Читательский дневник: «Проклятие Звёздного Тигра». Размышления и рассуждения

Опять выбился из ритма, но продолжаю исследовать мир «Звёздного Тигра». Сегодня мы немного рванём вперёд и попробуем захватить сразу четыре главы: не ради спешки, просто одна из глав совсем коротенькая и хорошо пристёгивается к посту. 

Итак, без лишних слов — оглавление, чашка чая. Вперед!

• Введение и глава 1
• Глава 2. О мире и морали
• Главы 3-4. Первый знак Огня
• Главы 5-7. О кризисе доверия
• Главы 8-10. Немного синестезии
• Глава 12. Имитатор
• Глава 13-14. О масках
• Глава 15, ч. 1. Легенда о Камне
• Глава 15, ч. 2. Камень-не-Чар
• Глава 15, ч. 3. Наблюдатели
• Главы 16-19. Размышления и рассуждения

В прошлый раз мы оставили Рыцаря и Менестреля в Лойренском лесу, причем не в лучшем состоянии: Энтис в своих лёгких сапогах стёр ноги едва ли не до костей, а Вил, не иначе, в неудержимом приступе сострадания, попытался выходить своего спутника. 

Там они пребывают до сих пор, хотя ситуация неожиданно разворачивается на сто восемьдесят градусов: сразу после выздоровления уже Энтис набирает скорость и быстро загоняет Вила до изнеможения. Не со зла — просто его, кажется, по-настоящему увлекло путешествие и ощущение новизны, свободы, свежести… Настолько, что он даже предлагает двигаться исключительно через леса. А Вил… А что он? Убивается, потому что влез в какую-то непонятную историю с неадекватным рыцарем, который почему-то зовет его, менестреля, другом, что для этого гордеца хуже ножа острого.

На этом этих двоих можно оставить.

Важный штрих: Вил, хотя ему это и не нравится, охотится с помощью способностей вэй. То есть, он не только о том, что обладает ими, но и может применять.

В то же время о жизни размышляют не только Вил и Энтис — где-то далеко, хотя и в той же галактике, Лэйси Тай думает довольно депрессивные, хотя и совершенно понятные, мысли, какие нередко приходят в голову подросткам. Впрочем, самое главное здесь совсем в другом: за три года она не заметила, как фан-мод о Тефриане начал постепенно просачиваться в ее жизнь. Лэй скучает по ощущению меча на поясе, сочувствует истории своего игрового аватара, выросшего без родителей (никого не напоминает?), проникается его одиночеством…

А мы запомним этот момент, потому что (если появления Игрока было мало) мир фан-мода абсолютно точно списан с Тефриана. Это заметно даже по характерному ругательству, которое вырывается у Лэйси, когда она видит, как одноклассники пытаются задирать Джисс, — «Трясины». Прежде эти же самые трясины поминал Вил.

В любом случае, отбившись от мелких з… от нападающих, сёстры отправляются домой пешком через город. Именно здесь Джиссиана признается, что у нее есть способности сэнса, — мы тоже видели, она взлетела со стола, — и подозревает, что подобные способности есть и у Лэйси. Здесь читателю подбрасывают еще одну ниточку: у Джисс способности есть, а вот у родителей, по словам Лэйси, «по нулям». Учитывая, что псир наследуется, то намек более чем жирный, пусть даже сами девчонки об этом пока не задумываются.

Кульминация приходится на очень странное и почти жалкое нападение банды местной шпаны, если этих недотыкомок в самом деле можно так назвать. Закончилось все мирно, даже слишком, учитывая обстоятельства (заодно отмечу хладнокровие Лэйси, стальные нервы у девчонки)… А может и нет, поскольку в этот момент происходит нечто странное:

‒ Убери руку, ‒ тихо велела она. Их взгляды скрестились. Она не сомневалась. Не ощущала страха. ‒ Не люблю, когда незнакомые люди меня хватают.

‒ Так и познакомимся. Заодно.

‒ Немедленно.

Его пальцы едва заметно дрогнули и разжались. Она не улыбнулась только потому, что любая смена декораций сейчас могла разрушить… что именно, она не думала. Она уже победила — как всегда.

Остальные, казалось, недоумевали, но вмешиваться не пытались; они не имели значения. Главарь руки не убирал и морщил лоб, будто не понимал, что с ним творится. Отпусти, мальчик. И уходи. Ну?

— Кэп? Мы не слишком долго?

То, что было натянуто, как стеклянная сеть, дрогнуло и разбилось. Парень крепко стиснул её плечо. Она сдержала раздражённый вздох и обернулась: в проулке стало совсем уж тесно.

Нет, может быть, это харизма, уверенность в себе и хладнокровие, я даже спорить не стану. А может кто-то подсознательно влез в голову лидера нападающих, Мэтта. Просто версия, ни на чем не настаиваю.

Самое главное происходит сильно позже, и это, на мой взгляд очень важный момент в ее безмятежной подростковой жизни, почти переломный.

