Продолжение приключений трех наших соотечественников, которые на свою беду попали в другой мир. Обстоятельства играют против них, но один из трех друзей уже смог вырвать себе свободу и вернуть утраченную магическую мощь! Правда, в процессе он превратился в громадного зеленого моржа, но это ведь уже детали, которые не помешают ему спасти друзей? Завершающая книга серии.
Дзен приколы и короткие сказки про несуществующих людей и реально существующие ситуации. Много метафор и странного, в духе Хармса и наглухо отмороженных суфиев
Небольшой сборник коротких рассказов, написанных в рамках марафона к картинам художников. Рассказы отражают состояния и чувства героев, человеческие стремления и желания.
В рассказе «ЦИКЛ ВЕЧНОСТИ» автор погружает читателя в мрачный и величественный мир, где демон Бельфегор наблюдает за бесконечным циклом человеческих амбиций и страданий. С высоты своего трона, он размышляет о тщетности стремлений к власти и бессмертию, подчеркивая, что все достижения — лишь мгновение. Бельфегор видит, как народы восстают и падают, и как страдания становятся единственным учителем. Рассказ затрагивает философские размышления о времени и цикличности истории, оставляя читателя задуматься о судьбе человечества.
Когда Вам грустно, когда Вам радостно, когда Вы ищете ответы или просто хотите обрести спокойствие и утешение — прочитайте рубаи и, возможно, они подскажут верное решение.
Римский поэт Публий Овидий, прозванный "Назон" ("Носач"), известный, прежде всего, по утонченной "Науке любви" и календарным "Фастам", на склоне лет оказывается политическим ссыльным, который, по личныму указу императора, вынужден доживать в дунайском городке Томы. Для изнеженного столичного писателя это оказалось страшным ударом, и вышедшие из под его пера "Скорбные элегии" и "Письма с Понта" показывают, насколько сильно он вынужден был измениться, и каким мучительным было это преобразование. Овидий Назон писал многим - друзьям, жене, императору и даже врагам. Похоже, именно в этом была одна из немногих его отрад. И, судя по тому, как менялся тон писем, Овидий сумел пройти полный путь своего преображения. И как человека, и как литератора. И, когда зашла речь о том, что можно написать нового большой формы для литературного конкурса, я счел, что лучше всего подойдут "неизвестные письма Овидия", которые, частично сохраняя его стиль, будут лучше описывать его новый путь, начавшийся