Радио Сарафан. Ураган FM

Ник Вернер, цитата:

Травы на лугу пожухли — соломой трещат, грозятся: вот ужо полыхнем — потрещим вам пожарами!

Нет ответа. Ни угрозы, ни мольбы не в силе — падают пеплом на землю. Лишь кузнечики, от жара чумные, громче стрекочут.

Знать, обидели люди Перуна. Знать, принес Кто-то ложную клятву, да за грозового князя упрятался — дескать, тот мне порука. Сгневался Перун, увел дождевую свою рать. Горько людям. Да не столько от жара-зноя, сколько от стыда-сорома: клясться ложно — и подумать-то нельзя, a вот, гляди-ка — выискался выродок.

Ник Вернер, отзыв:

О неравнодушии к чужим людям, о душевном тепле и материнской заботе.

Рецензия К. Фэлкона:

Жил да был себе дедок,

Урожай садил он впрок,

А потом гонял по венам,

Чем брал князя на измену,

Репьячок.

Сказ в стихах столь героичен,

А Мышара столь эпичен,

Что за ним следить отрадно,

Занимательно и славно.

Не в упрёк

Прошёл автор по страницам,

Прошерстил все небылицы

И собрал из русских сказок,

Всех героев в новый вязок

Из дровей.

Там бухают и спасают,

И гуляют, и мечтают,

И в неволе не скучают,

И порой где-то теряют

Богат-рей.

Коль желаете смеяться

И мозгой не напрягаться

Приглашаю на страницы

Новой Калимер-былицы!

Там друзей

Можно в хлебе разглядеть,

Песни громко ветру петь

И летать с третьего разу,

И не получить всё сразу.

Ну? Скорей!

Ник Вернер, цитата:

Ветеринар молча кивнул и подошёл к небольшому столику, где оставил завёрнутый с собой обед, макароны с сосисками. Из-за постоянных приступов тошноты, он почти не наедался, находясь на грани полного истощения.

Съев пару ложек, доктор надел медицинскую маску и перчатки, и открыл коробку.

– Господи, – произнёс Афанасий, доставая изъеденного блохами котёнка. Пушистику было, от силы, пару месяцев, и он едва стоял на одних передних лапах, протяжно попискивая.

Невооружённым глазом было видно, как по нему скачут тысячи паразитов. Но это было ещё полбеды.

– Его глаза, – прикусила губу Рая. – Мне кажется, их уже не спасти.

– Их попросту нет, – подтвердил Афанасий. – Но кот может и без них жить. Вот за остальное тело – да – придётся побороться.

Ник Вернер, цитата:

Мой дядя правил самых честных,

нечестных — резал ни за грош,

бежал сравнений неуместных,

и в разных тропах был хорош.

Мой дядя правил лучших самых,

когда не в шутку занемог,

ещё лет пять читал без замов,

а в корректуре был как бог.

Его пример — другим наука,

и даже выйдя на покой,

он редактировал для внуков

одною левою рукой.

Ник Вернер, цитата:

Анна смотрит в окошко, а там весна, торжественно-черные или уже зеленеющие поля, леса, перелески. А также плоды хозяйствования человека: И вдруг стала она знаки какие-то замечать на разных объектах, что мелькали ближе к станциям. Стала ловить их жадно, как в детской игре в слова.

Ник Вернер, отзыв:

Волшебный сборник поэзии: мелодия слов в объятьях живых цветов!

Ник Вернер, отзыв:

Огненные осенние стихотворения и иллюстрации с нотками зимнего мороза.

Ник Вернер, цитата:

Слева лёд и колко: там Зима-старуха

Не желает сдаться, уступить Весне.

Мороки и страхи. Тень и слабость духа

У неё на службе, у неё в суме.

Справа припекает. Там танцует свежесть,

И Весна грохочет, прорываясь в мир.

Сквозь ветра и холод проступает нежность,

Очень робкой трелью в коробки́ квартир.

Небо расцветает: в нем свобода, птицы.

И потоки жадно уж разносят весть:

Убирайся холод. Дай надеждам сбыться,

Уступи же место, трон, корону, честь.

Ник Вернер, цитата:

Как поучал европейский мыслитель позапрошлого века: несущественно, сколько точек зрения разрешено официально, — тот, кто мыслит самостоятельно, всё равно ни в одну из них до конца не впишется.

Ник Вернер, отзыв:

О маленькой девочке, коротая берегла наследие своего отца у самого сердца.

