Мэйнстрим
О подборке
Без системы.
Почти без бояр.
Почти без инопланетян.
Наемники в поисках денег, бизнесмены в поисках артефактов Предтеч, разведчики в поисках Страшной Правды, и все это на фоне жестокой галактики, в которой вот-вот может начаться большая корпоративная война.
Молодой архимаг не спит ночами, ища способ остановить угасание магии и страдая от вины за смертельные опыты над детьми.
Двум следопытам из деревушки на краю света плевать на судьбы мира. Их руки по локоть в грязи и крови, они не годятся в герои баллад. Бродить по безумным ущельям накануне зимы? Только за очень большие деньги.
Но Луну – Матерь Магии и Дорог – не заботят ни баллады, ни благородные цели. Она уже знает, чьим рукам предстоит загрести весь жар.
Останься человеком - и неважно, с карабином в руках или с котомкой бродячего торговца за плечами. У стола, уставленного склянками с таинственными эликсирами - или в лаборатории за микроскопом.
Потому что обязательно найдутся те, кто постараются сделать из тебя монстра, мутанта, хуже гигантского паука или саблезубой твари, попробовавшей человечины. Но ведь будут и другие - те, кто откроют дверь и накормят ужином, не спросив денег; те, кто перевяжет раны, полученные в схватке с лесными тварями и людьми, ставшими хуже любых тварей. А когда понадобится помощь - встанут и пойдут за тобой.
Главное, помни - ЛЕСА ХВАТИТ НА ВСЕХ.
Московский Лес в произведениях других авторов:
https://author.today/work/52776
Отчего-то многие полагают, что у моих коллег по цеху чёрствое сердце. Они, мол, не способны сопереживать чужому горю, да и сами скупы на эмоции. Профессиональная деформация личности, как у хирургов или палачей. Бездушные твари, холодные, словно рыбы. Это заблуждение. Под суровой покрытой шрамами оболочкой таится нежная податливая мякоть, которую легко ранить неосторожным словом, косым взглядом, неуместным покашливанием, плохими манерами, смрадным дыханием или просто смурным ебалом, маячащим пред светлыми очами этих замечательных людей с тонкой душевной организацией. Они отнюдь не затворники, как принято думать, и легко идут на контакт, стоит задеть нужные струны внутри. И, будьте уверены, ваше горе, ваша боль, ваши слёзы обязательно вызовут их по-детски искренний эмоциональный отклик. А всё потому, что они любят жизнь и знают ей цену. Меня зовут – Коллекционер, я – охотник за головами, и это – моя история.
Хорошо быть попаданцем к Сталину - башенка, патрон, песни...
Хорошо быть попаданцем к Николаю - заводы, разведка, песни...
Даже к Грозному ничего так - пушки, опричнина, Урал...
А каково тем, кто загремел в начало XV века?
Кругом враги. До Урала не добраться. Заводов, пушек и патронов нет. Пломбира уж точно нет. Да что там - даже картошки с помидорами нет! Людей - кот наплакал. И песни совсем другие.
И тем не менее...
Достойно проработанные исторические детали - если бы не современная легкость слога, текст бы смотрелся историческим романом "старой школы".
Хорошо быть Чёрным Владыкой! Личный замок, с башенками и подъемным мостом, черная бархатная мантия, слуги-скелеты, воинство орков, письма приносят ручные нетопыри. Красота!
Мне титул Владыки достался в наследство. Вот только фамильный замок разрушен светлыми героями, из всей родни в “живых” только прадедушка-мумия, почтовые нетопыри разлетелись, а бывшие вассалы объявили независимость.
Ерунда! Первым делом, надо приручить одичавшую казну, завести домашнего монстра и уговорить призрачного библиотекаря выдать книгу по магии. А там и светлым героям не поздоровится. Будет весело!
Автор обложки Дарья Левчук - https://vk.com/herbstr
Как он сумеет повлиять на историю и сумеет ли вообще?
Неспешное повествование, тщательно прописанные реалии эпохи, небыстрое изменение истории... Это не привычная альтернативка, в которой попаданец к сотой странице уже начинает поворачивать историю на новый магистральный путь, "Внук Петра Великого" ближе к традиционному историческому роману.
Внутри самой республики два непримиримых лидера борются за политическое влияние, по-разному представляя благо для страны. Один свято верит в мировое господство Орбина, презирает варваров, не считая их достойными внимания врагами. Другой, напротив, видит угрозу поражения. Его доктрина: лучше уступить часть, чем потерять все.
