Лариса Ритта

Всё ли так просто в наших земных обычных встречах людей? Почему существует синдром "узнавания", когда люди, впервые встретившиеся, воспринимают друг друга, как давних знакомые? Откуда берутся схемы отношений между людьми? Почему мы встречаем именно этих людей? Какая тайна соединяет людей в пары именно так, а не иначе? Меня эти вопросы доставали ещё со школьного возраста, поэтому одна из тем моего цикла "Рип каррент: возвратное течение"- механизмы, которые заставляют людей встретиться. ...

Иногда читатели - особенно те, кто хорошо знают Крым - спрашивают: а где всё происходит? Города, в котором происходит действие "Эликсира" и "Зурбагана", на карте нет. Это просто обобщённый образ типичного курортного места Крыма. Да, в сюжете то и дело упоминаются реальные Симферополь, Севастополь, Ялта, Керчь - но это обрамление. Сам город вымышлен - как вымышлены Гриновские города. Только в отличие от Гриновских, он не назван и не будет назван никогда. Города нет, а люди в нём живут...

Да, вот так вот вышло - 12 апреля, в День космонавтики. И я ничего не могла сделать - выпало на эту дату. Очень не люблю совмещать ДР героев с календарными праздниками, но тут по сюжету выходил хронологически только один день - 12 апреля. И без ДР нельзя было обойтись: этому дню у меня посвящено не то две, не то три главы. И говорится об этом дне не раз. И я решила - ладно, бывают же по жизни совпадения. Тем более звучит красиво: апрель - само себе фонетически красивое слово, а 12 - одно из...

Главный герой – это автору такая головная боль. Должен бы ярким быть – чтобы жалко расставаться. Чтобы читатели рыдали не только, не дай бог, при кончине, но и вообще при закрывании последней страницы. Потому что страх как влюбились, потому что душка, милашка, цыпка. И тут кроется главная засада: яркость героя грозит стать назойливой и выйдет такое себе "ой-фу, моветон и колхоз". Вот и ломай голову. Грамотные авторы эту штуку знают. Не должен быть главный герой ярко-колоритным. Иначе у...

- Кто-то как-то мне сказал по поводу названия: ну, оно, конечно, неудачное, но для тех, кто знает, что такое Лисс и Зурбаган, наверное, будет интересно )) Так что, дорогие читатели, вы все теперь делитесь на тех, кто знает, что такое Зурбаган и тех, кто не знает )) А лично я вынуждена сделать признание в плагиате. Название украдено. У меня вообще за мою писательскую жизнь два сознательно украденных образных оборота. Про один я не сознаюсь - он, кстати, здесь, в этом романе фигурирует,...

Рип каррент, разрывное течение, отбойная волна - тягун, как его называют на Чёрном море – это быстрина, которая направляется от берега в открытое море или океан. Человек, попавший в такой поток и не умеющий себя вести в нём, рискует жизнью. Главный герой однажды ночью попадает в такое обратное течение, переживает моменты прощания с жизнью, но ему удаётся выплыть и вернуться. Одновременно это становится для него точкой пересмотра своих взглядов и душевного возмужания. Этот эпизод, подробно...

Вообще я не писатель. И никогда не мечтала им быть. Вот такое странное: пишу и сочиняю всю жизнь, а писателем быть не собиралась. Я собиралась быть сначала балериной, потом художницей, потом - модельером, а потом - кинорежиссёром. Писательство для меня было в этой веренице мечт как бы пройденным этапом. Где-то подсознательно я, видимо, считала, что раз я живу в Ясной Поляне, учусь в Яснополянской школе и хожу два раза в день мимо ограды усадьбы великого Толстого, то я уже и так писатель. По...

Один реальный – мир южного побережья Крыма. Этот мир всем понятен и многим знаком. Море, пляжи разного уровня приглядности, длинные мокрые спины волнорезов, солнце, длинные юбки, короткие шорты, много загорелых тел и много ещё не загорелых тел, очереди за зелёным миндалём и толпы людей на набережной. И жар солнца на коже, и вкус моря на губах, и шум моря в ушах. И невероятное, ни с чем не сравнимое чувство свободы. Этот мир сам по себе достоин отдельных страниц – и они там у меня есть, эти...

Музыки в повести много - и заявленной открыто, например "Вероника" Песняров, которую героиня называет "песней, названной моим именем" - и внутренней, которая может всплывать и звучать сама по себе, по мере мелькания сцен, по мере смены чувств. У меня была идея прописать к каждой главе свой саундтрек - поскольку повесть сама по себе очень кинематографичная. В какой-то момент я, помнится, даже села писать сценарий. И первыми моими кадрами - под титры - была драка )) Драка на танцплощадке,...

"Эликсир жизни" заявлен у меня, как история любви с первого взгляда. Мне этот феномен был всегда остро интересен, поскольку я сама переживала его несколько раз. И всегда было странным это невероятное ощущение - сродни открытию. Такое чувство можно, наверное, испытать, если вдруг встретишь в жизни предмет из своего сна. Допустим, приснился какой-то золотой кубок. Ты просыпаешься, идёшь в магазин - и вот он, золотой кубок из твоего сна, выпрыгнул и встал на полке перед тобой. Ты его узнаёшь и...

"С переднего сиденья поднялся, опираясь на трость, высокий худощавый человек в пёстрой рубашке и ослепительно белых брюках. Он повернулся к усадьбе, размашисто перекрестился и склонился так низко, что едва не коснулся ступеней аристократическим лбом". Так появляется у своего родного гнезда французский потомок семьи Бобрищевых, приехавший на фестиваль искусств. Нет, он приехал вовсе не для того, чтобы отграбастать имение или претендовать на какую-то его часть. И даже не для того, чтобы...

Внучка директора музея Дольского, студентка местного гуманитарного университета, будущий искусствовед. Появляется вместе с дедом буквально на первой странице произведения, хотя роман вовсе не о ней. Но, если бы ей об этом сказали, она бы возмутилась. "Двери раскрылись — и прекрасная восемнадцатилетняя Дарья Васильевна, в широкой тунике с крыльями, пряменькая, как струнка, внеслась в зал с телефоном, прижатым к румяной щеке." Она недаром появляется в распахнутых дверях - перед ней...

Визуализация в муках рождённых наших персонажей - самое захватывающее и самое трудное. Куча времени уходит, чтобы на просторах всемирной паутины среди сотен лиц обнаружить одно, напоминающее родного героя. Или два? Или даже три? И каждое смутно похоже, но чего-то в каждом смутно не хватает. Эх, "вот е сли бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча …" Ну, и так далее. Всё это так и выглядело, когда...