Моя коллекция малой прозы

Другая планета, провинциальная глубинка, многочисленное семейство. Внутренний конфликт в краях со слабым законом решают традиционно. Прав тот, чей револьвер быстрее.

Спектральный анализ не лжёт – в ядре Солнца идут реакции, невозможные для звезды главной последовательности.

Гелиосейсмология подтверждает – конвективная зона расширяется.

Причина установлена – искусственное инициирование термоядерной нестабильности.

Исполнители и мотив – устанавливаются…

Ефимыч уже 50 лет смазывает дверные петли и ставит чайник под Марфушину ватную юбку. Он знает, у кого на четверг пахнет рыбой, а на третьем этаже у него растёт друг Валера — в ведре, из-под рассады. Потом приходит письмо с золотым гербом и словами «равнозначное жильё».

— Ты как пенёк замшелый, — говорит внук.

— А как же не цепляться-то? — отвечает Ефимыч. — Это же жизнь моя. И Клавкина.

Этот рассказ — не о сносе дома. Он о том, как стариковская привычка ходить в магазин «за жизнью» оказывается последним актом человеческого достоинства. И о том, что некоторые дома не переезжают. Они остаются — в трещинах на потолке, в следах от гуталина на гранитных ступенях и в ситцевом платье куклы, которой 50 лет.

Как думаете, правда, что звёзды — это души умерших людей? Я никогда не знала ответа на данный вопрос до опредённых событий. Прошу выслушать мою небольшую историю, а верить мне или нет, это уже ваше право.

Терахи считают вежливость слабостью, а ложь — преступлением. Переводчик Виктор два года успешно врал всем подряд, пока к нему не приставили терахскую переговорщицу Ксару.

В абсолютной пустоте, через триллионы километров летит одинокий скафандр. Шанс выжить ничтожно мал, но есть те, кто может помочь.

Каждый писатель мечтает, чтобы его заметили. Дворника Андрея нашёл главный кузнец талантов, исполнительный секретарь Союза Советских Писателей Первозванцев, но что будет дальше, после того, как мечта сбылась, и желать в общем-то нечего?

В ненастную Петербургскую ночь адепт зла выслеживает очередную жертву.

Лавина сошла по склонам Горы Божественной Матери, меняя жизнь трех жителей высокогорной деревни: горного проводника Ками, его молодой и красивой жены Церинг и лучшего друга Чхири, носильщика альпинисткого оборудования.

История, вдохновленная горными духами, шерпами и восхождениями на Эверест.

Далекий север. Тяжёлый труд проходчика. Вахта, которая обернулась Кошмаром.

— Вентиря? — Маринка накрывала первый «райский» ужин на импровизированный  стол, собранный из перекатных камней и какой-то интерьерной панели командного модуля, в качестве столешницы.

— Вентиря. — невозмутимо реагировал «неестественный интеллект» в динамике бортового скафандра Маринки.

— И что мне теперь делать? Изучать примитивные рыбопромысловые технологии? — досадовала бортинженер Калинина. — А почему в аварийном комплекте нет удочки, крючков, гарпуна, в конце концов?

— В аварийном комплекте жилого модуля всё это есть.

— А в командном-то, почему нет?

— Для аварийного разделения модулей предусмотрен исключительно летальный протокол.

— Чего? — Маринка начала «закипать» — Кто этот бред проектировал? Зачем аварийный комплект в жилом модуле, если в нём выжить можно?!

Что в первую очередь спасает человек: себя или смысл существования?

А если "смысл" можно вынести голыми руками?

Случай из жизни промышленного космонавта.