Ирина Валерина

Разорванный дневник, где ирония и боль сплетаются в единый узел. Здесь грязный реализм соседствует с поэтической метафизикой, а бытовые детали — промокший джип, небритый управдом и даже капустница над грядкой — становятся частью личной мифологии.
Героиня этих стихов смеётся, когда больно, рисует чебурашек в тетради, когда тоскливо, и знает, что даже бумажный бог не поможет — но всё равно пишет.

NOT A BUG, BUT A FEATURE.

Город захлестнуло нашествие насекомых. Сначала они заполонили парки, потом — дома. Потом выяснилось, что яды их не убивают, а кормят.

Дезинфекторы сдались. Домохозяйки начали торговать жуками. Бомжи пошли отлавливать скорпионов. А потом пришли Покупатели — те, кто собирал «урожай» для чего-то большего.

Теперь в стенах шелестит и копошится чуждая жизнь, в подвалах зреют коконы с новыми людьми, а над крышами кружит Королева — древняя, как само зло.

Вы готовы к обновлению?

Книги — это не просто слова на бумаге. Это двери в другие миры, зеркала, отражающие наши страхи, и лаборатории, где авторские идеи превращаются в философский камень. Но что, если заглянуть глубже?

В этом сборнике рецензий — не просто анализ сюжетов и стиля. Это путешествие по изнанке текста.

Вы найдёте здесь ироничные заметки, почти детективный разбор символов и откровенные ответы на вопрос: «Что эта книга сделала со мной?»

Этот сборник для тех, кто любит читать рецензии как отдельное искусство, а так же для авторов, которые хотят увидеть, как их текст работает «под капотом».

Ничего особенного, обычная магия. Девочка, кит и дом, который помнит слишком много. Рыбы здесь летят по небу, по-стрижиному легки, дыхание ангелов отдаёт зелёным яблоком, а время-рыбак неустанно плетёт свои сети, улавливая нас.
Этот сборник — зачарованный мир, где каждое стихотворение — шаг в глубину, куда страшно заглянуть, но невозможно отвести взгляд.

За идею этого сборника и картинку для обложки искренне благодарю Михаила Полякова.

Эти стихи — как разбитая бутылка дорогого вина. Никаких сожалений! Вина и вины хватит на всех. Здесь смешивают Абрау Дюрсо с Бейлисом, пишут письма в никуда и воюют с «яростно любимыми личными врагами».

Исповедальная лирика, которую от впадения в повторы драмы спасают самоирония и чёрный юмор. По сути, первые тексты начинающего на тот момент поэта, которые я склонна считать удавшимися.

Эти стихи — как ноябрьский дождь, идущий в безымянном городе: холодный, беспощадный, но в его каплях иногда отражается свет. Здесь воды времени мутны, как река Хуанхэ, а люди прячутся от собственной тени в шарфовый злой мохер. Но пока в кармане есть мандаринка-солнце, возможно всё.

Поэзия для тех, кто верит в эволюцию духа — и всё ещё надеется на прорыв.

Бремя танатоходца» — это поэтическое исследование пограничных состояний: между памятью и забвением, полётом и падением, словом и молчанием.
Сквозь призму мифологических образов и метафор автор ведёт диалог с теми, кто «уже не плачет», но чьи голоса звучат в «шуршащем шёпоте веков».
Здесь нет однозначной тьмы или света — есть постоянное движение над пропастью, где даже «скучный полуночный» декаданс становится частью живого круговорота: пчёлы гудят, вишни зреют, а день рождения мира повторяется снова.
Этот сборник — для тех, кто готов слушать тихий голос между строк, где каждое слово — шаг по канату над бездной, а каждое стихотворение — попытка удержаться на краю.

Лиля просыпается в мире, напоминающем затяжной кошмар. Дороги здесь ведут внутрь собственных травм, зеркала показывают то, что годами от себя прячешь, а боги выглядят как персонажи из фантасмагоричного сна.

Это путешествие сквозь туман, где за каждым поворотом — новый кусочек пазла, где речной перевозчик носит худи и странное имя, напоминающее никнейм, где мельник с ледяными глазами знает о тебе больше, чем ты сама, и где трёхликая богиня у Забвень-реки задаёт вопросы, на которые страшно отвечать.

Локации этого странного места работают по законам сновидений, а не логики, и каждый встреченный может оказаться древним богом в неожиданном амплуа.

«Ты думала, загробный мир – это ангелы и облака? Заблуждаешься, сестрица. Здесь всё устроено куда интереснее» © Макошь.

в 2025 году книга победила в конкурсе ЛитРес «КНИГАсветное путешествие» в номинации «Путешествие в другие миры».

Судьба стучится в дверь. Иногда – копытом.

Открываешь, не глядя, а там... Лошадь в подарок, тренер в нагрузку, проклятие — бесплатно!

