kv23 Иван

пишу как могу

16 105

22 043

11 067

17 872

Заходил

Тема постов

Тэги

Посты · 284

Крафтовый воздух, или Ингаляция по тарифу

Заметки на полях

Лето в городе стояло такое, что даже памятники потели. Асфальт стал мягким и липким, как характер подхалима. Ипполит Матвеевич, человек, помнящий вкус воды из автомата за одну копейку (без сиропа) и за три (с сиропом), испытывал жажду. Жажда была великая, библейская. Хотелось не просто пить, хотелось припасть. На пути возник магазин. Вывески не было. Была табличка из необструганной доски, на которой углем было начертано: «Эко-пространство "ИСХОДНИК". Товары до начала времен» . — Вода, —...

Читать дальше →

+6 97 0

Коуч по спонтанности

Заметки на полях

Венедикт Павлович Кукушкин был человеком, который даже чихал по предварительной записи. Если он хотел чихнуть во вторник, он вносил это в ежедневник в понедельник вечером. Он работал главным аудитором в фирме «Скрепка и Партнеры», и его жизнь была прямой, как рельса, и такой же увлекательной. В какой-то момент Венедикт понял: он не живет. Он функционирует. Его даже моль в шкафу не ела, потому что боялась нарушить порядок расположения шерстяных носков. Нужен был выход. И Венедикт нашел его....

Читать дальше →

+6 108 1

Коворкинг в подъезде

Заметки на полях

Природа не терпит пустоты. А наш ЖЭК не терпит инициативы. Но если они встречаются… происходит коллапс здравого смысла. Наш подъезд всегда был местом силы. Силы трения. Жильцов друг об друга. И вдруг — ребрендинг. Собрались активисты. Люди со светлыми лицами и темным прошлым. Решили: хватит жить в «хрущевке». Будем жить в «коливинге». Поднимем капитализацию бетона. Сказано — сделано. Хотя лучше бы просто сказано. На входе теперь баба Валя. Раньше она была просто вахтером и знала все...

Читать дальше →

+3 95 0

Минимализм максимального уровня

Заметки на полях

Все началось с того, что Федор Кузьмич, пробираясь ночью в туалет, совершил сложное тактическое маневрирование между тумбочкой, велотренажером (используемым как вешалка для пяти пальто) и стопкой журналов «Огонек» за 1989 год. Маневр не удался. Федор Кузьмич зацепил ногой лыжу. Лыжа стояла в коридоре со времен перестройки и ждала снега, а дождалась только проклятий. Рухнула пирамида из коробок с обувью. Сверху упал утюг. Федор лежал под завалом собственного имущества и думал: «Вещи меня...

Читать дальше →

+8 85 0

Доставка будущего, или Курьер, который не пришел

Заметки на полях

В четверг вечером организм Аркадия Петровича, заслуженного бухгалтера с гастритом и совестью, отчетливо произнес: «Хочу жрать». Не «кушать», не «трапезничать», а именно то слово, которое обычно пишут на заборах, но изнутри. Холодильник встретил Аркадия холодом и пустотой. Там повесилась мышь, причем, судя по запаху, она сделала это из солидарности с желудком хозяина еще неделю назад. Аркадий нашел в почтовом ящике листовку. Черная бумага, серебряные буквы, шрифт, которым обычно пишут...

Читать дальше →

+7 97 0

Экологически чистый скандал

Заметки на полях

Аркадий Семенович, человек с лицом, на котором интеллигентность вела неравный бой с растерянностью, решил уйти от Изольды. Решение это было твердым, как вчерашний багет, и таким же крошащимся при попытке его применить. Изольда была не просто женщиной. Она была Проектом. Она жила в потоке, дышала маткой и сортировала мусор так тщательно, что даже чайные пакетики у нее распадались на бумагу, нитку, скрепку и чаинки, и каждая часть ехала на свой полигон. Вечером, когда Изольда закончила...

Читать дальше →

+13 99 0

Дышите глубже, или Абонемент на Тишину

Заметки на полях

Жизнь современного интеллигента Иннокентия Петровича напоминала попытку медитировать внутри работающего камнедробильного агрегата. Дом его был спроектирован гениальным архитектором-садистом. Слышимость была такая, что когда сосед с пятого этажа ел суп, Иннокентий на третьем инстинктивно тянулся за хлебом. Но главным врагом был Сосед Сверху. Этот человек с судьбой и характером отбойного молотка не просто делал ремонт. Нет. Он искал истину в бетоне. Методично, годами, с упорством маньяка....

