Книги #slowburn

Я изгой. Мы живём в лесу, у нас свои законы и правила, мы не подчиняемся никому. Жаль, но я ничего не помню из своего прошлого: ни кто я, ни откуда. Я не помню даже своего настоящего имени. Моя теперешняя жизнь началась здесь, в деревне Морошь, у матушки Ягды.

Но однажды зимой я спасла княжеского сотника. Спасла от страшной навьей твари.

Он привык повелевать, а я — выживать, он богат и знатен, а у меня только и есть что тряпичная куколка и колечко, ещё из той прошлой жизни.

Мы никогда больше не встретимся, точнее я думала, что никогда...

Он позвал меня и братьев к себе на службу в далёкий северный город Исборг, предложив щедрую плату за помощь в борьбе с тварями. Пожалуй, даже слишком щедрую.

Братья едут за воинской славой, а я… нет, всё-таки я еду за серебром, которое так нужно нашей деревне. Ведь я изгой, а он княжий сотник. И ничего между нами быть не может.

Единственное, что я хочу — вспомнить, кто я на самом деле. Ясна из Мороши.

Марселла Миель привыкла замечать то, что другие пропускают: взгляд через зал, странную фразу преподавателя, старый знак на дереве, тёплый шарф с жёлтой полосой.

Пятый курс в Хогвартсе должен был стать обычным: уроки, Хогсмид, квиддич, школьные сплетни, друзья и первый настоящий бал.

Но важные вещи редко шумят.

Иногда они прячутся в древних предметах, забытых дорогах, чужих чувствах — и в том, что слишком долго никто не решался назвать вслух.

Это история о Пуффендуе, взрослении, дружбе, ревности, первой любви, тайнах старого замка и людях, которые учатся выбирать свой путь, даже когда дороги ещё не видно.

Когда кричишь в пустом переулке «помогите», важно уточнять, кого именно ты зовёшь. Лея Матье не уточнила.

Теперь в её квартире живёт инкуб с низкой самооценкой, рожками, которые дырявят стены, и хвостом, выдающим все эмоции. Вместо страсти он питается объятиями, вместо соблазнения — краснеет и заикается.

Риэль должен помочь Лее сдать экзамены. Лея должна... ну, обнимать его по расписанию. Звучит как бред, но работает. Почти.

В контракте есть один пункт: когда контракт закончится, Лея забудет о Риэле навсегда. А это становится проблемой, потому что где-то между магическими погромами на кухне, надоедливым конкурентом с идеальной укладкой и лучшей подругой, которая уже открыла на Риэля «досье», Лея вдруг понимает — она не хочет забывать Риэля. Совсем.

Романтическая комедия о том, что настоящая любовь приходит не в обёртке рокового красавца, а вечным «простите, я не специально». И о том, что иногда самый важный пункт контракта — тот, на который ты сначала не обратила внимания.

Айра вернулась в Академию Архонтия — с тайным Знаком, союзниками, которым ещё учится доверять, и ректором, который знает о ней слишком много и молчит.

В первую неделю — тело. Первокурсник с выжженной сигнатурой дара. Метод, который не применяли полтора века — со времён охоты на Забытые крови.

Совет присылает надзирателя: молодого, обходительного, с вопросами, на которые не должно быть ответов. Из столицы приезжает кузина ректора — с документом о семейном союзе. В тенях появляется тот, кого не должно быть в живых.

Ивар Дейн держит дистанцию — официальное «вы», по протоколу. На полутора шагах — жар, который нельзя объяснить словами.

В академии молчат все. Те, кто убивают. Те, кто подозревают. Те, кто защищают.

Можно остаться невидимой. Можно сохранить все тайны.

Но какое молчание — оружие? И в чьих руках?

Я привыкла жить ради других. После смерти родителей забота о семье стала моей обязанностью, а собственные желания – роскошью, которую я не могла себе позволить.

Когда моя сестра оказалась в руках короля фейри, я заключила сделку и по собственной воле отправилась в Мёртвые земли – мир, где обещания стоят дороже человеческой жизни.

Чтобы вернуть Вивьен домой, я должна предать Темного Лорда. Но чем ближе узнаю того, кого считала чудовищем, тем труднее становится выполнить данное слово. Впервые в жизни я хочу бороться не только ради семьи и долга, но и ради того, кого должна погубить.

Когда мир меняется за один день, остаётся только двигаться вперёд.

