Книги #тишина

После смерти мужа Марфа Семёновна живёт в доме, где тишина хранит больше, чем любые вещи. Однажды она обнаруживает, что может варить варенье из звуков: из смеха, шагов, дождя, дыхания прошлого. Каждый звук становится вкусом, каждая банка — сохранённым фрагментом прожитой любви.

Но есть один звук, который она не может найти, — шаги сына, давно исчезнувшего в шуме большого города. Чтобы вернуть их, ей придётся отдать самое дорогое: собственную тоску, бившуюся в сердце долгие годы.

Это история о материнской любви, способной превращать боль в тепло, тишину — в память, а утрату — в дорогу обратно.

Тихая притча о том, что иногда, чтобы тебя услышали, нужно научиться говорить не звуком, а вкусом.

В мире, где забыты шумные застолья, ёлки и Деды Морозы, наступает День Прозрачного Льда — время абсолютной тишины и искренности. Жители обычного городского дома соблюдают уникальную традицию: они гасят свет, избавляются от старых обид и выходят во двор, чтобы встретить гостя из лесной чащи. Это история о магическом контакте города и дикой природы, о подарках, которые нельзя купить, и о сияющем белом олене, чей визит дарует людям истинное очищение и надежду на светлое будущее.

Память Анны Ивановны уходит медленно — не обвалом, а тонкими нитями, день за днём. Вместе с именами, датами и лицами исчезает её прошлое, но остаётся привычка вязать и бережно держать мир в порядке.

Однажды она обнаруживает, что может создавать пряжу из тишины, звуков и собственных воспоминаний — вплетая в ткань запахи детства, радость материнства и голос давно умершего мужа. Она вяжет шарф для внука, не зная, что каждая тёплая петля забирает у неё частицу памяти навсегда.

«Бабушка, которая вяжет из тишины» — тихая история о любви, жертве и передаче тепла из одного времени в другое; о том, как смысл жизни может сохраниться даже тогда, когда стираются её подробности.

Лирическая притча о памяти, которая умеет исчезать, но не умеет быть напрасной.

«ПУСТО» — книга о тишине, где каждый вид пустоты становится смыслом: пауза, ожидание, незаданный вопрос. Отсутствие здесь — форма ясности. Это не утешение и не мистика, а оптика: как слышать себя, когда мир требует шума. И выбирать своё, не чужое.

Адская вонь распространилась по всей квартире. Окна приходилось держать открытыми. Сложно сказать, что испортило воздух так, что невозможно было нормально дышать. Наверное — абсолютно всё...

Разные по составу но схожие по тематике произведения (ну или как-то так).
Был бы рад комментариям и/или оценкам.

О последней летней ночи

О единении с природой.
Большое - в малом, а малое - в большом.

Когда-то у меня была прекрасная женщина, она давала мне повод и надежду на жизнь и оставаться в этом мире. Я забывал о своих проблемах, мне было комфортно рядом с ней. Она — моя надежда. Но однажды ей стало плохо, а после смерти я перестал что либо испытывать или чувствовать, мир вокруг стал серым и скудным. Мои походы к психологу мало давали результатов, это больше дружеская беседа. Все вокруг как порочный круг и лишь слова психолога заставили меня выбрать правильный путь...

"Молчаливый заговор" или что-то хуже? Что ждать от старшей группы детсада?

Вот к чему приводит увиденное слово в потерянном листе из отчёта воспитательницы детского сада.

И снова весна?
Возможно, именно в это время, когда всё восстаёт и ростки пробиваются сквозь талый снег к свету, наконец нужно начать свой путь?

Однажды странствующий каменщик попадает в загадочный город Златоград, где обитают приверженцы тайного культа - маунисты. Основное и непокобелимое правило которых - безмолвие.

Я хочу наслаждаться тишиной...
Но пока, увы, не судьба!

Даже камни умирают. Но ведь некоторые – живут? И когда твёрдо знаешь – что-то кончается, ты можешь начать.

Рассказ человека, утверждающего, что он был непосредственным участником проникновения в неизвестный подземный город.

Психологические аспекты молчания.

Когда замолкают ноты, начинает звучать тишина. История о вундеркинде, потерявшем дар и обретшем его вновь в сердце безмолвия, где каждая пауза – это возможность услышать главное.

В Тихом месте, вдали от людей, есть дом. Там живёт Джек. Однажды ему и его отцу пришлось переехать сюда. Почему? Они бежали от чего-то или заметали следы?

Когда-то этот рассказ был просто заметкой в моем планировщике. Однажды, придя на работу раньше всех, мне подумалось, что один из коллег пришел раньше меня. Ну и начались от меня вопросы, ответов не было, но мои вопросы шли дальше, пока не дошло, что в офисе нет никого, кроме меня.

Она одна тебя любит.

Остров Аструм, город Нокс. Рай на земле.
Молодая Ариэль занимается своим любимым делом, встречается с друзьями, строит планы на будущее, мечтает о большой любви.
В один прекрасный вечер все меняется. В месте, где всегда слышны звуки природы, внезапно наступает полная тишина. Нечто необъяснимое появляется в джунглях, а из города начинают исчезать люди. Ариэль и ее друзьям предстоит выбор: попытаться спасти остров или бежать прочь без оглядки.

Мир давно стал тихим. Здесь больше не чувствуют, не слышат, не кричат.
Мия — художница, которая однажды решает изобразить эмоции, которых никто не помнит.
Но её картина будто сопротивляется.
Краски ложатся на холст, но внутри — пустота.
Пока однажды в её глазах не появляются слёзы.

А вместе с ними — и Тот, кого этот мир давно забыл.

«Холст без сердец» — история о пробуждении чувств в эпоху, где от них отказались.

Под звуки ночного ливня происходит случайная встреча, которая оставляет в душе героя неизгладимый след. Рассказ погружает в атмосферу одиночества, мимолётности и невысказанных чувств.

Что если дом — не просто стены, а живое существо? Что если он дышит, шепчет, помнит — и ждёт?

Когда герой приезжает в заброшенную деревню Вьюрки, он ищет уединения, но находит пустоту, в которой начинает слышать голос. Дом, что кажется мёртвым, начинает меняться — сначала незаметно, потом пугающе живо. Время теряет форму, зеркала смотрят обратно, а каждый шаг вглубь пространства стирает грань между реальностью и сном, между прошлым и тем, что никогда не должно было вернуться.

Это не история о привидениях. Это рассказ о страхе, который растёт внутри, пока не становится всем.