У меня есть картинка!
Автор: Demi UrtchИ даже не с Карусели.
Вообще-то Гарриет должна была появиться позже, в другой повести цикла, которую я параллельно пишу в стол. Поэтому я думала, что эта картинка мне ещё долго не пригодится, и заказала её у hhiole (надеюсь, еще можно вставлять ссылки на тг) просто для души. Но потом в «Сыне» появилось сюжетное окно, и в это окно отлично пролезла Гарриет (не зря же она такая худая).
Так получилось, что в «Сыне», скорее всего, почти ничего не будет о морфах – тех людях, которые становятся местными монстрами под действием мёртвой воды. Это самый распространённый эффект, но шаманская часть общества успешно отправила проблему подальше, поэтому, пока дело идёт в их кварталах и глазами коренных жителей этих кварталов, морфы упоминаются по большей части как какие-то далёкие бабайки, не то чтоб нереальные, но из разряда «ох, какая жуть творится в других местах». Зато в этой повестушке будут раскрываться другие проблемы, которые приносит мёртвая вода – когда люди не теряют человеческий облик, и, тем не менее, не сказать, что им сильно повезло. Вот как раз в качестве иллюстрации одного из таких вариантов сюда отлично легла (буквально легла, лол) Гарриет.
– Я понесу! – быстро заявляет Род, когда Гарриет берётся за ручку пакета.
Гарриет смотрит с сомнением, но, откинув с лица полуседую челку, отвечает:
– Как хочешь.
Только несколько книг забирает и несёт в руках.
– Твоего деда я не знала, – говорит Гарриет задумчиво, когда они уже выходят в коридор. – Но немного знала Милену Гоеден.
– Мою мать?
– Видимо? – Гарриет снова мельком улыбается. – Она не сразу стала Гоеден, правда. Тоже работала в Центральном какое-то время. Я тогда училась, мы пересекались в офисе и на заданиях иногда. Это было недолго, потом она перевелась в Восточный офис.
– А… какая она была?
На самом деле, Род даже не знает, интересно ему или нет. Это как слушать про чужого человека? Наверное, плохо так думать. Наверное, он должен хотеть узнать.
Гарриет пожимает плечами.
– Спокойная. Хорошо работала, хотя звёзд с неба не хватала. …Прости, если что.
– Ничего. – Род дёргает плечом.
У Гарриет вдруг становится такое лицо, будто она вспомнила что-то забавное.
– Она любила пирожные, – говорит совсем неожиданное. – Ела их так, что мне тоже хотелось, а мне тогда было нельзя. Я недавно попробовала – оказалось не так уж и вкусно.
Род растерянно перехватывает пакет из руки в руку. Тот, кажется, задевает что-то, и Джером тут же воет:
– Ты меня ударил!
Род быстро отступает, едва не натолкнувшись на Гарриет.
– Я не нарочно.
– Нарочно!
Ой, а сам-то сколько раз бил, пинал, толкал Рода?
– Ну поплачь! – в сердцах огрызается он.
Надоел уже!
У Джерома и правда на глаза наворачиваются слёзы, и Род уже ждёт, что он заревёт, громко и с чувством, захлёбываясь, как тот ребёнок в магазине, где Род как-то был с дедом.
Но тут что-то глухо стукается об пол позади, и лицо Джерома становится сначала удивлённым, потом – испуганным.
Род быстро оборачивается.
Первыми бросаются в глаза упавшие и раскрывшиеся на случайных местах книги. Потом Род замечает Гарриет: одну руку она судорожно прижимает к груди, другой слабо придерживается за стену, медленно сползая.
Бросив пакет, Род подскакивает к Гарриет в попытке подхватить. Она наваливается, едва ли вообще разбирая, и, даже такая худая, оказывается тяжёлой. Хоть и, наверное, легче тел, которые Роду пришлось таскать до могил. Не получается удержать её, и Гарриет оседает на пол. Роду только удаётся не дать ей упасть совсем, помочь привалиться боком к стене.
Лицо у Гарриет, и так-то бледной, меловое и в испарине, губы в синеву. Она тяжело и прерывисто дышит, кривится, как от боли.
Что такое?! Могло ли у Гарриет прихватить сердце или что? Надо… надо позвать кого-то, но где тут искать…
Джером, кажется, соображает быстрее: с топотом уносится по коридору. А Роду только и остаётся, что сидеть с Гарриет. Что нужно делать в таких случаях?!