Они идут по дороге, состоящей из решений, случайных попутчиков и постоянной опасности. Каждый шаг - случайность, доверие - опасный выбор. Однако именно в таких условиях люди впервые становятся по-настоящему близки.

«Я никогда не поверю в любовь с первого взгляда!» — заявила Хелен Кинг.
«Посмотрим», — подумал полковник Эверс.
В уютном графстве Кент встречаются два человека, которым суждено либо уничтожить, либо спасти друг друга.
Она — гордая аристократка с разбитым сердцем, поклявшаяся никогда больше не доверять мужчинам. Ее остроумие — щит, ее холодность — броня, ее одиночество — крепость.
Он — блестящий офицер, привыкший к победам на поле боя и в сердцах красавиц. Но эта девушка бросает ему вызов, который он не может игнорировать.
Словесные дуэли. Тайные взгляды. Случайные касания. И игра, правила которой знают только двое.
Но когда маски падут, а гордость даст трещину, окажется ли любовь сильнее страха? И хватит ли им смелости признать самое главное поражение в жизни — поражение перед собственными чувствами?
Роман в лучших традициях Джейн Остин о том, что настоящая любовь начинается там, где заканчивается гордыня.

Чтобы спастись, ему пришлось сбежать с космической станции на погибшую Землю. Чтобы выжить, ему придется довериться самой опасной женщине в пустошах. А чтобы остаться человеком — подружиться с безумным боевым ИИ в виде опоссума.

Впереди огромные пустоши со всем их хаосом и очень смутная надежда на спасение. Сможет ли типичный тихоня и циник выжить в этом безумии и найти в себе внутреннюю силу или открытая на него охота всё же загонит его в ловушку?

У неё было три медяка. У него — серебряный Знак чистой крови и факультет шпионов.

Айра взяла Знак мёртвого адепта и вошла в академию под чужим именем. Три месяца маскарада, три месяца лжи.

Три месяца, которые ректор Ивар Дейн видел насквозь с первого дня — и молчал.

Архонтид. Охотник по природе. Единственный, кто может её сдать Совету Чистых Родов — и единственный, кто не сдаёт.

В академии, где все знают больше, чем говорят, Айра впервые находит тех, кому хочет доверять: демонидку с клыками, полуэльфа-архивиста, старшекурсника, знавшего настоящего Ренна Сола — и тоже молчащего об

этом.

Она не понимает, почему молчит ректор. Пока в академию не приезжает куратор Совета. Пока она сама не начинает замечать, что с её собственной кровью что-то не так.

И становится ясно: вопрос не «почему молчит» — а «сколько ещё сможет молчать, когда за ней пришли».

Спустя годы после Elite Way Мия пытается начать жизнь заново, но прошлое, старая боль и незавершённые чувства не отпускают её. Побег становится не концом, а началом долгого возвращения — к себе, к семье, к Пабло и к дому, где её всё ещё ждут.

Он - человек, на первый взгляд простой: лицо имперской власти и носитель великой веры в Сандеру-Идииана-Шанга. Она - лишь неудавшееся звено в тяжёлой религиозной службе, что дышит рядом, но не должна была иметь права быть ближе. Их встреча могла остаться пустой, если бы не цепь неловких совпадений, прячущаяся в тени религиозных святынь. Пока столица покрывается цветастой мозаикой лжи, страха и верований, старые устои неумолимо трещат под грузом новых голосов.
Реншу ведёт проповеди, пишет законы и скрывает свою усталость за безупречной выправкой. Гроу приносит ему еду и слишком много замечает. Вокруг них - интриги, фанатики, убийства и вера, слишком сильная, чтобы быть безобидной для всех окружающих. А внутри - чувства, о которых нельзя говорить, но которые всё равно звучат громче любой, даже самой тихой проповеди.

Каждое утро — один и тот же лифт.

И одно и то же время — 7:35.

Она постоянно опаздывает.

Он не умеет говорить о чувствах.

Зимняя городская история о совпадениях, которые оказываются выбором, и о людях, которые находят друг друга тогда, когда совсем этого не ждут.

Это история о работе на удалёнке, где границы между личным и профессиональным оказываются тоньше, чем кажется.

О людях, которые хорошо срабатываются в команде.

О совпадениях, которые слишком заметны окружающим.

О дистанции — рабочей, эмоциональной и географической.

Просто о том, как иногда меняется жизнь, даже если формально ничего не происходит.

Что опаснее для исцеления — молчание или правда?