Читать дальше →

+7 85 0

Пробка в голове

Заметки на полях

В мире есть две бесконечности: Вселенная и маршрут, построенный навигатором в пятницу вечером. Насчет Вселенной ученые еще спорят, а насчет навигатора спорит только Петр Семенович Хруст, водитель такси с лицом, высеченным из гранита, и нервами, сплетенными из стального троса. У Хруста в машине было два бога. Один — иконка на торпеде, триптих, приклеенный на двусторонний скотч. Второй — черный смартфон на присоске, который говорил женским голосом, лишенным стыда и совести. Иконка молчала и...

Читать дальше →

+13 84 1

Маркетинговая яма имени Маргариты Павловны

Заметки на полях

Человек рождается мокрым, голым и сразу всем должен. Сначала он должен родителям, потом школе, потом банку, и, наконец, патологоанатому. В этом круговороте долгов есть только одна радость — продать что-нибудь ненужное, чтобы купить что-нибудь еще более ненужное. Маргарита Павловна была женщиной монументальной архитектуры. Если бы она стояла на набережной Невы вместо сфинксов, туристы боялись бы фотографировать — вдруг моргнет. У нее было два состояния: «я недовольна» и «я очень недовольна»....

Читать дальше →

+9 99 3

Отчет о проделанном апокалипсисе

Заметки на полях

В семь утра по постапокалиптическому времени (которое определялось по тому, как сильно ломило колени у управдома Сидорова) Иннокентий Венедиктович Птицын проснулся от сигнала будильника. Будильником служил дятел-мутант с клювом из победитового сплава. Дятел долбил в рельсу у входа. Птицын морщился, но терпел: это был единственный способ не проспать конец света, если он вдруг решит повториться. Иннокентий потянулся на матрасе, набитом мелко нарезанным пенопластом (пенопласт он грыз сам,...

Читать дальше →

+12 89 2

Резюме для катастрофы

Заметки на полях

Человек рождается мокрым, голым и кричащим. Потом он обрастает одеждой, манерами и легендами. К тридцати годам человек — это ходячий рекламный буклет. «Успешный, спортивный, стрессоустойчивый». Ткни пальцем — попадешь в невроз. Ткни еще раз — попадешь в кредит. Илья Петрович Сальский был исключением. Он был монументален в своей естественности. Как пень. Пень не пытается казаться березой. Пень просто есть, и об него все спотыкаются. Прочитав в журнале «Путь Самца» статью «Уязвимость — новая...

Читать дальше →

+18 113 1

Подписка на жизнь

Заметки на полях

В семь утра Петр Семенович обнаружил, что стал беднее. Телефон коротко пискнул, сообщая, что где-то в недрах всемирной сети его деньги нашли себе нового, более прогрессивного хозяина. С карты исчезло 299 рублей. Пометка гласила: «ООО Радость. Ежемесячный взнос». Петр Семенович подошел к зеркалу. Радости на лице не было. Значит, услуга не оказана. Но деньги ушли. Это и есть цифровая экономика: платишь за возможность быть счастливым, а счастлив только тот, кто списывает деньги. Петр Семенович...

Читать дальше →

+14 92 0

Луковая валюта

Заметки на полях

Аркадий Львович Нечипоренко, человек с лицом, на котором отпечаталась вся скорбь эпохи перемен, стоял перед кассой самообслуживания. Касса мигала. Аркадий Львович тоже, но от нервного тика. В руках он держал пакет молока и батон. На душе было тревожно. Цифровизация наступала на пятки, и пяткам было больно. — Приветствую, — буркнул Нечипоренко, глядя в черный зрачок камеры. — Разрешите приступить к процедуре отъема денег у населения. Машина не ответила, но на экране загорелась надпись...