Гарриет глухо стонет, стискивая рубашку так, будто хочет порвать её и выцарапать что-то из себя.
– Что с вами? – Род не находит слов лучше и чувствует себя идиотом.
К удивлению, Гарриет отвечает, тихо и через силу:
– Прой… дёт. Река.
Река? Род не чувствует её. Или Гарриет просто выругалась?
Кто-то приближается почти бегом, и, подняв голову, Род видит Реджинальда.
– Она… – начинает Род, но Реджинальд тут же перебивает:
– Уходим, сейчас же.
– Но Гарриет…
– С ней ничего не будет и ты ничем не поможешь, а у нас речники на набережной!
– Иди, – резко выдыхает Гарриет. – Он прав.
Род мешкает, и Реджинальд, подойдя, рывком ставит его на ноги, дёргает за собой. Род едва успевает подхватить брошенный пакет, хотя это кажется глупым и неуместным.
Когда Род оглядывается в последний раз, Гарриет лежит на полу, свернувшись клубком, в окружении книг. Никто не спешит к ней.
Никто не пытается помочь Гарриет, потому что ей и нельзя помочь – лекарства от мёртвой воды нет, хотя кое-кто и занимается его поиском. С этим связан и упомянутый в той же главе доктор Телле, а вот отец Гарриет, что иронично, – один из противников этих исследований. Почему – совсем отдельная история. В общем, все давно уже привыкли и не особо удивляются, когда Гарриет валяется где-то с приходом Реки. Максимум, что тут можно сделать – переложить поудобнее и ждать. Но для Рода эта сцена с Гарриет – ещё один тревожный звоночек об отношении шаманов друг к другу, который дальнейшим поведением Реджинальда только подкрепляется. Для Рода пока что всё происходящее выглядит довольно рептилоидно, и он не уверен, что хочет вписываться в этот социум.
Собственно, как раз болезни Гарриет посвящена картинка:
Мне очень нравится, как hhiole метафорически передает всякие такие состояния. И вообще это ощущение хрупкости от её стиля. Я, собственно, знала, чего хотела, когда к ней шла. Здесь Гарриет немного отличается от описания в книге. У hhiole она более раннего времени, где у Гарриет ещё длинная черная коса, да и в целом вид посвежее, а я опираюсь на примерно такой вариант:
(моего авторства, если что)
Гарриет на самом деле младше, чем ей накинул Род, а вот как получилось, что она в таком состоянии, почему Грейс и Дарий её принимают в штыки и о чём речь тут:
Когда они доходят до проходной, Грейс уже заметно пошатывает.
Гарриет, о чём-то беззаботно болтавшая с охранником, оборачивается со своей обычной улыбочкой, но тут же хмурится.
– Э, подруга, да ты сейчас упадёшь, – говорит вместо приветствия и подскакивает к Грейс.
– Какая я тебе подруга… – возмущённо начинает Грейс, но Гарриет что-то быстро шепчет ей, Джером не может разобрать.
Грейс кривится, но позволяет закинуть свою руку на плечо. Хотя, на взгляд Джерома, это всё равно что подпирать Грейс соломинкой из стакана. Все знают, что Гарриет – больная слабачка.
– Помочь? – неуверенно предлагает охранник, приподнимаясь с места.
– Неплохо бы. Но, боюсь, у вас будут проблемы с сином Самандере, если оставите пост, – деликатно отвечает Гарриет. – Ничего, тут недалеко, как я помню. Род, возьми-ка у меня пакет.
Ишь, раскомандовалась! А этот слушается почему-то.
Джером ждёт, что Грейс оттолкнёт Гарриет, как только они скроются с глаз охранника – ведь явно же Гарриет подговорила её как-то. Но Грейс, наоборот, наваливается всё сильней. Гарриет совсем не изящно матерится.
– Мелкий, позови…
Но навстречу уже и так выбегает Лиор – наверное, охранник ему набрал. Кое-как они дотаскивают Грейс до зала – он ближе всего, а Грейс сама едва переставляет ноги. Род пытается помогать, но больше мешает. Джером, наверное, тоже. Но он не специально!
Дарий заполошно поднимается, когда они заходят.
– Что ты сделала? – тут же налетает на Гарриет.
Она невозмутимо пожимает плечами.
– Поймала её и дотащила сюда. Перерасход? Слышала про вчерашнее, сочувствую.
– Тебя не касается. – Дарий оттесняет её, укладывая Грейс на диван.