Уже ночью, успешно почти проиграв бой, она сидела у спящего комма и бездумно глядела на тёмный квадрат монитора. Спать не хотелось. Сенсом надо родиться… и спасать людей не в фан-моде. Всерьёз. Таких, как Коршун… Мэтт. И вместе с ними — их родных… вынужденных просить кого-то сжульничать в игре — просто чтобы подарить младшему брату настоящий подарок.

На этом предлагаю оставить сестер Тай и ненадолго завернуть в Тефриан, чтобы посмотреть, как дела у нашего штатного гения, Ченселина Тариса. 

Чен по-прежнему выполняет задание Верховного во владениях своего бывшего учителя Каэрина Трента. Забирается все глубже, хотя уже не так уверенно, как прежде, потому что опасается Каэрина — или, по крайней мере, не особенно хочет с ним встречаться. А еще — даже не знаю, случайность ли это или композиция, — Ченселин, как другие герои, погружен в тяжелые думы. Прежде всего о том, зачем Верховный отправил его в Джалайн и что рассчитывает найти его, Ченселина, руками. Впрочем, в этом как раз нет никакой тайны: речь идёт об аномалии, которая вызвала ураган с дождем, тот самый, который Каэрин свалил на ученика Ченселина, Джаэлла (в который раз удивляюсь: Каэрин ведь знал, что Джаэлл не при делах, а все равно его пытал — видимо потому, что это весело).

Между тем у нас появляется очередная подсказка о том, что происходит на самом деле, когда Ченселин как бы между прочим рассуждает:

И не гордость удерживала меня, а понимание, что подойди я к нему [к Каэрину] достаточно близко — шагни я в лес, где он поймал Джаэлла, не говоря уж об окрестностях его деревни, — и я обнаружу ту аномалию, зимний ливень среди дня летнего знака Трона.

Зимний дождь, троны… Где-то мы их уже видели. А, точно! Это же первый знак Огня:

У трона души

В застывшей жизни

Услышать, как сердце плачет

Внезапным зимним дождем.

Ну хорошо, трон я притягиваю за уши, не спорю. Но, может, и Каэрин, который интересуется историей Камня, Пламенеющего, Творителя и прочей честной компании, тоже притянул? Собственно, почему бы и нет, легко представляю себе ход рассуждений, человека, который уже отчаялся найти ответ и перебирает любые, пусть даже самые безумные варианты: «А не зарядить ли мне зимний дождь в летний месяц?»

Что же касается содержательной стороны Ченселиновых рассуждений, то парень ощущает себя на перепутье. В сущности, ему не повезло застрять между двумя очень серьёзными игроками, каждый из которых совсем не прочь использовать умненького мальчика в своих целях. Ситуация осложняется тем, что Ченселин работает на Верховного не по доброй воле, а присягнув тому под угрозой смерти, и явно болеет за своего бывшего учителя. Во всяком случае, такие складываются впечатления, когда он принимает решение скрыть аномалию, обнаруженную Джаэллом. 

Кроме того. Ченселин и сам натолкнулся на кое-что в Джалайне — след Огня. И след этот повёл его не к бывшему учителю, а куда-то в сторону, в степени Кумбрейна, если ли не за границу обжитых мест.

Хм… а кто у нас двигался в сторону Кумбрейна, уж случаем не пара друзей, которые вознамерились своими глазами увидеть День Кораблей? Вот то-то и оно. Собственно вся девятнадцатая глава, очень коротенькая, как будто создана для того, чтобы читатель связал след Огня, обнаруженный Ченселином с Вилом и Энтисом, который мужественно продираются через Кумбрейн: под палящим солнце и без воды. 

Здесь мы снова подслушиваем рассуждения Вила, в которые тот погружается, глядя на полумертвого Энтиса:

– Видишь? – тихонько сказал он. Энтис, словно в ответ, застонал во сне. – Вот тебе Путь Круга: жара, жажда, боль и грязная одежда. А я всегда в таком кругу, как в ловушке, и у меня нет Замка, куда можно воротиться, отмыться и всё позабыть. А у меня ещё люди. Хуже всего остального. Но ты на своём Пути ничего не узнаешь о людях. И хорошо, хватит с тебя и степи! Жизнь не в Замке жестокая, Рыцарь.

В принципе, эти двое продолжают притираться друг к другу, но медленно и как-то… болезненно, что ли. Что ж, Вил хотя бы не пытается сбежать и ершится чуть меньше обычного, уже хорошо. Особенно, когда они все-таки добираются до не пересохшего колодца… где мы их на время и оставим.

_______________

Что по впечатлениям? Хорошие главы, насыщенные эмоциями. Хотя, если честно, мне больше всего нравятся читать о взрослении Лэй, метаниях Джисс и лавировании Ченселина. О том, как Рыцарь и Менестрель медленно но верно становятся друзьями во-второй раз читать сложнее — во многом потому, что уже известен результат и хочется побыстрее до него добраться. Это, само собой, не значит, что я собираюсь пропускать эти главы, уверен, парням еще есть, о чем нам рассказать. Увидим. 

И как всегда арт, причем на этот раз зимний, чтобы уравновесить жару Кумбрейна :)

Арт: Paradoxical / Pinterest