Марат Маликов

Жить дальше. Прошло несколько месяцев. Раны на теле Шолбана затянулись плотными багровыми шрамами. Дали инвалидность. Практически не работала левая рука. Но раны внутри, те, что оставила война, только раскрылись, обнажив пропасть между ним и всем миром. Он не понимал людей. Совсем. Своих стариков он понимал - в их молчаливой твердости, в их умении просто быть и делать. Но остальные... Молодые парни из села, почти ровесники тех, кто остался в окопах, казались ему инопланетянами. Их разговоры...

Шолбан. Жарким августовским днем Шолбан вернулся домой после ранения. Осколок, зацепивший легкое и плечо, стал его пропуском из ада под Покровском обратно в тишину. Тогда после штурма лесополосы из сорока пяти человек осталось лишь семеро. Демобилизовали, оформили бумаги, выдали сумку с вещами - и всё. Он был свободен и абсолютно пуст. Дорога из райцентра Танды была ему знакома до каждой выбоины. Его село, не названное вслух даже в мыслях, приютилось у самого подножия хребта, где степь уже...