Алекс Эвейкин

Я построил четыре компании, продал три и двадцать лет не мог набрать один номер. Умер в семьдесят — нелепо, по дороге к сестре, с пирогом её детства на заднем сиденье.

Очнулся восемнадцатилетним княжичем. Отец под следствием, род в опале, в поместье — имперская комиссия с бумагой на десятилетнюю Софью: если за тридцать дней род не докажет, что жив, девочку заберут в закрытый корпус.

Способ доказать один — разжечь родовой очаг, погасший сто лет назад. Вот только дар Ладомирских не добывается в бою. Он собирается за общим столом: надо своими руками накормить человека и впустить его в дом. А я в этом доме сам без приглашения.

Драться это тело умеет лучше меня. Зато я готовлю так, что за это прощают многое.

Здесь будет:

— боярь-аниме, где сила рода растёт от ужина, а не от кристаллов;

— герой, который усиливает своих — и потому в бою слабее любого из них;

— юмор, интриги великих домов и настоящие рецепты;

— одна линия любви, без гарема.

Первый том цикла. Финал — за общим столом.

Первый Спуск должен был продлиться несколько часов. Но четырнадцать детей проваливаются в Чёрный Нил — область Кемета, где скарабеи двигают солнца, река крадёт память, а правильно составленная запись способна стереть живого.

Снаружи пройдут двое суток. Для Марка и его товарищей — три года. Чтобы вернуть уцелевших домой, сироте с запретной тьмой придётся учиться сражаться, разгадывать мифы, ставшие законами природы, и не превратить друзей в инструменты собственного спасения.

Но путь к выходу лежит через Сфинкса и божественную тюрьму. В ней ждёт Нефтида — и освободить её можно лишь одним способом: впустить богиню в собственную душу. Если она согласится.