«Арийская сказка» с посвящением Президенту России В.В. Путину.
По стилю, орфографии применены «исключения правил письма» и «жреческий метод словестики усиливающий гипноэффект», перед вами намеренно архаизированный, стилизованный текст с элементами фолк-хистори, мистики и лингвистического эксперимента. Персонаж проваливается в сказку где встречается с бабой ягой.
Данный текст представляет собой авторское исследование, выходящее за пределы стандартных академических программ (школьных и вузовских). Основной методологией заявлено изучение «абсурда» — первичных звуковых позывных, которые обычно игнорируются наукой из-за отсутствия в них привычного смысла. Утверждается, что именно в абсурде сокрыты тайны происхождения языка и мышления, однако его анализ требует особой интеллектуальной выносливости.
Центральная лингвистическая гипотеза: Общепринятое слово «Ма-Ма» является вторичным. Первичным звуковым позывным выступает формула «Ам-Ам» — звук, издаваемый кормящей матерью. В работе рассматривается акустика звука (вихревой характер передачи в ухо), графика буквы «М» (отрисовка ротовой полости) и разница в артикуляции у матери и ребенка. Отсюда выводится происхождение слов «Мать» (полная форма «Матерь») и связь окончания «-тер»/«тере» с чертой, членением звуковой волны и, в более широком смысле, с понятием материи и земли (Терре).
Модель А. Барашева: от Небытия к Бытию через язык
В основе философской концепции Барашева лежит идея о языке как творящей силе, а не как пассивном инструменте описания уже существующего мира. Согласно этой модели, реальность возникает не из материи или духа, а из процесса артикуляции, проходя четыре необратимых этапа: Небытие → Тодономиа → Ауралогия → Бытие [Барашев, 2020, с. 45]. Рассмотрим каждый из них.
Небытие в трактовке Барашева — это не абсолютное ничто, а «нетварный континуум» чистой потенциальности, лишённый каких-либо форм, границ, субъектно-объектных различений и знаковых систем. Оно непознаваемо непосредственно и выступает лишь как источник возможности для последующего оформления.
Переход к первому различению осуществляется на этапе Тодономии (от греч. τόδε — «нечто» и νόμος — «закон»). Здесь первичный звуковой импульс нарушает однородность Небытия, порождая фундаментальное различие между «названным» и «неназванным». Именно через звук и имя возникают первые знаки, а вмес
В данном тексте предлагается оригинальная онтологическая концепция, пересматривающая традиционные представления о «небытии» и «бытии». Автор заявляет о «закрытии вопроса» и снятии многовекового запрета на знание о происхождении мироздания.
Ключевые тезисы:
Определение небытия: Небытие трактуется не как отрицание бытия, а как «безобразность» и «неоформленность» — состояние, предшествующее членораздельной речи. Это абсолютное отсутствие каких-либо вещей, признаков и самого времени.
Роль языка как творца материи: Центральная идея — материальный («тварный») мир создается не сознанием, а внутренней артикулярной системой (языком). Первичные звуки и позывные («арали», «мат») были бесформенны, но с развитием членораздельной речи («вещания») у обитателей появились ментальные образы, которые и сформировали «траву», «деревья», природу и культуру.
Механизм творения: Язык (артикуляция) выступает инструментом «опредмечивания» и «метоопределения» (словесного обозначения места). То есть реальность
В философской притче-сказке, написанной в русской народной традиции, дед и внук вечерним разговором о происхождении леса выводят читателя к глубинной метафизике мироздания. Автор переосмысляет понятие «природа» не как совокупность естественных условий, а как звуковую роспись — «натюрель», сотворённую в звёздную эпоху Амброзии существами, не имевшими плоти, но обладавшими Голосом. Мир был не слеплен из глины, а пропет: каждый звук («А», «У», «Б», «С», «Д») создавал свет, пространство, деревья (берёза, сосна, дуб) и реки. Песок — онемевшее, рассыпавшееся слово.
Через анализ сказки «Сестрица Алёнушка и братец Иванушка» раскрывается главный закон: нельзя «пить» (впускать в себя) чужой образ, иначе превратишься в «козлёнка» — тварь, лишённую воли, ведомую. Иванушка — символ тех, кто, приняв чуждые учения, предал родную землю; Алёнушка — хранительница безусловной памяти, генетической женской мудрости. Человек определяется как «ухо», слышащее древнюю песню, но совершивший ошибку отождествлен
«Алфавитный генезис» — это метафизическая поэма-медитация, написанная от лица самих букв как первичных сущностей, предшествующих любому творению. Текст разворачивается в «небытии»: там, где нет ни света, ни тьмы, ни неба, ни земли, ни даже души, но есть белые листы бесконечной глубины и начертанные на них знаки азбуки.
Автор моделирует парадоксальную космогонию: не Бог или человек, а буквы-страшилища, носящие в себе «дух тьмы над бездною», стремятся создать миры. Однако каждый образ тотчас распадается, чтец и творец меняются местами, а книга оказывается ловушкой, где «утопающий в бытии теряет мозги».
Центральная идея — иллюзорность разделения между автором, читателем и знаком. Читатель «попадается в мышеловку» книжной уловки, одушевляя буквы собственным воображением, а буквы, в свою очередь, создают «параллельный мир» и даже «лес», в котором блуждают, забыв о своей природе.
Стиль — намеренно архаизированный, с обилием отрицаний («нет», «небытие», «исчезло»), оксюморонов и рефлексив.
АННОТАЦИЯ
к докладу / научной работе
«ОНТОЛОГИЯ и АУРАЛОГИЯ: артикуляционная теория реальности Фарита Барашева»
Россия, г. Наро-Фоминск, 30.10.2025 г.
Общая характеристика работы
Данная работа впервые в истории мировой философии представляет системное изложение неакадемической артикуляционной теории российского мыслителя Фарита Барашева. В центре внимания — радикальный онтологический переворот: отказ от классической парадигмы Бытия как первичной данности и обоснование примата Небытия как неартикулированного, до-символического континуума.
Цель исследования — разработка и обоснование концепции артикуляционного конструирования реальности, в рамках которой язык (внутренняя артикуляционная система) выступает не средством описания мира, а единственной творящей силой, порождающей «тварное» Бытие из безобразного Небытия.
Книга «Kостер» о первой школьной любви, которая разожглась в будущем авторе и положила начало его творческой деятельности. Рассказ заставит читателя смеяться, радоваться и плакать, оставит незабываемое впечатление.
В основе сюжета — напряжённый философский диалог, в котором сталкиваются язык, реальность и человеческое восприятие. Автор исследует, как одно слово (или аббревиатура) способно породить цепь неожиданных смыслов, разрушить привычную логику и привести к метафорическому «потопу» — смысловому и экзистенциальному. Через парадоксальную беседу персонажей Барашев поднимает вопросы о границах языка, силе названий и хрупкости нашего понимания мира. Рассказ выполнен в жанре лингвистической притчи, где каждый реплика оборачивается новой загадкой.