Заходилa
— Не рванет. «Пороховая бочка» появляется раз в тридцать лет и пока не сделала ничего плохого, — собеседник сидел напротив, крутил спиннер (отличная замена осточертевшим четкам и прочим эспандерам), время от времени прихлебывал красный чай из синей кружки с надписью «Босс» с одной стороны и изображением северного оленя с другой.
Бледно-зеленое небо, синие леса и гигантские соляные пещеры сделали Зарту одной из перспективных планет Федерации. Но вскоре после основания колонии люди начинают впадать в кому, камеры фиксируют загадочный сиреневый туман, а руководство поспешно покидает планету, скрывая истинные причины происходящего.
Первый дознаватель СВиВС Олег Кольцев прибывает на Зарту, чтобы провести обычное расследование. Вместо этого ему предстоит столкнуться с космическими пиратами, корпоративными интригами и тайной, способной навсегда изменить представления человечества о собственном месте во Вселенной.
Много лет между королевством людей и драконьим царством идет война. Король Заргатт отправляет своего племянника за мощным артефактом. С ним он непременно одержит победу.
Раз в погожий вечерок девицы гадали...
18+ ставлю за распитие алкогольных напитков
"Что может быть хуже ссылки?" — именно этим вопросом задавался младший принц Амари, отправляясь в далекую провинцию с приказом разобраться со слухами о появлении кровожадной твари. Ведь подобных хищников не существует на свете, а значит, его попросту решили держать подальше от столицы.
Однако темны леса, окружающие городскую стену, неприветлив наместник, привыкший править без оглядки на королевскую власть, а по ночам на улицы выползает странный туман, в котором видится всякое. Лишь спасенная в лесу девушка — дочь здешнего барона — единственная отрада для глаз и сердца.
Сумеет ли Амари пройти тайными тропами, спасти свою любовь и предотвратить гибель целого мира или, как и многие до него, сложит голову? Время покажет.
Коварство темного властелина не знает границ.
Всякая всячина
Квазар бы с этим двойным обращением, да и с самим происшествием на борту: на их старой галоше всевозможные ЧП, часы Х и просто звездецы случаются настолько регулярно, что было бы странно, если бы их, наоборот, не происходило. Однако слишком многое навалилось в последнее время. По отдельности это «многое» не слишком и важно, но вот собравшись в один ком, готовый приложить по голове в любой момент…
Если в прошлом столетии ты разменял тысячелетие, получать удовольствие от жизни очень сложно. Нужен человек, который скрасит существование. А лучше всего — маг, они живут дольше. Арх-Арх-Ш... ))
Было у царя Горона семь дочерей, все — умницы-раскрасавицы. Дружно жили, царство процветало, да настала беда. Осерчал на Горона злой колдун Кощей за язык без костей да клевету постоянную. Уж больно любил Горон на пирах похваляться, как одолел того в честном бою. Пообещал Кощей, что заберет одну из царевен.
В ту пору народилась у царя Горона последняя дочь Злата. Ее и отдали в обучение лесной знахарке Ягафье да воеводе Путяте. Всем ведь известно: ни один сын человеческий Кощея одолеть не сумеет. А вот про дочь ничего не известно.
Восемнадцать лет с той поры минуло. Прибыл на царский двор вестник Кощея, а значит, пришла пора Злате в путь собираться, чтобы одолеть проклятого колдуна если не мечом, то хитростью.
Человечество столкнулось с сильными, ловкими и быстрыми хищниками, обладающими отменным долголетием и способными дать людям очень многое. Фанги познакомились с техническим прогрессом, которому раньше не уделяли ни малейшего внимания. Обе расы оказались равны по силе, и лишь разумность лидеров с обеих сторон не привела к бессмысленному взаимному уничтожению.
Впрочем, не все так просто, как кажется.
Спустя двадцать лет после конфликта, порожденного слиянием, капитан полиции Кирилл Агарев вынужден защищать фангов от своих соплеменников и ловить маньяка, доподлинно не зная к какой расе тот принадлежит.
Он — некромант в одном из магических миров, охраняющий людей от агрессивных проявлений потустороннего, а королевскую власть — от покушений и заговоров так называемых радетелей за добро и свет. Она — журналистка из мира, в котором, как казалось, давным-давно иссякла всякая магия. Им предстоит встретиться и, возможно, спасти оба мира и открыть тайну туманного лабиринта.
Тарг — один из немногих уцелевших полисов, осколок некогда великой цивилизации. За его стенами простирается дикая, враждебная природа. Лишь несколько десятков поселений рискнули жить за пределами городов — и научились выживать там, где цивилизованный человек долго не протянет.
Но стены не спасают Тарг от собственных проблем. Перенаселение, заводской дым и выхлопы самоходок отравляют воздух, благополучные кварталы медленно превращаются в трущобы, а технический прогресс всё больше напоминает красивую ширму, за которой прячется надвигающийся кризис.
И когда по городу начинает ходить кровавый маньяк, становится ясно: настоящая опасность может исходить вовсе не из-за стен.
После катастрофы, устроенной людьми, мир изменился. Теперь его населяют кровожадные твари, а пространство и время не подчиняются прежним законам.
Нужен ли он такой хоть кому-нибудь?
Некто древний, пробужденный от вечного сна катастрофой, об этом не задумывался. Однако слишком странные эмоции вызывает человечка, с одержимостью, достойной лучшего применения, стремящаяся на ничейную землю к все еще рабочей электростанции.
Этот мир постигла катастрофа, и у одинокого пришельца практически не осталось шанса на спасение. Особенно, если в спину дышит кровожадная тварь, а впереди распростерлась пустошь. В такое время не до случайных попутчиков. А может, наоборот.
— Я обреченный, — произнес Райт и удостоился печальной улыбки.
— Мы все таковы, — с легкой иронией в голосе, проронил Анден, — кто-то в большей, кто-то в меньшей степени. И Фретерико, инквизитор, загубивший десятки, если не сотни ни в чем не провинившихся перед ним существ и людей. И я… еще хуже, способный подчинить себе любого, даже неосознанно... — он помолчал и добавил: — И Марго. Пожалуй, лишь существа и люди, не догадывающиеся о том, на что они способны, могут жить в блаженном неведении по поводу своей обреченности. Но, поверь, нет ничего хуже самообмана. Он ведет к отупению, а значит, смерти разума. Уж я знаю, о чем говорю.