Школа литературного мастерства 5. О коммуникации, точках зрения и принципах работы над произведением
Автор: Сабина ЯнинаДавайте сегодня начнём разговор об отражении в произведении коммуникации между персонажами.
Очень важно в тексте взаимодействие между персонажами отражать не только диалогом, но и описанием мимики и жестов. Сейчас я опишу необходимый минимальный набор таких элементов, который приводится в книгах по литературе для обучения элементарным приёмам их употребления.
Один из таких инструментов современного творчества — умение наблюдать за лицом. Самое интересное и важное на котором — это взгляд, улыбка и простые кивки головой.
Взгляд и его направление — важнейшее средство поведенческих демонстраций консолидации (дружелюбия) и, напротив, агональности (агрессии).
Эмоциональные демонстрации поддержки и сотрудничества происходят с установкой на отождествление с партнёром. Здесь важна общая тональность речи («дружелюбная», «тёплая»). Улыбка, кивки, зрительный контакт — это не только естественные сигналы, но у человека — главные демонстрации отношения. Это совпадает у носителей разных культур, а потому это поведенческая универсалия.
Эмоциональные демонстрации вражды (агональное поведение, агрессия) начинаются либо с прерывания зрительного контакта, либо, напротив, с упорного прямого взгляда в глаза (стимульное и знаковое значение — «вызов»); мимика при этом «выключена»; сопутствует резкая перемена позы, например вставание из положения сидя, распрямление во весь рост и пр.
В этикете разных культур и субкультур значение прямого взгляда в глаза при начале общения могут не совпадать, потому универсалией может быть названа только следующая закономерность: старший в иерархии «имеет право» на прямой взгляд на партнёра, младший демонстрирует своё подчинение отведением взгляда. Так, прямой взгляд в глаза воспринимается как вызов-оскорбление среди подростков, футбольных фэнов, в тюрьме и «на зоне», в среде военных и вообще в социумах с жёсткой установленной иерархией.
В тексте при общении взгляд может служить, как и другие основные сигналы, как универсальное положительное или отрицательное подкрепление.
Положительные подкрепления — это:
- все поведенческие способы отождествления с собеседником («зеркала» разных типов — сходное поведение на всех уровнях дискурса: акустика, лексика, мимика, жесты, поза);
- универсальная «тройка»: зрительный контакт + улыбка + кивки;
- сигналы внимания: взгляд в глаза (зрительный контакт); мимика: приподнятые брови, округлённый полуоткрытый рот; поза — приближение к собеседнику;
- голос: чистый тон (тональный сигнал без шумов) (ср.: «Её голос зазвенел от радости»).
Отрицательные подкрепления — это:
- все поведенческие способы расподобления: прекращение сигналов уподобления, «разбивание» «зеркал;
- прерывание зрительного контакта и отведение взгляда («он посмотрел в сторону»);
- прекращение других сигналов универсальной «тройки»: ни улыбок, ни кивков (заметьте: многократные повторяющиеся кивки, напротив, заставят собеседника замолчать);
- прекращение сигналов внимания: резкое отодвигание назад с увеличением расстояния до собеседника, нормальное (нейтральное, исходное) положение бровей и губ;
- быстрый двойной кивок, многократный кивок;
- хриплый низкий голос или шумовой сигнал: в литературных текстах это передаётся нередко увеличением числа согласных букв в слове: «чччерррт», «сссволочччь» и пр.
Направление взгляда и кивки головой как инструменты регуляции беседы.
При межличностном речевом общении в диаде направление взгляда собеседников играет определяющую роль в согласованности беседы и смене речевых ролей «говорящий (слушающий)».
Как правило, слушающий смотрит прямо (в глаза) партнёра, при репликах длительнее 5 секунд. Конец реплики отмечается тем, что говорящий кратко взглядывает в глаза партнёру и изменяет положение головы (вверх (вбок)). Поднятый на адресата взгляд, по результатам исследований этологов человека, является сигналом окончания высказывания и ожидания ответа. Если этого сигнала нет и говорящий прекращает речь, но не меняет направления взгляда, слушающий молчит, ожидая продолжения высказывания и воспринимая прекращение речи всего лишь как паузу.
Если сигнал подаётся (взгляд говорящего направляется в глаза слушающему + движение головы), адресат встречает направленный ему в глаза взгляд, затем отводит свой (этот сигнал намерения начать реплику часто также сопровождается характерным движением головы) и «превращается» в говорящего.
