Книги #трагедия
Найдено 423 книги
Внезапный ледяной катаклизм превращает город в арктическую пустыню. Электричество пропадает, связь обрывается, температура падает до смертельных отметок.
Внезапный ледяной катаклизм превращает город в арктическую пустыню. Электричество пропадает, связь обрывается, температура падает до смертельных отметок.
Отче,
Ты, кто произнёс первое «да будет» и разорвал тьму,
Услышь голос того, кто был рядом, когда создавалось творение твое.
Я видел их любовь и смех под древами,
Как Лилит устала быть «второй» и её жажда стоять рядом, а не ниже,
Превратилась в первое осознанное «нет» Твоему порядку.
Я наблюдал, как Люцифер, отправленный вернуть её,
Услышал в этом «нет» красоту и сказал своё «да» сильнее,
Чем Твоё.
Я был рядом, когда они шагнули за пределы,
И когда Адам плакал у границы сада.
Я видел, как из трещины выросла пропасть,
Как грех вошёл в дом людей,
Как Эдем переродился в крови,
И как он стал домом для двоих, которых я когда-то любил.
Если я всё ещё угоден — направь меня.
Если я потонул в грехах — избавься.
Научи меня различать Твою волю и мой страх,
Милосердие и трусость,
А также мою усталость от боли.
Услышь меня, Отче.
Я — Ихеоэль.
Я был при начале.
И я стою на краю,
Где начнётся конец для многих.
Да будет воля Твоя, а не моя.
Петербургский врач Вера Бельских в поисках нового начала оказывается в глухом сибирском селении Заречье. Ей предстоит не только бороться с болезнями и предрассудками. Её путь - это отчаянная борьба за жизнь и справедливость, где на кону стоит не только её репутация, но и сама судьба тех, кто поверил в неё.
Молодого священника отправляют в забытую Богом и людьми деревеньку на восстановление храма с четырехсотлетней историей. Прибыв на место, отец Илия сталкивается с укоренившимся суеверием и твердой верой в призраков. Оставшиеся жители как один твердят о призраке, берегущем свой дом. Священник селится именно в этом доме. И чем ближе рабочие подбираются к храмовому хранилищу, тем больше странностей начинает происходить в доме. Обнаруженное тело ребенка словно спускает тетиву, и умершая сто лет назад девочка приходит в дом священника.
Буктрейлер: https://vk.com/video684970217_456239062
2336 год. Магия умирает. Серая сеть слабеет. Последний нетраннер Рен Килуновский падает сквозь трещину времени прямо в Ночь Предательства - 1726 год, момент, когда Волков должны были вырезать до последнего ребёнка.
Он не герой. Не воин. Просто уставший парень с семейной татуировкой-руной и имплантом в виске. Но он видит детей в горящей землянке. И делает выбор.
Жизнь главного героя летит в пропасть прямо на его глазах: догорает родное село, семья и все друзья убиты неизвестными. А земля буквально уходит из-под ног. Рушится его остров, увлекая в бездну отчий дом...
Проиллюстрированы главы 1, 4, 8, 11, 13, 17, 19, 22, 25, 27.
Художник - Дина Ахметзянова https://vk.com/id19614539 (Дина! Спасибо тебе!)
Самый конец семидесятых. Студенты, романтика, туризм, горы. Прекрасно, когда всё идёт, как надо. Но, к сожалению, бывает и иначе.
Когда над Тихим океаном появляется белая линия, они становятся первыми и последними свидетелями начала конца. Отрезанные от гибнущей Земли, запертые в металлической ловушке на высоте 400 километров.
Когда мир треснул, из разломов хлынула Тьма — не как бедствие, а как приговор.
Тёмная Энергия исказила плоть, разум и саму реальность, превратив некогда живой и процветающий мир в руины, населённые монстрами и лишённые надежды.
Фальмирия — страна, утратившая своего короля.
Здесь охотники из Ордена Последней Крови ведут безнадёжную войну за выживание. Они всё ещё держат оборону, но даже их клинки не способны остановить то, что пробуждается в тени.
Данте — сирота, выживший там, где другие исчезли.
В его крови таится древняя сила, чуждая человеческой природе. Сила, которая медленно разъедает его разум, стирая грань между человеком и тем, что скрыто внутри.
Ария — единственное, что всё ещё связывает его с реальностью.
Последний якорь, удерживающий от окончательного падения.
Им предстоит пройти через охоту и кровь, заговоры и предательство, страх и безумие, где каждая победа делает их ближе к утрате себя, а каждый шаг — ещё одним приближением к неизбежному.
Мир можно очистить. Грех — стереть. Но память о себе оказывается опаснее любого преступления.
Эйра принимает на себя чужие грехи, чтобы мир оставался чистым. Архив считает её инструментом. Бог внутри неё — своим сосудом.
Но когда начинают стирать не преступления, а имена, она перестаёт подчиняться.
Теперь за ней охотятся не за то, что она делает — а за то, что она помнит.
Пока она помнит своё имя, мир ещё можно сломать.
Ее зовут Крепис и она эльф, хотя они называют себя цветочным народом. За несколько дней Крепис потеряла всю семью и, спасаясь от облавы, оказалась в нашем мире, в России 2010 года. Переход между мирами потребовал слишком много сил, поэтому Крепис утратила все свои возможности, однако сумела выжить. Но прошло время и ее способности начинают возвращаться, а рядом с Крепис снова появляется охотник. Вот только эльфы не умеют убивать. Совсем.
Рассказ написан в лирико‑психологическом стиле с элементами мистического реализма.
Мистические встречи между сном и явью становятся мостом, по которому передаётся тепло, надежда и любовь уходящему из жизни близкому человеку
История о том, как умеет мстить влюбленная женщина, особенно, если она – вампир. И о том, как боль может сломать и пригласить за грань. Ведь, сложно жить, когда душа умерла вместе с любовью…
Лето 1995-го. Гарри, разрываемый связью с Волдемортом, находит неожиданную опору в Синии — суккубе с трагическим прошлым, чьи чувства к нему горят ярче адского пламени. Пока Амбридж превращает Хогвартс в тиранию, Синия, скрывая демоническую суть, превращает их жизнь в поле абсурдных приключений. Но за бунтом и смехом скрывается тьма: Волдеморт жаждет власти, а в прошлом Синии всплывают тайны, способные разрушить их хрупкий союз. Их связь становится якорем, и спичкой, готовой поджечь весь мир. Искупление, мораль и надежда, где даже суккуб готова умереть… или полюбить.
Когда в дом приходят Золотые волки, для одних это честь. Для других — смирение. И лишь немногие видят: слава империи стоит на пепле домашних очагов.
И я подумал, почему бы не написать свою байку в этом направлении, естественно это будет боевик и личная трагедия.
Города мертвы, ночи опасны, дороги больше не принадлежат людям.
Разрозненные группы выживших пытаются добраться до последнего безопасного места, не зная, что настоящий кошмар только начинается.
Что-то в мире стало слишком умным. Слишком организованным. Слишком близко.