Скучать Айрис точно не придётся!

Тайны старого дома, индейские легенды, красивая любовная история, тонкий юмор и страсть, сплетённые в один захватывающий сюжет.

Когда заканчивается нелюбовь, открывается новое измерение: между асфальтом и мифами. Здесь улицы говорят на языке неона, дворники шепчут мантры, а боги носят рваные кроссовки.
Поэзия для тех, кто устал от лжи, но не разучился искать свет в трещинах реальности.
Городская лирика, мистический реализм и неистребимая вера в чудо.

Что делать, когда над твоим домом идут дожди из жаб, яблоки в саду опадают до срока, а в гостиной поселились нескончаемые сумерки?

Пожалуй, самое время зажечь свечу и как следует разозлиться!

Остроумное и тёплое фэнтези о любви, свободе и магии, которая сильнее страха.

Свободные, белые и вольные – и этим сказано всё.

Для тех, кто понимает толк в поэтических изысках.

Книга-победитель конкурса "Миф.Today" от "Эксмо".
Ноябрь, предзимье, Северная Америка. Казалось бы, что может случиться на тихой ферме? Жди себе снега да Рождества, вот и все приключения.
Но тут в размеренную жизнь семьи Шеверсов врывается стихия - и всё летит кувырком. Лес зарастает лианами и тропическими цветами. Дом открывает секреты, до поры хранившиеся в пыли чердака. Поблизости заводится пугающий до дрожи Белый Морок, которого не боится только мужественный мерин Генерал Хомяк. Кошка Фанни, гордая мать-одиночка, носит своим детям ярких бабочек. Таинственный мистер Хэмиш, приходящий с сильным ветром, кто он - друг или враг?
Загадок всё больше, а ответов пока нет...
Похоже, только Лиса и Макс, оказавшиеся в самом центре невероятной истории, смогут собрать картинку из рассыпанных пазлов - потому что детское сердце умеет видеть изнанку мира и любить, превозмогая страх.

У тебя есть отличная тачка, красавица жена, ты преуспел в своём деле и полностью доволен собой?
Не обольщайся, в мире нет ничего постоянного, и боги по-прежнему любят смеяться над планами смертных. Впрочем, это даже к лучшему, что ты не знаешь, чем закончится так хорошо начавшийся день и куда приведёт, казалось бы, давно знакомая дорога.
...Потому что совсем рядом, рукой подать, уже дрожит паутина в сети ловца, и загораются искры в жонглёрском шаре, и замыкается круг, чтобы начаться в новом витке бесконечной спирали...

Осень приходит внезапно — как одиночество, как сорок лет, как осознание, что время давно несётся на сверхзвуковой скорости.
Эти тексты — дневник женщины, которая примеряет и сбрасывает маски, разговаривает с тенями прошлого и ищет точку опоры в мире, где всё — иллюзия, кроме боли и кофе.

Философская проза, где личное становится универсальным, а обыденное — мистическим. Для тех, кто когда-либо спрашивал себя: «Кто я, когда никто не смотрит?»

Сборник фейских сказочек, эльфийских хулиганств и всяких прочих муммитролльств. Но должна предупредить, среди безудержного дебоша присутствуют вкрапления неземной печали и разной окололюбовной околофилософии.

Эти стихи — как семейный альбом, где смешались детские фотографии, письма с фронта и засушенные цветы. Вот прадед уходит в небо с пчёлами, вот дед курит самосад с самим Временем, а вот девочка, которая однажды напишет всё это, ломает печенье в манеже, чтобы понять: мир не ждёт её открытий.
Поэзия о том, как мы теряем и находим себя в памяти рода. Для тех, кто помнит запах бабушкиных оладий и алмазный блеск седьмых небес.

Здесь те, кто светит, когда все остальные давно погасли. Они говорят невпопад, любят неправильных, помнят то, что все забыли, и замечают всё, что другие предпочитают не видеть. Они — горящие лампочки в подвале мироздания. Возможно, одна из них — вы.

Мир Верва живёт по железным законам: война требует новых солдат, а женщины — лишь сосуды для их рождения. Онга, «проданная» в жёны воину Вуколу, знает, что её ждёт: насилие, беременность — или смерть. Но в сакральную ночь, когда Лес подходит к дому вплотную, а русалья вода впитывает отчаянные заговоры, даже у обречённых есть шанс изменить правила.

Этот рассказ — о страхе, который становится желанием, о жестокости, которая оборачивается неожиданной нежностью, и о том, как даже в мире без жалости можно остаться человеком.

Эти рассказы — ожерелье из кристаллов, где застыли миры. В одном — страсть, острая как лезвие. В другом — кофейня, где знакомство длится короче, чем держится пенка на эспрессо. В третьем — море, принимающее в свои воды последних богов. Эти истории не соприкасаются, но держатся на одной нити смыслов.

