Арсений Ермолаев

Знаете, задумался тут: давно ничего не писал и не выкладывал. А выкладывать, понятное дело, нечего – ещё ничего нового не написал. Да и пока что как будто некогда: работа-дом, работа-дом, жизнь сурка. Сами знаете. Но сегодня захотелось отойти от всех тех мрачных тем, что были раньше. Поговорить о чём-то другом. Тёплом. Вот интересно мне вот что: что делает для вас книгу любимой ? Какой-то определённый персонаж? Тот самый момент, от которого дыхание перехватывает? Или просто книга, которая...

Не ту, что снаружи. Не волосы, не кожу. Ту, что скрыта за костью, за мембранами, за годами наслоенной памяти. Представьте: открываешь черепную коробку, как старую шкатулку. Достаёшь всё, что там скопилось — чужие слова, неотвеченные обиды, сцены, которые прокручиваешь на повторе, страхи, въевшиеся в извилины. Кладёшь это всё на стол. Смотришь. А потом включаешь воду. Тёплую. Сильную. И моешь. Дочиста. До блеска. Чтобы не осталось ни шороха, ни эха. Иногда мне кажется, что я так и живу — с...

А что, если Белоснежка покончила с собой? Звучит дико, правда? Но давайте на секунду отбросим розовые очки. Представьте: она знала, что яблоко отравлено. Знала, кто его принёс. И всё равно откусила. Почему? Не потому что наивная дурочка из сказки. Потому что дочь, которая поняла: родная мать (или мачеха — неважно) принесла ей яд. Своими руками. И в этот момент внутри что-то щёлкнуло. Отчаяние перевесило страх. Жить, зная, что ты настолько не нужна, что тебя хотят стереть... иногда...

Есть вещи страшнее, чем нож и петля. Страшнее, чем крик и разорванная плоть. Когда темнота, уходя в никуда, Приходит к тебе, чтобы стать тобою. Она не стучит. Она входит без слов. Ты сам открываешь ей дверь, когда не спишь. И мысль, что пришла от чужих голосов, Вдруг понимает: ты — её дом, малыш. Она разрастается. Корни в виски. Ты кормишь её своими страхом и злостью. И вот уже люди вокруг — не люди, А просто расходный, пустой материал. Ты...

Давно не писал ничего, друзья. Пора исправляться. Решил задуматься: а когда мы решаем, что хватит? Что история окончена? Когда появляется тот самый миг, когда говоришь себе: «Всё. Я закончил книгу»? Приведу свой пример. Когда я начинал писать роман « Моррис Грим », у меня был план. Тридцать три раза я его менял. Тридцать три! Несколько раз переписывал всю историю целиком. Но в итоге закончил совсем не так, как задумывал изначально. Должно было быть около двадцати трёх глав. Осталось...

Я как-то писал уже, что хочу попробовать свои силы в жанре хоррор. Тогда ещё не знал, с чего начать. Долго размышлял, что бы я сделал главной угрозой. И мой выбор пал на куклу. Но почему? Наверное, потому что в детстве у каждого была та игрушка, на которую ты боялся смотреть в темноте. Та, что сидела на полке и, казалось, слегка поворачивала голову, когда ты отводил взгляд. Помните это липкое чувство? Ты лежишь под одеялом, смотришь в стену, но кожей чувствуешь — там, сзади, кто-то есть....

Бактерии? Вирусы? Нет. Идея. Она не просто живёт — она заражает. Передаётся воздушно-капельным путём, через книги, через разговоры, через тишину. Достаточно одной фразы, одного образа, и вот она уже пустила корни где-то в затылке. Начинает шевелиться. Обрастать деталями. Требовать выхода. Стоит идее завладеть мозгом — избавиться от неё практически невозможно. Можно переключиться на другое. Можно убеждать себя, что всё под контролем. Но она никуда не уходит. Ждёт. В темноте, в тишине,...

А у вас бывает такое, что внутри словно кто-то живёт? Не голос даже, а отдельный человек. Со своим взглядом, со своими желаниями. Тот, кто просыпается, когда вы засыпаете. Кто смотрит на мир чуть иначе — честнее, злее, откровеннее. Я вот ловлю себя на мысли, что мои персонажи — это не совсем я. Но и не совсем не я. Где-то между нами тонкая грань, которую я сам не до конца понимаю. Написал об этом сегодня ночью. Вылилось в строки. --- -------------------- -------------------- ...

Вчера провожали зиму. Жгли чучело, ели блины — солнечные круги, которые должны были прогнать тьму. А сегодня — день тех, кто привык стоять на границе. Между светом и тенью, между миром и тем, что за ним. Странное соседство, правда? Масленица — про надежду. Про то, что даже после самой долгой ночи наступит утро. А 23 февраля — про тех, кто это утро охраняет. Не всегда с парадной выправкой. Чаще — в тишине, с усталостью в глазах и грузом, который не принято показывать. Я не знаю, какая она —...

Сам не ожидал, если честно. Всегда считал, что моё — это психологическая драка под кожей, а не то, что приходит извне. Но чем дольше пишу «Морриса Грима», тем чаще ловлю себя на мысли: тот же страх, та же тьма — просто в другом обличии. И вот я сижу, раскидываю наброски, и понимаю: а чего я сам боюсь? Что реально цепляет, от чего мурашки бегут не по сценарию, а по-настоящему? Решил спросить у вас. Какие приёмы в хорроре работают на вас безотказно? Не важно — книги, фильмы, игры. Что...

Друзья, прошу прощения Не выпустил сегодня главу вовремя. Слишком много работы на заводе — бывает, что силы остаются только на то, чтобы просто добраться до дома и упасть. Вы и сами знаете, как это бывает. Но оставлять вас совсем без ничего не хочется. Поэтому в качестве извинения — вот вам две иллюстрации, которые по плану должны были быть в книге, но так и не вошли. Остались за кадром, как вырезанные сцены в фильме. Почему не вошли? То ли не вписались в настроение, то ли показались...

Друзья, а вы задумывались, что чувствуете, когда придумываете персонажей? Вот я, например, каждый раз ловлю себя на странном. С одной стороны, я их создаю. Я решаю, какими они будут, что скажут, куда пойдут. Я держу в руках все ниточки. А с другой... они начинают жить своей жизнью. И это пугает. Бывает, сидишь ночью, пишешь очередную сцену, и вдруг ловишь себя на мысли: "Господи, зачем я заставляю его это делать? Остановись". Но не останавливаешься. Потому что он бы не остановился. Потому...

Дорогие друзья, вы когда-нибудь задумывались, что для вас означает зло? Не в кино, не в новостях, а здесь — в вашей жизни, в мыслях, в тишине перед сном? Для меня зло долго было абстракцией. Работой. Я читал детективы, придумывал антагонистов, раскладывал по полочкам мотивы. Но пока не сел за «Морриса Грима», не понял одной вещи: зло не всегда приходит с ножом и безумным взглядом. Иногда оно приходит в облике обычного человека. Иногда оно рождается из нашей собственной боли, из той...