Цикл «Постсоветский»

Нуарный роман / Психологический триллер / Киберпанк без неона (постсоветский) / Читать не просто, много деталей.

ПОКА-ЧТО ИМЕЕМ СИНДРОМ «ТЯЖЕЛОГО ВХОДА».

ЛитРПГ с 33гл.

UPD 07.03.26: Первый том закончен, начинаем редактуру.

Три трубы ТЭЦ коптили небо города, где время застыло в ржавом ожидании. Андрей — обычный человек, зажатый между ипотекой, угасающей семьей и ненавистной работой. Он мечтает о побеге, но не знает, куда бежать. Ден — гений с поврежденной психикой, видящий мир как код, а людей — как переменные в уравнении. Он предлагает Андрею выход. Один звонок. Одно ограбление. Семь минут славы в роли призрака.

Но взлом ломбарда «Алмаз» становится лишь первым ходом в войне против системы, пережившей распад страны. За фасадом элитной ювилирки скрывается отмывочная машина для тех, кого не трогают. А за спиной хозяев — тени прошлого. Проект «Тихий Резонанс» не закрыт. Люди с аномальным восприятием реальности — не ошибка природы, а оружие. И кто-то хочет вернуть его в строй.

Лейтенант Шпагин сидит в подвале. Сортирует вещдоки, заполняет бумаги, смотрит в окно на три трубы ТЭЦ. Шестнадцать лет назад его списали сюда за то, что видел слишком много. За то, что замечал детали, которых не должно было быть. За то, что был «не от мира сего».

Мир — серая вата. Тишина. До тех пор, пока где-то в НИИ «Сатурн-2» не происходит то, что взламывает его мозг навсегда. Поток врывается в сознание — ядовитый, всепроникающий, невыносимый. Шпагин слышит, как дышат лампы. Видит траектории пыли. Чувствует запах смерти за километр.

Спастись можно только одним способом. На складе есть «Реза» — дизайнерский наркотик из забытого дела, который не глушит шум, а превращает его в музыку. Эйфория. Тишина. Покой. Цена — остатки человеческого.

Когда доза кончается, начинается ад. Ломка, галлюцинации, суды с самим собой — Светлым Юношей, которым он мог стать, и Ржавым Лохом, которым он стал. А за окном дымят три трубы. Дышат. Ждут.

Перед вами — рассекреченный архив НИИ «Сатурн-2», датированный 2004 годом. Гриф: «Совершенно секретно. Особой важности. Хранить вечно».

Внутри — сухие протоколы, аналитические записки, черновики и личные наблюдения людей в погонах, которые тридцать лет пытались оседлать то, что не поддаётся контролю. Феномен, обозначенный как ИПСУ (Поток). Люди с индексом ОНХ. Способности, которые система классифицировала, ранжировала и пыталась использовать в интересах обороны.

Это не бессмысленный вымысел. Это рабочий материал. Бумаги с ржавыми скрепками, машинописные строчки, вымараные даты и заклеенные абзацы. В них — истории детей, ставших объектами, учёных, сошедших с ума от собственных открытий, и чиновников, подписывавших приговоры с идеальным почерком.

Здесь нет имён. Только должности, индексы и холодный язык бюрократии. Но за каждой строкой — сломанная жизнь и вопрос, на который система так и не нашла ответа: можно ли управлять тем, что делает человека человеком?

«Постсоветский. Громов» — роман-предыстория ледяного майора из нуар-триллера «Постсоветский».

Черновик

Василий Громов хоронит последнего родного человека — бабушку. Один. Молча. Без почестей.

В тот же день ему подкидывают дело: труп мальчика из детдома со следами жестоких медицинских экспериментов. Кто-то ставил на детях опыты. Кто-то прикрывает это документами. Кто-то уже заметает следы.

Расследование ведёт Громова в НИИ «Сатурн-2», к людям в штатском с пустыми глазами и к майору Волохину, который предлагает сделку: забудь — и живи спокойно.

Но за плечами Громова — Вологда. Штурм школы. Дети, которых он не успел вынести. Приказ отступить. И лицо мальчика в майке с Зайцем из «яну, погоди!», которое приходит по ночам.

Он больше не отступит.

Сможет ли один человек противостоять системе, которая пожирает детей и называет это «эволюцией»? И что останется от него самого, если он выиграет этот бой?

Жесткий, ржавый нуар о цене принципов, одиночестве и ударе, который летел тридцать лет.

Полковник Мерков — образцовый семьянин и борец с коррупцией. По крайней мере, так считают его жена и дочь. Правда в том, что он руководит секретным НИИ «Сатурн-2», где дети с "необычными" способностями проходят нумерацию вместо имени. К-11, он же Кирилл, — идеальный объект: послушный, стабильный, с рекордными показателями ЭЭГ.

Но прошлое не списывают в архив. Объект 17, старый "знакомый" Меркова — Ден, вдруг «активизировался». Тот самый вундеркинд из 1978-го, который решал задачи без усилий, пока Слава (ныне полковник Мерков) обливался потом. Теперь Ден — угроза системе. Или шанс.

Мерков готовит Кирилла к синхронизации с объектом 17. Два поколения подопытных встретятся.

А ночью, заперев дверь, полковник достает альбом с марками, где наклеены котята из Болгарии и ГДР. Об этом не знает никто. Даже Елена Сергеевна, которая шлёт приказы.

В доме с тремя туями Вика мечется между раненым Андреем и пленницей в подвале. Одиннадцатилетний Кирилл проснулся другим. Внутри него живут двое — Саня, погибший в лесу, и девочка Д-4, которых он сам убил своей эманацией. Они шепчут, тянут, занимают место.

Его мозг перевёл Поток в интерфейс. Теперь он видит нити вероятностей, чувствует ложь, может толкать реальность. Способности из архивов «Тихого резонанса» стали его зрением. Но каждое использование стирает кусок личности.

Громов зализывает раны и ждёт часа, чтобы стереть Сатурн-2 с лица земли. Ден в изоляторе КГБ пытается нащупать связь с мальчиком. Королева в подвале трёт скотч о бетонный угол — скоро она выйдет.

Второй том — хроника превращения ребёнка в оружие. Без надежды, без права на ошибку. Там, где пахнет ржавчиной и страхом.