Найдено 41 книга
Создано с помощью нейросети
Планета-свалка.
Один экзамен, чтобы вырваться.
Один сгоревший блок, который всё похоронил.
И одна находка в секторе, куда не суются даже отбитые: мёртвый военный питбой. Запрещённый. Статья.
Я должен был его сдать. Вместо этого я его починил.
И железка заговорила.
Так начинается моя история. История самого звезданутого технаря Галактики и моей язвительной напарницы, которую я собрал своими руками.
Создано с помощью нейросети
Мне шестнадцать, я кадет второго курса, и у меня есть цель, которую можно посчитать.
На втором курсе кадетам наконец дают летать. У инструктора теории летного дела за всю карьеру сто сорок часов, и в Академии это считается биографией. Значит, сто сорок один. До конца третьего курса.
Часы, это единственная строка будущего диплома, которую не перепишет ни одна кафедра. Достать их можно только внизу, в доках, где платят два восемьдесят пять в час, не больше трех часов в сутки, и где всегда найдется кто-нибудь, кому надо перегнать корыто с точки на точку.
Два учебных года, два лета, одна война.
Создано с помощью нейросети
Роджер Форк добрался до Имперской Академии Космофлота.
Год назад он копался в отвалах на Целине, теперь под ногами белые палубы, о которых он мечтал всю жизнь.
Восторга хватило на полчаса.
Первый курс здесь начинается с обнуления: старший инструктор ломает самоуверенность, чтобы потом собрать из обломков специалиста. Кадеты ночами не спят. Роджер спит прекрасно, и это бесит всех, потому что Яма унижала его убедительнее, дольше и бесплатно.
Планета-свалка.
Один экзамен, чтобы вырваться.
Один сгоревший блок, который всё похоронил.
И одна находка в секторе, куда не суются даже отбитые: мёртвый военный питбой. Запрещённый. Статья.
Я должен был его сдать. Вместо этого я его починил.
И железка заговорила.
Так начинается моя история. История самого звезданутого технаря Галактики и моей язвительной напарницы, которую я собрал своими руками.
Создано с помощью нейросети
Мир уже рассказан. Осталось выслушать остальных.
Это рассказы по миру «Звезданутого Технаря», и ни один из них не ведёт Роджер. Рассказчик каждый раз другой — человек, который в цикле промелькнул репликой, отказом, спиной в толпе. Он говорит своим голосом, считает по-своему и не оправдывается.
Смотрящий доков не выдал четырнадцатилетнему выигрыш в сто один кредит. В цикле это одна ночь и одна несправедливость. Изнутри — счёт, который он вёл всю ночь строками, и который сходится совсем не там, где ждёшь.
Каждый рассказ замкнут: своя завязка, свой финал, ничего не обрывается на середине. Читавший цикл узнает ночь и увидит её второй раз с другой стороны. Не читавший получит целую вещь и, возможно, захочет узнать, из какого мира она вырезана.
Здесь никто не двигает большой сюжет. Здесь ему добавляют вес.
Впервые она увидела Рейгара воочию — на турнире, устроенном ее лордом-отцом в честь рождения принца Визериса. Под стенами Ланниспорта устроили трибуны для зрителей, и крики простого народа перекатывались между ними и Утесом Кастерли, как гром. Лорда Тайвина приветствовали вдвое громче, чем короля Эйриса, а принца Рейгара и того громче.
У неё не было ни единого шанса стать его невестой, пока не явился трёхглазый ворон со своими планами. И со старой душой, что хотела жить в новом теле...
Повесть. Приквел к роману «Стоящие свыше».
Он - пленный чудотвор, невольник в замке знатного мрачуна. И до поры его хозяин не догадывается, какого блестящего ученого имеет в собственности. Но разве чудотвор станет работать на мрачунов? Можно принудить человека крутить мельничные жернова, но совершать научные открытия - вряд ли...
Изгнанные из родного Леса Тень, Рык и Мох надеются выжить в Пустоши, но попадают в плен к безумному тирану Утёсу. Тень совершает отчаянный побег, бросая друзей в копытах монстра, который по-своему, через жестокость, любит их как сыновей. Оказавшись на свободе в Стаде Мощи, Тень сталкивается с тяжёлым выбором: вечно молчать о своём предательстве или довериться своим новым друзьям.
Время утекает сквозь пальцы. Сила обращается пустотой. И только ветер разносит самоцветную пыль...
Короткие зарисовки из жизни Цзяо Яна и компании, которые не вошли в основной цикл.
Детские воспоминания, альтернативные финалы, занавесочные истории — всё здесь.
Сборник назван в честь любимого цвета нашего героя.
Меняются лица, мелькают быстрыми бликами судьбы, и только солнце раз за разом поднимается над горизонтом.
В стародавние времена многие земли величались по-другому, а карты были не так точны. Теперь уж и не сказать, где развернулась эта история, но в ту пору местечко именовалось Турсовой Гаванью. Названо было в честь Великанов, которые, по поверьям, вышли там на брег из вод самого Хвергельмира.
Никто не знал, что роковая находка простой детворы обрушит горести на Турсову Гавань, а главное: жуткую хворь, что будет губить взрослых, а детей погружать в беспробудный сон.
И тьма запоёт свой гимн.
В одну зимнюю ночь, под равнодушным золотым светом Источника, двенадцать кинжалов вышли на охоту.
Двенадцать Великих Домов.
Двенадцать целей.
Двенадцать ударов в самое сердце империи.
Кто-то хотел посеять хаос.
Кто-то - замести следы.
А кто-то просто ждал, пока кровь Домов смешается со снегом и даст всходы новой войны.
На рассвете выжившие поняли одно: даже если ты пережил эту ночь - ты уже мёртв.
Просто ещё не знаешь, когда именно тебя добьют.
Империя Вечного Рассвета никогда не была такой хрупкой.
Беглый раб Саша, инженер из подземного города Лорхольма, заключает договор с легендарным мастером Гирном. Цена — вся его прошлая жизнь, память и имя. Взамен — перерождение в сильнейшего воина. Теперь он — Великий Грешник, заточённый в проклятом сундуке. Он будет спать веками, просыпаясь лишь для того, чтобы исполнить один приказ и снова исчезнуть во тьме.
Сектор 78. На мёртвом спутнике газового гиганта геологоразведка нашла Инкубатор — древнее хранилище неведомой жизни. Так начался проект «Калибр», где наука превращается в одержимость, а безопасность — в формальность. Перед учёными поставлена задача: найти способ защиты, изучить и понять чуждый разум. Но цена знаний всегда высока.