Кажется, ваше дыхание уже затуманило грань кристалла. Приглядитесь...

Сборник о страсти, которая длится дольше, чем мир, её породивший.

Внимание - поэтический сборник! Потому что спеллы в прозе - это профанация и дилентализм, поверьте ведьме с более чем трехсотлетним стажем... Эмм... ну, это только между нами, договорились? Рекомендовано к прочтению всем, кто в курсе, что происходит в ночь с 30 апреля на 1 мая. Ведьмины стишки, заговоры, а также уговоры - в широком ассортименте! Все, что ни шевелится, то в ведьмин котел сгодится! А также: катаю на метле, красиво, дорого! Расценки поминутно, тариф можно узнать у дежурного администратора Васисуалиса Копытного, короткий адрес для СМС - 666, кодовое слово: volsebniypendel. Фирма гарантирует полный улёт!

«Письма с того берега» представляют собой сборник, состоящий из одноимённой повести, подборки прозаических миниатюр и стихов, объединённых общей тематикой. Повесть писалась долго, с большими перерывами, года три назад я уже готова была поставить жирную точку где-то между Сциллой «надо закончить» и Харибдой «иди к чёрту, не могу!». В том периоде меня сперва накрыл кризис среднего возраста, а после рифма взяла в оборот и пользовала нещадно. От депрессивных стишков не было отбоя. Моя заброшенная героиня периодически стучалась, как пепел Клааса, в аритмичное авторское сердце, но не могла сподвигнуть меня на восстание. Я выживала изо всех сил. Меня совсем недавно осенило, что почти всё из написанного тогда является частью Писем. Я свела их вместе и решила, что это хорошо. Возможно, и вы согласитесь со мной. Или поспорите. Хотя не исключено, что зевнёте и закроете книгу. Допускаю любой вариант — ведь я уже заглядывала за грань. Добро пожаловать.

«Стихи Ирины Валериной отличаются культурой письма, интонационной выразительностью, завидной внутренней энергетикой. Поэтесса радует читателя широкой эрудицией, богатым лексиконом. То и другое используется органично, не демонстративно – исключительно с целью оптимального воплощения основного замысла. Гармоничное сочетание «низкого» и «высокого», ненавязчивые контрасты меж мифологической и бытовой составляющими – всё это создаёт иллюзию лёгкой доступности смыслов, вложенных поэтессой в стихотворные тексты. Однако смыслы эти куда глубже и сложнее, чем может представиться при поверхностном прочтении.Объёмное восприятие мира и времени – свойство врождённое, оно не может быть благоприобретено, в отличие от техники письма. Мне представляется, что у поэтессы впереди значительные перспективы. Думаю, читателю (особенно читателю-литератору) будет интересно познакомиться с этим незаурядным автором, «поэтический голос» которого уже сейчас отчётливо своеобычен, отличим от прочих». Нина Огнева

«Данный стихотворный сборник представляет собой зрелые размышления современной женщины, поэта об окружающем нас мире. Философский взгляд, тонко подмеченные детали, казалось бы, повседневного, но при всматривании, «под нажимом пера», открывающегося как извечное – всё это, а также богатый, живой язык автора не позволит представленному сборнику стихотворений (подчеркну – стихотворений) задремать на вашей книжной полке. Эту книгу надо открыть – во всех смыслах – и, возможно, кто-то из читателей благодаря ей приоткроет дверь к самому себе».
Руслан Рафиков.

Что будет, если в одном мире не останется женщин, в другом – мужчин, а третий, перенаселённый и с трудом сохраняющий равновесие, пока не подозревает, что на него уже положили глаз... боги?

Или всё же люди, вообразившие себя богами?

Ответы – здесь, в этой истории многолетней ненависти, противостояния и большой любви, на которой держатся все миры.

_____

В книге есть драма, чувственные сцены, брутальные мужчины и нежные женщины, красивая любовная история в антураже древнего города, мистика и тайны, а также авраамические и индуистские мифы в вольном авторском пересказе. Юмор тоже есть, к слову.

Вычитанный текст с выверенной стилистикой и красивой образностью гарантирую :)

16+

Это письма в исчезнувший город, который пожрал Уроборос. Но я точно знаю, что Ур где-то есть и продолжаю писать: то на листьях облетающего клёна, то остро заточенным стилусом на застывающей глине табличек. Древние боги прячут лица, Шива танцует твист, а чудо всегда возможно.
Археология мифа – для тех, кто знает, что времени нет, но письма непременно дойдут — в Ур, в никуда, в "тёмные галактики, где зреют чужие дети".

Нанги так стара, что о ней, казалось бы, забыла даже смерть. Но все меняется в седьмую ночь месяца Трёх Лун.

Безжалостно-поэтичное фэнтези о старости, памяти и свободе в духе Урсулы Ле Гуин.