Ник Вернер, отзыв:

И у людей с нежными руками бывает стальная воля.

Ник Вернер, отзыв:

Мужик решил, мужик сделал.

Ник Вернер, цитата:

В Аклайне никто не знал моря. Не видел закатов за горизонтом, не чувствовал соленого бриза и не любовался резвящейся на гребнях волн пеной. Этот мир делился на две части: людские города под магическими куполами и опасную воду над головой.

Люди, родившиеся и выросшие в мире Аклайн, обладали бледной кожей и чувствительным зрением, привыкшим к приглушённому свету от купола. Тем, кто прибывал сюда из других миров, непросто было приспособиться к этому голубоватому свечению и разбегающимся отблескам, от которых частенько кружилась голова.

Эйден родился здесь, провёл детство, но так и не смог почувствовать себя как дома. Сколько себя помнил, он всегда тянулся к воде – тёмная могучая глубина влекла, манила в свои объятья, на самое дно…

Ник Вернер, цитата:

Ант бежал по горизонтальной штольне, грузно перепрыгивая через каменные глыбы, устилавшие пол. Шахта стремительно разрушалась. От сильной вибрации, вызванной падением метеоритов, по потолку и стенам штольни пошли трещины, куски породы откалывались, перегораживая подземный коридор. Нормальная ситуация для Калипсо, если не брать во внимание: в шахте находились люди!

В скафандре бежать непросто даже для натренированного человека. Костюм весит немало, a гравитация на двадцать процентов выше земной. Увесистый камень угодил в голову Анта, шлем выдержал, однако сержант потерял равновесие, споткнулся и неуклюже растянулся на полу штольни. Его начало засыпать. Ант, отработанным до автоматизма движением, отжался, оттолкнувшись от пола, и вновь вскочил на ноги. Рефлексы опережали мысли, и бывший солдат действовал не задумываясь: в бою мгновенное промедление запросто может стоить жизни.

Ник Вернер, отзыв:

Об одиночестве, старости и несбывшихся ожиданиях.

Ник Вернер, цитата:

Осенние дорожки

В лесу гостей встречают.

Встревожившись немножко,

Вершинами качают

Берёзы и осины,

Листву свою роняя.

Любуемся картиной,

И по лесу гуляем.

Ник Вернер, цитата:

Бегу, как не бежали кони, сбиваю с толку я погоню,

Спешу, топчу лесные тропы, на шерсти запеклась руда.

Мне лес теперь не дом, ловушка, а в ельнике, как в клетке душно!

Жизнь вместе с кровью утекает, и по пятам летит беда.

Устал ведьмак! Устал я тоже... Подруга, я тебя не брошу!

Не зря с тобой делил я ложе, мечтая завести щенков.

Терпи! Скулить сейчас не время, ты для меня совсем не бремя,

Глотает пасть холодный воздух, и пена падает с клыков.

Ник Вернер, цитата:

Небольшой, кустарно собранный из компонентов разных кораблей челнок с именем «Роза» медленно подплывал к захватам технического гидравлическим дока. Буквы были нарисованы прямо на борту старого грузового контейнера чёрной краской через трафарет. Причём нарисованы были только буквы «О» и «А». Две другие остались от прежнего слова «груз», a лишние были неаккуратно закрашены чем-то бежево-зелёным. Дальше шёл номер, который владелец судна решил вообще оставить. Грузовой челнок так и был зарегистрирован системе под именем «рОзА 001518». Чем дальше от Земли, тем требования к безопасности были ниже. И даже такой «монстр», собранный из контейнера и десантной капсулы с разгонным блоком, здесь имел право на существование. Единственным обязательным условием была табличка на круглом люке кабины: «Ответственный за общую безопасность: Вдовин П. К.»

Ник Вернер, цитата:

В тот вечер они ели пирожки с капустой и запивали тёплым молоком, и Федя думал, что так будет всегда. Потому что мама то, что есть всегда. Как небо, как солнце, как это воздух, которым дышишь и не замечаешь.

Федя тогда не знал, что небо может темнеть. Что солнце уставать и уходить за горизонт. И что воздух однажды становится таким тонким, что им невозможно дышать.

А потом всё изменилось.

Федя не заметил, когда именно. Может, в тот день, когда мама перестала печь пирожки. Или когда она впервые не пошла провожать его в садик, а только помахала рукой из окна. Или когда папа стал говорить тихим, каким-то ватным голосом: «Маме нужно отдыхать, Федь. He шуми, пожалуйста».