Итак, перемена направления взгляда происходит при перемене ролей в беседе и выполняет важнейшие функции регуляции и согласованности смены ролей.
Важно, что допустимая длительность взгляда в глаза (продолжительность зрительного контакта) зависит от конкретной пары партнеров. Незнакомые или малознакомые разнополые пары избегают длительных зрительных контактов (последние, повышая уровень возбуждения, увеличивают и степень интимности).
Взгляд служит для управления поведением собеседника и повышения собственного статуса. Доминирование осуществляется во многом именно с помощью направления взгляда.
Если слушающий не смотрит на говорящего, тот воспринимает его поведение как отрицательное подкрепление, как признак недовольства и критического отношения к себе и своей речи.
Если же говорящий во время речи старается смотреть в глаза партнёру, то статус партнёра автоматически повышается. Кроме того, это служит сильным положительным подкреплением речевой деятельности.
Итак, нужно различать: направление взгляда как средство установления и поддержания контакта; средство регуляции беседы; средство борьбы за установление доминирующего статуса и средство «оспоривания» уже сложившейся иерархии («вызов»); отрицательное или положительное подкрепление речевой деятельности (способ «разговорить» или «заставить замолчать»).
Точка видения в тексте
Ключевой вопрос начала создания текста — от чьего лица будет вестись повествование и в какой части текста.
Как построить текст так, чтобы использовать все возможности наилучшим образом, — возможности, которые даёт перемена рассказчика и передача этой роли разным персонажам в разных частях текста?
Эти вопросы, которые нужно решить ещё до написания текста.
В «Теоретической стилистике» А.И. Горшкова важную роль в описании художественного текста играет понятие «точка видения». Очень важно, чтобы автор чётко понимал кто передаёт свою точку видения в том или ином фрагменте текста или в тексте целиком.
Если повествование ведётся «от автора», образ которого в тексте наделяется полномочиями Бога, всевидящего и всемогущего, то, соответственно, точка видения такого повествователя может перемещаться в любой момент прошлого или будущего и в любую точку художественного мира произведения, в том числе, оказываться и в душе всех персонажей, включая героя. Там «образ автора» хозяйничает полновластно, проникая в самые укромные закоулки.
Если же рассказ ведётся от лица героя, персонажа — возможности открываются иные, а многие и ограничиваются. Автор может описать только то, что может увидеть этот герой, персонаж, чью точку видения автор описывает.
Чем более личным, лиричным и коротким будет текст, тем лучше подойдёт повествование от первого лица.
Чем текст эпичней, чем объективней, отвлечённей от автора его содержание, чем шире его временной и пространственный размах, тем удобней авторское повествование с «всевидящим и вездесущим» описанием.
Чем важнее для текста борьба идей и мнений, столкновение несовместимых жизненных позиций, тем естественней будет выглядеть передача повествования (точки видения) то одному персонажу, то другому в разных частях текста ИЛИ текст-диалог с небольшими по объёму «прослойками» авторского повествования.
Итак, всё зависит от идеи текста, его проблематики, художественного метода решения его задач, жанра и объёма. И в конце концов — от вашего выбора. Даже если вы останавливаетесь на авторском повествовании «от третьего лица» («Он проснулся»…), помните, что с помощью внутренней речи героя и особенно приёма несобственно-прямой речи вы все равно достигнете возможного для вас и необходимого вам психологизма.
Современное литературоведение определяет следующие основные принципы работы над произведением
1. Всё начинается с создания «нового мира». Сначала вам нужно решить какова структура хронотопа вашего текста? То есть ответить на вопросы:
где (место) и когда (время) будет происходить действие?
кто герои и основные персонажи?
какова фабула («история» в её натуральном временном протяжении — последовательности событий)?
2. Определиться с сюжетом.
Тут нужно расставить события фабулы уже не последовательно по времени их возникновения, а в той последовательности, которая, по вашему мнению, будет наиболее интересна для читателя.
Определить кто будет рассказчиком — кому вы передаёте «точку видения»?
Каковы основные сцены повествования? Кто рассказчик — в каждой сцене (если вы меняете рассказчиков)?
Как каждая сцена распадается на «явления»?
Явление — описание действия в одном месте с одними персонажами.
Сцена — описание несколько явлений, описывающих разные места и/или разных персонажей, участвующих в событии - действии.
Для того, чтобы научиться хорошо писать явления и сцены в произведении, А.К. Михальская в книге "Литературное мастерство" советует читать пьесы для театра Островского.