Сам садится на пол рядом, как сторожевая собака. Видок у него тот ещё. Защитник, ха!
– Не скажи, – хмыкает Гарриет.
Без стеснения опускается в кресло и закидывает ногу на ногу. Как у себя дома!
– Кажется, ты хотела что-то отдать и уйти.
– Уже отдала, но про «уйти» я ничего не говорила. – Гарриет подпирает щёку рукой. – Честно говоря, я приехала поболтать с Реджином. Но мне не хотелось бы, чтоб об этом говорили как о намеренной встрече. Давайте сойдёмся на том, что я завезла книги новичку по дороге с вызова и задержалась попить чаю, потому что очень устала.
– Реджина нет. Чай кончился. Можешь ехать. – Дарий смотрит исподлобья.
Гарриет молча усмехается.
– Спроси у Грейс, зачем я прихожу. Не думаю, что она тебе не доверяет. – Она покачивает носком туфли. Каблук у неё подбит металлом – вечно звякает при ходьбе. – Вообще-то странно, что ты до сих пор не в курсе. Я думала, Реджин уже вообще всех южников втянул в свои дела.
Лиор и Род оба топчутся у стенки, как дураки. Джером их немножко понимает – как-то напряжённо стало в комнате. Но это Гарриет тут – непрошенная гостья, а им нечего мяться!
Он уверенно пробегает перед лицом Дария – тот аж перестаёт сверлить Гарриет взглядом – и прыгает на второй диван. Хватает кусок остывшей пиццы и запускает в рот.
Лиор тоже отмирает, подходит к Грейс, укрывает, неуверенно теребит за плечо.
Толку, если Грейс ушла в свой обычный отруб? Поваляется немного и очнётся. Джером вот уже привык. Перерасходы по-разному проходят, у Грейс – так.
– Род, что в пакете? – Дарий оборачивается требовательно.
– Книги просто. Ой, ещё пирожные какие-то…
– Это к чаю. Не с пустыми же руками ехать. – Гарриет снова беззаботна и живо оглядывается, словно того и гляди начнёт хвалить обстановку.
– Не ешь, лучше выбрось.
Гарриет фыркает.
– Не лишай ребёнка радости. Ваш новичок не такой особенный, чтоб я лично его травила, ещё и так глупо подставляясь.
– Не такой особенный, как Кара? – Дарий смотрит на неё тяжёлым взглядом.
Какая ещё Кара?
Гарриет пялится куда-то в занавеску – не очень красивую – и криво усмехается. Постукивает пальцами по руке.
– Конечно. Кара – самая особенная, – говорит ровно. – Не знаю, как сейчас, но раньше она бы пришла в бешенство от мысли, что кто-то может быть «особеннее» неё. Вы ещё общаетесь?
– Не твоё дело.
– Хорошо. – Гарриет кивает.
Почему-то это звучит не как «Хорошо, не моё», а как «Хорошо, что общаетесь».
– Что за Кара? – не выдерживает Джером, вскакивая на ноги прямо на диване и переводя взгляд с Дария на Гарриет. – У нас же не было Кары. Не было же?
– У вас не было, мелкий, – соглашается Гарриет с улыбкой. – Она была у нас.
– Кто она такая? Причём тут она? – Джером подпрыгивает.
Бесит, что они о своём говорят и ничего не объясняют, будто одни тут.
– Она была классной шаманкой и отлично дружила с нашей дорогой Гарриет, – нарочито едко отвечает Дарий. – А потом однажды при мутных обстоятельствах выпила мёртвой воды и была депортирована в квартал морфов.
– Она не говорила тебе про «обстоятельства»? – Гарриет вздёргивает бровь, и так высокую и изогнутую.
– Она врала мне про обстоятельства.
– Бедный-бедный Дар, никто ему ничего не рассказывает.
Это уже крючки на собственную историю Гарриет. Не знаю, правда, пока, получится ли её вообще выложить здесь, когда будет дописана.
Кое-какие дела Реджинальда Гарриет тоже должна подсвечивать, но посмотрим, как это выйдет – всё-таки фокалы двух маленьких невдуплёнышей слегка ограничивают обзор.
В общем, как вы уже поняли, я бесстыже вставила в текст фоном своего любимого покемона. Но в оправдание могу сказать, что сюжетная роль в «Сыне» у Гарриет таки есть, не только для красоты ходит. Но для красоты тоже.