Дмитрий (D.i.Ms) Жаров

И выпадет снегом белым на чёрные локоны Днём первым, когда забудешь стены своего кокона. И крылья подсохнут от блевоты прошлого, А ты будешь новой. Будешь снова хорошая. Будешь вновь любимой, счастливой, свободной. И никто не посмеет назвать тебя больше уродом. Только вот став мотыльком, не забудь цикл непреложного: Как была ты червём, так опарышами и будешь сожрана!

Пожалуй это сильнейшее из моих трудов в поэзии. Изначально был написан "Сонет #8" как один сонет (он последний, к слову). "Но где же остальные семь?" – Спросил меня тот, кому они были адресованы. Итогом.. Сонет #1 Conventus Надышаться бы допьяна лугом осенним и в простынь Завернуть на манер обряжанья постылые кости, Память вычернить сажей, в наплечный мешок, да и в воду! Ну а там хоть трава не расти, хоть потоп в подбородок. Шаг чеканкой расхлябанной, словно б под третьею пинтой, Но...

Безропотно разбит, словно бы наст под ботинком случайного школьника и вспорот ручьём февральский палас. Это для тебя весна ранами, Оленька. Обернётся Луна стороной тыльной и спины морей выгнутся досуха к дну. Суть сомкнётся зрачком в точку одну и не к месту уже враньё книг пыльных. Развернётся бумажный кораблик в тетрадный лист из школьного ранца, с помарками. И посевы надежд побьёт пуха градом горькой правды пустыми подарками. Утром первый подснежник тебе поклонится, словно бы перед...

Привет. Простите, что вот так, бесцеремонно. Мы не знакомы. Нет. Ну, если только шапочно и чуточку балконно. Я польщена. Насколько вы изящны, пестуя свою слепую гордость! И вы одна. Вы одиноки, словно осушённого бокала полость. Как миг на всполох междометья, Ни к месту и не в такт, Теряем, что взыскуется столетья С лёгкой руки – вот так! Мне жаль. Мне жаль вас ровно столько, Насколько можно прикоснуться к ветру. Спираль Событий вашего бездейства развернулась в ленту. ...

Это чисто весенний набросок. В трамвае накинул Так.. просто Ты ведь и есть тот отросток Который не сгинул От скоса Творец лепил компаньона Но вылепил Бога Случайно И судьбы ломать фривольно Наказывал строго Печально Что ты не владеешь крылами Летела бы нахуй Отсюда А теперь тебе верною ланью Не чувствуя страха Ублюдок Ты как брошенный храм средь болота Разбитый и святый Раскрéщенный И спиной ощущая Эдема ворота Вразрез всем проклятьям ты — Настоящая женщина