Конечно, после начала писания текста всё может и измениться.
3. Определиться по явлениям/сценам куда смотрят герои и персонажи? Что видят?
Общий план: например, улица, идёт дождь.
Чьими глазами это показано?
Тематизация: вот красный зонт, он скрывает чьё-то лицо; чьё?
Фиксация (фокусировка внимания на одном объекте): взгляд следует за зонтом вдоль бульвара.
Крупный план — под зонтом лицо девушки… И так далее.
Возможно и «обратное описание»: лицо девушки (крупный план) удаляется, и постепенно красный зонт уже неразличим среди многих других зонтов на улице.
Все это происходит при создании вербального текста.
Нарротив
Нарратив — повествовательная основа текста, неотъемлемыми признаками которой являются:
1) время;
2) событие (минимальная единица временного распределения действий или состояний, которые располагаются от начала через середину к концу: начало, середина и конец образуют структуру события, без них нет и события); событие — предмет нарратива как повествования, «истории»;
3) пространство. События могут происходить не только во внешнем субъекту (например, герою) мире. Его внутренние переживания, состояния, психические действия тоже способны образовать «историю» и стать предметом нарратива. Если считать психическую реальность пространством, «местом», то тогда к признакам-условиям нарратива нужно отнести и пространство;
4) интрига (она должна присутствовать в любом событии: вопросы «что будет?», «дальше что?», «чем все это кончится?» должны возникать у читателя при любом рассказывании, в её создании — проблема мастерства нарратора);
5) субъект действия или состояния (деятель);
6) нарратор — субъект (объект) повествования в их единстве.
Нарративы различны по сложности
Минимальный нарратив — «история» об одном событии, с одной простейшей структурой: началом, серединой, концом.
Более сложные нарративы образуют нарративную структуру.
Нарративная структура творческого текста сложным образом сочетается с выбором типа повествования и нередко — с переменой повествователей.
Так, все части массового беллетристического романа-трилогии Дм. Глуховского «Метро» — нарратив «от автора» (или от «третьего лица»); «Метро 2033» повествует о событиях, начиная с атомной войны, затем — о 20-летнем периоде жизни людей, спасшихся в метро, появлении новой угрозы и её преодолении (середина) и завершается охотой за странным голосом (конец).
Вторая часть трилогии «Метро 2034» начинается и продолжается как повествование попеременно о двух героях — старике и девочке. Встреча старика с Хантером происходит в начале; в середине — встреча старика ещё и с девочкой; к концу Хантер отделяется и умирает, а главный герой части первой («Метро 2033») вновь появляется в конце, а девочка теряется.
В третьей части встречаются Артём, старик и девочка; повествование снова о главном герое (Артёме).
Во всех случаях авторский голос рассказчика «проникает» в сознание героя и практически становится его рупором, не отдавая ему, однако, права на речь.
Для жанра рассказа типична, характерна простая нарративная структура — история об одном событии. Это событие далее неделимо. Его начало, середина, конец могут авторской волей при построении сюжета располагаться по-разному.
Повесть — это жанр с усложнённой нарративной структурой. Какой бы короткой ни была повесть, усложнение проблематики, а следовательно — количества персонажей, приводит к появлению в её нарративной структуре других событий, кроме основного, главного.
Роман — сложная нарративная структура. Так, необычайна по сложности эпопея «Война и мир». Её нарративная структура обширна: стержневой нарратив — история Отечественной войны 1812 г., с предысторией и пост-историей. Следующий по уровню пласт — истории отдельных групп персонажей — семей Болконских, Ростовых, Курагиных и пр. Есть и более укрупнённые описания — Россия и Европа, включая Францию; русские и французы как целостности; далее — русские светские общества Москвы и Петербурга; народ — крестьянство и солдаты и пр. Каждый персонаж имеет свою историю, ей посвящён отдельный нарратив (рассказ-повествование). Все это в целом невообразимо сложно.
Но такого рода произведения редки и неповторимы.
Как правило, роман — нарратив о жизненном пути (становлении) одного центрального героя. Таковы, например, самые читаемые на рубеже ХХ–ХХI веков романы Джейн Остин, нарратив каждого из которых основан на мифе о Золушке.
Вот кратко о чём я сегодня хотела рассказать. Желаю вам творческих успехов! Если будут пожелания о том, какой вопрос подробнее освятить, пишите в комментах.