Anna Bogodukhova

–Да подарок нашёл. Орехи в меду. Настоящие.
–Потрясающе…– с непередаваемым издевательством отозвался Люцифер.
–Правда! – заверил Азазель, как будто бы Люциферу было важно.
–Не отрава? – продолжал издеваться тот. – Тебе вреда не будет, но побегать с отравлением по нашим лазаретам…

–Ты Бакхус? – спросил он, поднимаясь, наконец, с колен. Даже в полный рост он был ниже меня, но да ладно, я не переломлюсь и голову слегка склонить.
–Аз есмь.

–Что, опять к совести взываешь? – поинтересовался Каин. – Меня уже допрашивали. И те, и другие… всё хотели знать, всё выспрашивали – зачем, мол, да почему я брата своего убил! И знаешь, что я им сказал?
Смерть, в общем-то, знала, читала протоколы, но откровенность Каина ей льстила, и она спросила:
–Что же?
–Я сказал, что захотелось.

–Я вижу, – заверила Оша странным чужим голосом. – Хороший улов. Потянет сразу на половину пайка, или на весь, если ткань хорошая.
–Чего? – улыбка исчезла с лица Лиди. Перед глазами девушки пронёсся ужасный образ: крючковатые жирные пальцы, разбирающие улов, и решающие, сколько дать пакетиков с сероватой засушенной похлёбкой…

–Граф Саллес-Ливен, честный человек, занимается строительством разрушенных домов, поддерживает нашего короля.
–И давно? – Арахна совсем потеряла страх и потому нахальничала. Ей нечего было терять. Некого.
–Это не тот вопрос, который надо задать, – мягко укорил Персиваль.

–Где тебя учили летать? – осведомился Нико, отходя от шока и перемещая свои щупальца на приборную доску, уже замигавшую жёлтыми огоньками в бешенстве от проделанного манёвра.
–На Земле! – я всплеснула руками.
–Не паясничай, – Грей не был настроен на головомойку, – переводи на автоматическое управление, разговор есть.

–Ну здрасьте…– Рафаэль видел явление Левиафана уже столько раз, что страха в нём совсем не осталось. Нельзя бояться того, кого видишь чаще, чем Владыку.

–В серафимы? – ответ Асмодею не понравился, но предположить что-то удачнее он не мог, и кивнул, – хорошо. Так что делать, Люцифер?
На этот раз он обратился напрямую, желая показать, что Азазель ему, конечно, соратник и коллега, но услышать голос Темнейшего всё-таки тоже хочется.
–Как что? – Люцифер изумился, – помогать! Обещали же.

Каюсь, искренне каюсь за то, что пуста, за то, что не замечена тобою, великая сила, за то, что не наделила ты меня ничем – каюсь за это! Прости мне, прости!

Габриэлю стало совсем нехорошо. После такого, как он ясно помнил, обращения, Моисей был вынужден десятки лет скитаться по пустыне; Ной на потеху Месопотамии строить ковчег, а Авраам отправился на гору Мориа… что же ждало Габриэля?

–Да! Величайшее счастье – свобода. Если ты имел шанс коснуться греховности, но ушёл от неё, выбрал чистоту души и нищенство – ты счастлив.

Боже, если ты есть, ты видишь, что я всерьёз опасаюсь за здравомыслие этого человека! Ещё недавно на Станции он был ироничен и собран, а тут предлагает заняться разбоем и угнать корабль Центра, то есть – собственность Правления?!

–Личные качества его мне мало известны. Я знаю, что он тяжёлый человек, но, позвольте, я скажу, чтобы было понятно? Он мне всегда был неприятен, с ним нельзя было чувствовать себя спокойно, но я сомневаюсь, что он из тех людей, что пинает щенят по пути на космодром.

Дай, Луал, ей сил меня проклясть – в ненависти можно жить, в скорби же жить нельзя.

Прости его, как сам учил меня,
Или дай разделить с ним путь.
Или дай ему покой…
За Иуду прошу Тебя,
За его тернистый путь,
За чертог для него неземной.

Вампир, театрально ломая белые навсегда ледяные руки, вещал:
–Нет, я не могу! Я решительно не вынесу этого! Мне так плохо! Сегодня я даже думал о том, чтобы пойти в церковь и броситься в чан со святой водой!

Арахна старалась дышать глубоко, чтобы сдержать тошноту, но каждый вдох отзывался под рёбрами – платье перетянуло ей талию, да и ткань прилегала к телу очень плотно и колола.

–Я только хотел засвидетельствовать вам своё почтение и попросить вас быть тише, – священник смотрел на неё спокойно, без страха, гнева и насмешки.

–Представь себе! Я не боялась лезть в драку с инопланетными тварями и в огонь, но здесь да, боюсь! За отклонение и малейший просчёт меня казнят! А тебя нет.
–Хочешь, чтобы и меня казнили? – уточнил Адриан.

–Тебя куда отправили?
–В Коллегию Палачей.
–Фи…– Магда скривилась. – Палачи! Оттираешь кровь и вытаскиваешь трупы?

–Договоримся? Мы же умные.
–С демонами сделки не имею! – обиделся Михаил. – Светлана наша – и точка!
–На сейчас она – своя собственная! – поправил Астарот. – Мы оба интеллигенты. Ну неужели не найдём решения?

–Подождите! – Михаил, который ещё четверть часа назад сам посмеивался над Сельдфигейзером, внезапно обиделся за него, – разве важен мотив добродетели? Он ведёт к благу, а значит – допускается. Демон, желающий искупления…

–Ваше величество, – это подал голос уже генерал Септий, человек осторожный, но решительный, – если вы позволите, то я возглавлю охоту на мятежника. И уже через два-три дня его голова будет у ваших ног!

Три Коллегии задуманы как непоколебимая власть, как истинные служители порядка, но здесь ключевой момент именно в том, что они такими лишь задуманы.
Но служат в них люди, а люди не бывают совершенны

Наивность губит людей, наивность травит души приходящим разочарованием, но даже если твоя душа обитает не первую сотню лет в подземном мире, это не означает, что ты избавился от наивности.

–Совести у вас нет! – леди Эстер подняла выцветающие от прожитых лет глаза на Некроманта.
–Согласен, – кивнул Некромант.

Она протянула Регару свои руки. Он взглянул на них с жалостью – тонкие, изящные запястья, и по воле Регара они будут стёрты тяжёлым трудом палача, и тонкие пальцы загрубеют. Ах, Арахна! Куда же ты лезешь…

Человек простой или поверхностный думает, что профессии проще просто не может быть. Что сложного? Убивать! Но проблема в том, что нужно не убивать, а карать. А это значит, что нужно делать всё быстро, аккуратно и как можно милосерднее, потому что преступник уже наказан смертью, к чему издеваться над ним?! К тому же, палачи бесстрастны. Они не дознают, они не судят, они лишь выполняют приговоры, но страх делает их хуже всех на свете.

–Я думаю, у меня есть сила. – Мадам Дешель мгновенно стала нервной. Она смотрела на Вильгельма со страхом и вызовом одновременно. – Я предвидела смерть мужа.

–так вы меня не убьёте? – пискнула я, всё ещё чувствуя, что дрожь из моего тела не ушла.
–Только если вы плохой стоматолог! – улыбнулся вампир