Дети лидеров соперничают, дружат и влюбляются. Политика для них — лишь скучная игра для взрослых, пока не приводит к личным трагедиям.
Работа ювелира — рисковать.
Увы, не каждый раз удача улыбается смелым. Иногда исполнить заказ гораздо сложнее, чем полагаешь. Иногда можно оказаться всего лишь пешкой в чьей-то большой игре, цели которой не сразу понятны. Иногда бывает по-настоящему страшно... нет, не умереть — потерять себя.
...Так что же, сапфиры? Классические васильково-синие или редкого цвета закатного солнца? Хрупкие зелёные изумруды или же яркие, насыщенные рубины оттенка «голубиная кровь»? А может, и вовсе — баснословно дорогие цветные алмазы?
Каков будет твой новый заказ?
**********
Небольшой (в этот раз реально небольшой!) глоссарий к циклу: https://author.today/work/118149
8-м книг! Законченный цикл!
Попаданец, который решил, что не хочет быть щепкой при рубке леса! А ещё... ему нечего терять. В буквальном смысле.
В ближайшей перспективе - смерть от голода по весне, чуть позже - быть забитым пьяным сапожником. Такое себе... особенно если ты совсем ещё мальчишка!
Москва, Хитровка и "Иваны", жизнь "дикарём" на природе и Воспитательный дом, который зовут в народе "Вошьпитательным" и где смертность выше, чем в холерном бараке!
А потом Одесса, первая и единственная Любовь, аферы, приключения и контрабанда, политика...
... и Палестина, а потом и Африка!
Война, приключения и просто жизнь - на полную, на всю катушку!
Космоопера. Корпорации, космические корабли, пираты, битвы и лихие абордажи. Конец четвертого тысячелетия. ГГ - клон, создан для выполнения определенной задачи, будет немножко мерзавистым. Романтическая линия, кому интересно, будет. Возможно что и не одна. А вот гарем, скорее нет, чем да.
Летос — мрачная земля на окраине искалеченного мира, где ночь приносит беду, а мертвые охотятся на живых. Именно в этом герцогстве сходятся пути героев, которые должны оживить мифы и легенды. Чтобы вспомнить прошлое. Или забыть его навсегда.
"Главный герой умеет "оживлять" рисунки, будь то предметы, живые существа или даже события. Во время эксперимента по определению возможностей и пределов своего Дара, он попадает в прошлое, кровавое лето 41-го, прихватив с собой всего пару вещей из своего времени: почти разряженную гаусс-винтовку и высокотехнологичную нано-броню."
    Форгерия – это мир, дающий второй шанс каждому. Не важно, насколько достойные или подлые поступки вы совершали! Не имеет значения, как много вы допустили ошибок! Если вашей душе повезло попасть в Форгерию, никто и никогда не сможет узнать, кем вы были прежде!
    Если вы сами об этом, конечно же, не расскажете.
    Начните новую жизнь с нуля! С первого крика! С первого молочного зуба! С первого успеха и с первых новых ошибок!
    Слава Форгерии! Слава Смерти! Слава Послесмертию!
    Viva la Progeriya! Viva la Morte! Viva la Post Mortem!
О мире, куда ему придется отправиться, практически ничего неизвестно. Нет ни карт, ни результатов исследований. Ничего, кроме примерного описания эпохи. Век пароходов, время освоения новых земель и всемирных открытий. Земли, на которых царят суровые законы фронтира — шаткое равновесие между порядком и анархией. Золотые прииски, войны скотоводов и таинственная организация, которая охотится за людьми и артефактами из других миров...
Космос, немножко детектива, капелька триллера, смешать не взбалтывая, вылить в форму приключения.
Лет тридцать назад это был бы стопроцентный мэйнстрим. Почти твердая НФ, трудовые будни космических шахтеров, интриги корпоратов, форс-мажорные ситуации и их преодоление.
По нынешним временам - в чем-то даже свежо. Так пишут редко...
Звездные империи и республики, корпорации, контролирующие больше планет, чем иные государства, полулегальные и откровенно нелегальные структуры, киборги и искины, космические линкоры и космодесантники, наемники и авантюристы, и все это бегает, летает и стреляет друг в друга, сражаясь за главный приз - корабль Предтеч. Написана книга в фирменном стиле Мусанифа с изрядной долей сарказма и цинизма.