Найдено 48 книг
Что, если способности из Наруто достанутся не подросткам с великой судьбой, а обычным мужикам за тридцать? Как они распорядятся этой силой, когда на носу зомби-апокалипсис?
Вчера у тебя была работа, квартира в Москве и друг-зануда. Сегодня у тебя шаринган, орды заражённых и целая толпа, которую надо тащить на себе. Никакой романтики. Никаких великих целей. Ну разве что чуть-чуть.
Я очнулся клишированно — рывком, словно кто-то дернул за невидимую нить, привязанную к сердцу. Тело нестерпимо зудело, будто под кожей копошились тысячи муравьев. Подо мной кололась жесткая, выжженная солнцем трава. В горячем воздухе пахло пылью и горькой полынью.
Но не зуд и не жара были самым странным. Память была чистым листом, на котором не осталось ни единой буквы. Как я здесь очутился? Кто я вообще такой?
В прошлой жизни он умер слишком рано. В этой ему достался второй шанс, который длился девятнадцать лет. Мир казался обычным, Токио жил своей жизнью, технологии развивались, люди строили планы, пока однажды всё не рухнуло. Апокалипсис пришёл внезапно, улицы заполнили фэнтезийные чудовища, человечество оказалось на грани вымирания, а герой оказался заперт в собственной квартире, отрезанный от мира непроницаемым барьером. Ему досталась Система, странная и ограниченная, больше похожая на издевательство, чем на благословение. Без воды, без еды, с парализованной ногой и безопасной клеткой вместо убежища он стоит перед выбором смириться и медленно исчезнуть или попытаться вырваться в разрушенный Токио, где за каждым углом ждёт смерть. Это история о втором шансе, который легко потерять, и о человеке, который всё ещё пытается выжить несмотря ни на что.
Смерть под колёсами автобуса — какой нелепый финал. Но вторая жизнь в теле наследника клана Оцука — не подарок, а приговор. Мой род платит за столетия жизни черепашьим развитием: здесь в десять лет только просыпается чакра, а слабость — синоним смерти. Чтобы выжить в мире, по соседству с такими великими кланами как Сенджу и Учиха, мне придётся стать, тем кого боятся и уважают. А там ещё скоро Боги Шиноби родятся. А, я не сказал? Я же попал в самый "лучший" временной промежуток — Войны кланов, и хрен пойми когда они закончатся. Ну а пока, придется усиленно прокачиваться, пытаясь убрать свои недостатки. Ведь настоящая охота начинается, не тогда, когда тебя объявляют своим кровным врагом, а когда о твоём потенциале узнают.
Шигараки Томура уже сделал первые шаги в новом мире ниндзя, однако это принесло ему лишь боль. Несмотря на боль и страдания, он продолжает идти вперед, желая не только изучить самого себя, но и познать свою душу.
Все, к чему я стремился — это грохот рушащегося мира. Моим финалом должен был стать всепоглощающий холод небытия. Но вместо забвения я открыл глаза.
Чужое тело, чужие воспоминания, чужая мать, тянущая меня за руку от катастрофы. Я потерял свою силу и оказался в мире, где свои герои и свои катастрофы. Что же мне делать теперь, великому злодею, получившему незаслуженный шанс? Разрушать? Или... наконец, попробовать жить?
Создано с помощью нейросети
Иногда судьба не даёт второй шанс — она даёт другое имя.
Ребёнок из угасающего клана Конохи получает наследие, которое не должно было быть найдено в этом мире. Он растёт среди шиноби, принимая их путь, их законы и их боль, оставаясь чуть более внимательным, чем положено.
То, что веками молчало, наконец открыло глаза — но не спешит менять историю.
Пока.
У каждой ошибки есть эхо. Но я помню, кому обязан тишиной в своем сердце — своим близким и себе. В этом мире нет сокровища ценнее, чем ясный разум и спокойная совесть. А еще я понял: когда внутри тишина, снаружи уже не хочется быть слишком серьёзным. Почему все вокруг забывают об этом?
Финальная схватка. Удар, достойный богов - и оба воина падают замертво, окрашивая руины собственной кровью.
Наруто приходит в себя разбитым: регенерация не работает, внутри всё горит, а спасительная чакра иссякает. Он проживает последние минуты, глядя на тёмное небо. Смерть приходит тихо, как и последний рык блохастого сожителя.
Но вместо небытия - тусклый свет из заляпанного окна, старая кровать, скрипучий пол и знакомый до боли запах одиночества. Он видит свои крошечные ладони и понимает: прошлое стало настоящим. Юный Наруто Узумаки только что получил шанс, который не дают никому. Как он им распорядится? Как изменит грядущие трагедии, помня о каждом боевом шраме будущего? Это путешествие только начинается, и мы не пропустим ни одного его шага.
Просто какаши, что частично вспоминает свою прошлую жизнь, и это придает ему мотивации.
Во время финального сражения, Наруто и Саске получили смертельное ранение. Вот вроде бы и конец истории Узумаки, да не тут то было. Сначала непонятное пространство, где в качестве Луны выступают огромные карманные часы, потом появилась его точная копия и сразилась с ним. Победа! Но что дальше? А дальше возвращение в прошлое, в те времена, когда ему было 8 лет. А совсем скоро и клан Учиха должен быть уничтожен...
Попаданец. Наруто. Система.
Банально? А вот хрен там плавал.
Нынче Сора, в девичестве Степан, живу в храме огня, троллю монахов и пытаюсь не сдохнуть. Система под боком, правда, с характером: матерится, выдаёт титулы за идиотские поступки и любит подкидывать сюрпризы. А ещё здесь есть Фуку (бьёт больно), Чирику (череп столь крепкий, что невозможно мозги выедать) и куча способов влипнуть в приключения.
Самоирония, система, да приключения на многострадальную жопу — весь мой паспорт. Хочешь посмотреть, что из этого выйдет? Добро пожаловать.
«Выживание — это не подвиг. Это искусство быть никем».
В Деревне Кровавого Тумана дети не становятся ниндзя — их ломают и собирают заново как оружие. Хошигаки Кай, брат-изгой печально известного Кисаме, не хочет ни славы, ни силы. Он хочет лишь одного: чтобы его не заметили. Его оружие — не кунай, а старая сковородка. Его дзюцу — не огонь и молния, а язвительность и притворная трусость. Его единственный союзник — такой же выброшенный системой старик, для которого слово «надежда» — пустой звук.
Это история не о том, как стать сильнее всех. Это история о том, как остаться собой в мире, где личность — слабость, а сострадание — приговор.
Попаданец в Наваки Сенджу в момент его гибели.