Иллюстраторка находит покой в норвежской глуши и обнаруживает, что мастер по дереву скрывает боль. Их сближение становится совместным путём, где молчание опаснее слов, а исцеление требует риска снова чувствовать.

Несколько месяцев спустя.

Золотой узор на руках Иши дополз до плеча. Чашки нагреваются от её пальцев. Амбар спит у крыльца. Мать не обнимает — боится.

Иша привыкла.

А потом — ночью — Искра ломается. Не её боль. Его.

Малхар ранен. Впервые за тысячи лет оружие было использовано по назначению — и оно не хочет обратно в ножны. Ярость вернулась: постоянная, фоновая, как гул в трещинах. Контроль стал трудом. «Положить руку на плечо» = «не сжать, не обжечь». Она ещё не знает этого.

Она ещё не знает многого.

Горький вкус через Искру. Не всегда, не везде. Только рядом с ней. Только когда он смотрит слишком долго.

Есть то, что он сделал. То, о чём молчит. То, что Эрхен — другой Амал-аш, слишком разговорчивый и слишком наблюдательный — назовёт словом, которого Малхар избегает: вина.

Огонь вырос из искры. Но огонь может сжечь и того, кто его разжёг.

Мир умер тихо. Не со взрывом, а с шепотом снега, падающего на могилы городов. Теперь есть только белая пустошь, вечный холод и твари, которые носят лица тех, кого ты любил. В заброшенной деревне горстка выживших пытается отстроить убежище - призрак нормальной жизни. Они сеют семена в промёрзшую землю, сторожат стены и молча считают потери. Но самый страшный холод исходит не от стужи за окном, а изнутри: из памяти, где хранятся тёплые воспоминания, и из страха, что следующий силуэт в метели окажется последним, кого ты готов был потерять. Их борьба уже не за ресурсы, а за саму возможность остаться людьми в мире, который сделал всё, чтобы их ожесточить.

Столица греется в лучах солнца, что в первый месяц зимы зовется Робким.

Наемница Сольви, совестливая лгунья, берется за анонимный заказ на сопровождение. Отказываться от двух золотых она не вправе, потому следует во тьму, где за журчанием воды слышны крысиный писк и шелест синих перьев.

Перо в её правом внутреннем кармане ещё тёплое — на полпальца. Но Ивар Дейн уехал из академии до рассвета, не предупредив.

В Архонтию приезжает леди Альена Кер — Верховный куратор Совета, мать Адалис. Её бергамот в коридорах, её перстень на правом мизинце, её печать на мешках, увозимых из кабинета ректора. Альена приехала

проверить адептов Тени. Конкретно — Айру Сол.

Письма Ивара становятся короче. Срок передвигается внутрь — от «окончания семестра» к «концу зимы». Подпись сокращается от «И. Дейн» до «И. Д.». Что-то меняется в столице, о чём он не может написать прямо.

Канал между ними остывает.

Тай теряет мать. Тай говорит ей через стол: «Если он раз не сказал — значит, не одно. Считай, что есть второе. И третье».

Айра не верит. Айра знает его выбор.

В Биполярье время ходит двумя фазами: Ярь — когда небо горит и люди строят дома за ночь, и Стынь — когда свет становится серым и некоторые просто не встают. Это не болезнь, как вы могли подумать. Это климат.

Но что-то сломалось. Ярь стала злее. Стынь — бездоннее. И под городами обнаружилась сеть трубок, уложенных кем-то давно и аккуратно.

Мера родилась между фазами. Она не горит и не тонет.

Она просто видит — и именно поэтому она единственная, кто замечает, что мир умирает.

Третью ночь южный горизонт красный. Караваны не приходят. Колодец обжигает пальцы.

В деревне молятся и бегут. Иша собирает мешок — отцовскую книгу, тупой нож, хлеб с кунжутом — и уходит на юг. Не из храбрости. Из любопытства, которое сильнее страха.

На дороге её находит чудовище размером с дом. Идёт за ней до самой цитадели — той, которой вчера не было. Через три дня она почешет его за ухом и назовёт Амбаром.

Внутри её ждёт тот, к кому не приходят. Бессмертный кузнец, ведущий вечную войну с Тьмой. Тысячу лет он входил в миры — чтобы их забрать. Тысячу лет от него бежали все, кто успевал.

Никто никогда не приходил сам.

«Утром я провожу тебя на дорогу», — говорит он.

Три утра прошло.

Тёмное мифическое фэнтези. Slow burn. Первая книга трилогии «Искра — Пламя — Пепел».