Руслан Стебунов

На перекрестке, закинув ногу на ногу, я сидел в жаре сухого июньского пыльного дня, спиной опираясь на стену двухэтажного дома. Судя по табличке на нём, он был памятником истории и культуры, но тем не менее в нем был открыт общепит. Я приобнимал теплую гитару с нарисованными на её корпусе чужими черными инициалами. Я зажал три струны и они издали тихий, как крик бабочки, и слышный только мне аккорд, утопавший в шуме машин и потевших прохожих. Я занес руку над струнами, сжимая в пальцах...

Я человек в круглых очках. Я родился на улице Герцена, считаю, что всё понимаю, но, на самом деле, не понимаю ничего. А как понимать, когда вокруг только Космос и от этого спасают только круглые очки?! Очки дают мне эти, как их Тритии? Дмитрии? Диоптрии! Но без них интереснее - без них я вижу вещи такими, какие они есть, то есть бесформенными пятнами, набором образов и сгустком энергии. Сначала я пытался пробраться через туман, но сейчас довольно редко надеваю круглые очки, потому что...

Хоть ты обосрись, но дважды два равно четыре. Тебя могут переубеждать, доказывать, что это не так, и ты даже можешь поверить, что эта аксиома - чушь. Но на то она и аксиома, что она такая, какая она есть, и хер ты с этим поспоришь. Но эта неоспоримость - это пол беды, ведь вся суть в том, что дважды два - это ещё и константа. И все слова тоже аксиома и константа. Они, как ответ на квадратное уравнение, могут иметь два корня, но эти два икса настолько же монолитны, как и дважды два, хоть к...

Худой, длинноволосый и, освещенный ещё неубранной гирляндой, я сидел на кухне, оперев голову на руку и поставив одну ногу на табурет, на котором я сижу; подо мной чашка горячего чая, пар от которого бьется мне прямо в лицо, от чего щеки и ресницы слегка запотевают, а за окном темный январский вечер. От окна сильно дует в моё задумчивое тело, склонившееся над столом и одетое только в длинные шорты. Большие хлопья снега падают так медленно, будто кто-то включил вальс, в темп которого они...