Саша кафе

Совещание началось в десять ноль-ноль, как и было запланировано.

Виктор Андреевич Громов, руководитель отдела стратегического планирования, ценил три вещи: точность, краткость и людей, которые не смотрят в телефон во время его докладов. Последнее он озвучивал в начале каждого квартала — один раз, ровным голосом, без угроз. Этого хватало.

В переговорной сидело восемь человек. На экране — слайд с динамикой продаж. Виктор Андреевич говорил о стратегии на второй квартал, о сезонных рисках, о пересмотре подхода к ключевым клиентам. Говорил хорошо: структурно, без лишних слов, с паузами в правильных местах.

На двенадцатой минуте у Марины Сергеевны завибрировал телефон.

Она сбросила немедленно — одним привычным движением, не поднимая взгляда. Но телефон лежал экраном вверх, и слово на экране было крупным, белым и совершенно недвусмысленным.

Муж.

Виктор Андреевич, который как раз направлялся к флипчарту, остановился на полушаге. Пауза вышла короткой — три, от силы четыре секунды, — но в переговорной комнате четыре секунды тишины ощущаются как приличный срок.

Семь человек посмотрели на Виктора Андреевича.

Он медленно обвёл взглядом комнату.

— Понимаете, — сказал Виктор Андреевич, — у меня жена записала меня в телефоне как «Саша кафе». Мне стоит волноваться?

Дёмин, аналитик, уставился в крышку ноутбука. Петрова из маркетинга потянулась к блокноту и замерла на полпути. Лариса Иванова, человек прямой, наклонила голову:

— Может, ориентир? Чтобы не перепутать с другим Сашей.

— С каким другим Сашей? — спросил Виктор Андреевич.

Лариса решила остановиться.

Где-то в середине стола Орлов из аналитики очень тихо, почти неслышно взял телефон, посмотрел на экран и положил обратно. Никто на него не посмотрел. Он и не ожидал.

Совещание продолжилось. Виктор Андреевич вернулся к флипчарту, к рискам и клиентам. Говорил по-прежнему чётко, только взгляд время от времени уходил на несколько сантиметров в сторону от экрана — туда, где не было ни слайдов, ни людей, а было, по всей видимости, какое-то кафе и открытый вопрос.

Марина Сергеевна больше не доставала телефон.

После совещания Виктор Андреевич вернулся в кабинет, сел и открыл собственный телефон. Нашёл контакт «Оля» и посмотрел на него некоторое время. Просто «Оля» — имя и фотография. Всё понятно. Никаких географических уточнений.

Итак: «Саша кафе». Что это означает?

Вариант первый: место встречи. Постоянная точка, ориентир. Он попытался вспомнить, бывают ли они с Ольгой в каком-то конкретном кафе достаточно регулярно, чтобы это стало опознавательным признаком. Не припомнил. Пельменная у её работы — изредка, что-нибудь по случаю — раз в квартал. Этого явно недостаточно для классификации.

Вариант второй: другой Саша. В её архитектурном бюро Александров было несколько штук. Навигационная логика понятна: «Саша-кафе» — это он, «Саша-что-то-ещё» — кто-то другой. Но тогда почему именно кафе?

Вариант третий он рассматривать не стал. Не потому что боялся. Просто не хотел тратить рабочее время на гипотезы без данных.

Он позвонил жене.

— Алло? — сказала Ольга.

— Привет. Как ты меня записала в телефоне?

Небольшая пауза.

— Витя, у тебя всё хорошо?

— Всё хорошо. Просто интересно.

— Нормально записала, — сказала Ольга. — У меня сейчас совещание.

Она повесила трубку. Виктор Андреевич посмотрел в окно. За окном была середина апреля, и это совершенно ничего не объясняло.

Через полчаса в дверь постучала Марина Сергеевна с отчётом.

— Входите, — сказал Виктор Андреевич. И, пока она раскладывала папки: — Как у вас записан муж в телефоне?

Марина Сергеевна подняла взгляд.

— «Муж», — сказала она.

— Просто «муж»?

— Просто «муж».

— Понятно, — сказал Виктор Андреевич и открыл отчёт.

Марина вышла. В коридоре она достала телефон, нашла контакт и посмотрела на него — там было написано «Муж». Она убрала телефон и пошла к себе.