Читать дальше →

+11 111 0

Рейтинговый невроз

Заметки на полях

Человек — существо оценочное. Хлебом не корми — дай выставить балл. Посмотрел на жену утром. Три с плюсом. Посмотрел в зеркало. Твердая двойка. Посмотрел новости. Кол. С минусом. Без права пересдачи. Зинаида Леопольдовна, дама с прошлым, с образованием и с радикулитом, сидела в кресле. Зинаида Леопольдовна была человеком старой закалки. Из того материала, из которого делали гвозди и завучей. Она знала, что Пять — это Солнце. Это Бог. Это когда ты вышел к доске, отбарабанил карту полезных...

Читать дальше →

+12 102 0

Очищение до звона

Заметки на полях

— Вы готовы к квантовому скачку в размер XS? — бархатный голос из ноутбука обволакивал комнату, как топленое масло. Зинаида Петровна вздохнула. Квантовый скачок в ее возрасте был чреват радикулитом, но размер XS манил, как огни Эльдорадо. Вчера весы под ней пискнули и показали: «Пожалуйста, вставайте по одному». Это был удар ниже пояса, где, собственно, и располагалась проблема. На экране сидел Гуру Аристарх. Он был настолько просветленный, что казалось, если выключить в квартире свет,...

Читать дальше →

+3 88 0

Меморандум о ненападении на носки

Заметки на полях

Виктор Петрович перешагнул порог детской и тут же исполнил сложный хореографический этюд «Журавль на минном поле». Под левой пяткой хрустнуло. Это был не сустав, что радовало. Это была голова робота-трансформера, что огорчало. Стоила она как половина почки. — О, — сказал Виктор Петрович пространству. — Изысканная пытка. Инквизиция отдыхает. Там знали, за что мучают. А здесь? За отцовскую любовь? В центре комнаты, напоминающей последствия взрыва на фабрике игрушек, возлежал сын Петр, десяти...

Читать дальше →

+8 102 1

Одиночество в дырявом носке

Заметки на полях

— Скажи мне, как животное животному, — обратился Сергей к коту. — Куда они деваются? Кот зевнул. Вопрос был риторический. В природе существует круговорот воды, круговорот денег, а у Сергея дома был односторонний отток носков. Утром у вас две ноги и два носка. Вечером ноги по-прежнему две, а носок — один. Баланс нарушен. Где второй? Может, он улетел на юг? Или расщепился на атомы от стыда за запах? Сергей держал в руках сиротливый черный носок. На пятке просвечивала дырка, напоминающая глаз...

Читать дальше →

+12 99 0

Синдром укороченной ноги

Заметки на полях

У каждого мужчины в жизни наступает момент, когда шатается трон. В случае Виктора Ивановича троном была табуретка. Советская. ДСП, шпон, совесть. Три ноги стояли насмерть, как три богатыря. Четвертая... Четвертая вела себя как предатель. Она была короче на три миллиметра. Вроде мелочь. Но когда садишься с горячим чаем, эти три миллиметра превращаются в цунами в стакане. Виктор взял отвертку. — Не тронь! — сказала жена. — Ты нарушишь баланс. Я нашла место. "Клиника мебели". Там не чинят. Там...

Читать дальше →

+12 96 1

Заговор молчания и ножка Людовика XIV

Заметки на полях

Утром я нашел тапок. Вернее, то, что от него осталось. Это был левый тапок. Любимый. Мы с ним прошли долгий путь. От спальни до кухни и обратно. Теперь он лежал на коврике. Растерзанный. Похожий на жертву неудачного пластического хирурга. Поролон торчал наружу, как мозги интеллигента в эпоху перемен. Рядом сидел Бобик. Про Бобика трудно сказать что-то определенное. Мама у него была такса. Папа... Папа, видимо, был негодяй. Подлец. Воспользовался мамой и скрылся в тумане. Поэтому у Бобика...

Читать дальше →

+7 114 0

Баланс белого и черная дыра

Заметки на полях

Дырокол. Тяжелый. Чугунный. Советский. Вещь, которой можно сшить документы, а можно — оборону. Анатолий Петрович держал его в руке, чувствуя приятный холод металла. Это было единственное холодное и логичное в комнате. Остальное было... теплым и липким. Напротив стоял Арсеньий. Коуч. Без отчества. У таких людей не бывает отцов, они самозарождаются в коворкингах из плесени и смузи. Одет во что-то белое, льняное, мнущееся от одного взгляда. — Анатолий... — прошелестел Арсеньий. — Опустите...

Читать дальше →

+6 101 0

Наверх Вниз