило предложение от собутыльника-человека Бринна: украсть принцессу и получить за неё полцарства... То есть Бринну — полцарства, а дракону — все драгоценные каменья, которые там отыщутся.
Только вот лживую натуру людей дракон понял поздновато.

Выпускники магической школы вышли за ворота и обнаружили, что наставники отлично подготовили их к жизни в мире, которого нет.
Проблемы трудоустройства и неудачной профориентации, спрос как с больших, реальные проблемы реальных людей, которые смотрят на тебя с большой надеждой, потому что тыжспециалист и вот это всё. На фоне немного рушится мир, но этого пока почти никто не понимает.

Приезд магистра магии в деревню стоил жизни одному из четверых друзей. Теперь оставшимся придется отложить привычные войнушки за право жить, как они хотят, и ввязаться в длительный и опасный поход, чтобы понять, как и почему всё произошло на самом деле.

Трое друзей отправляются в путешествие по краю, полному дружелюбных и враждебных духов, собственной и чуждой магии, зубастой нечисти, людей и нелюдей. Иногда это будет весело, иногда – непонятно, а еще – страшно и смертельно опасно без всяких «почти». Вместе с ответом они найдут новые вопросы и даже частичку самих себя.

Нет, их не предупреждали, что будет именно так. Но тем интереснее.

– Ярослав Павлович, наша компания постаралась сделать квартал ожидания максимально комфортным, для этого к вашим услугам зеленые насаждения, спелые фрукты, вода и безалкогольные напитки, комната отдыха, игровая, детская, многочисленные кафетерии…
– Да знаю я, поверьте, я торчу здесь столько, что каждый ваш комфортабельный диван узнаёт меня в седалище, но я прихожу сюда получить услугу! Понимаете, услугу, а не чашку чаю!

Трудно быть городской ведьмой, когда окружающим нужен скорее психолог, а то и психиатр.

Героиню это огорчает, но не останавливает!

– Что тут не услышать или недопонять-то, – буркнул Ремис, откидывая крышку чернильницы и бегло изучая написанное, – я стараюсь найти и убить чудовище, вы мне отдаете его голову (надо бы вписать в уговор)… м-м, а также сотню монет? Недурно! И… Что?!
На лице Боона играли желваки. Саут прикусил уголки губ, стараясь не улыбаться.
– И дочку в жены?! – Ремис еще дважды пробежал глазами по соответствующей строке и еще трижды моргнул. – Почтенный, вы откуда сверзились перед тем, как это написать?